Чтение онлайн

(III) Некоторые фамилии в форме прилагательных на – ский/– ской, особенно у донских казаков, например, Донсков, Людсков, Земсков; однако подавляющее большинство фамилий на – ский/– ской противилось этой тенденции (см. также с. 107 ).

(IV) Значительное число украинских фамилий на – енко, форма которых поддавалась русификации, например, Хоменков < Хома (= Фома), Иваненков, Коваленков, Павленков (см. с. 206 ).

(V) Большое число иностранных фамилий, для которых (как и украинских фамилий на – енко) адаптация суффикса – ов/– ев помогла вхождению в исконно русскую модель, например, Лермонтов, Мухитдинов, Сулакадзев, Тургенев.

Во всех упомянутых случаях прибавление – ов/– ев соответствовало морфологическим моделям, поскольку базовые имена всегда оканчивались на согласный или – о/– е. Однако были случаи, когда вместо ожидаемого суффикса – ин добавлялся – ов/– ев. Эти случаи следующие:

(VI) Восточные имена на – а или – и давали фамилии типа Бадмаев, Ходжаев, Алиев, Бояджиев, Софиев {11} .

(VII) Некоторые искусственные фамилии представителей русского духовенства, образованные от имен на – а, например, Фиалков, Литеров, Пальмов, Розов (см. с. 170 ).

Преобладание суффикса – ов/– ев по сравнению с – ин не должно вызывать удивления. Хотя фамилии на – ов/– ев и – ин были морфологически равноправны, поскольку их образование определялось лишь строгими и определенными правилами словообразования, степень их жизнеспособности была неодинаковой. Притяжательные прилагательные на – ов/– ев становились все менее и менее продуктивными, постепенно они были замещены или другим типом прилагательных, или родительным падежом имени. Таким образом, за очень немногими исключениями суффикс – ов/– ев не имел никакой другой функции, кроме функции образования фамилий. Притяжательные прилагательные на – ин, напротив, все еще существуют для обозначения принадлежности как к родственникам (мамин, сестрин, дядин и т. д.), так и к кому-либо названному уменьшительным именем, производным от крестильного (Колин, Сашин, Сонин, Танин и т. п.). Следовательно, суффикс – ов/– ев стал более типичным и более специализированным окончанием фамилии, чем суффикс – ин.

Фамилии на – ов/– ев составляют подавляющее большинство в русской ономастике. Девяносто из ста самых распространенных фамилий, зарегистрированных в адресной книге «Весь Петербург» на 1910 г., оканчивается на – ов/– ев и только шесть на – ин. Согласно подсчетам, проведенным В. Ващенко на материале 18 885 фамилий словаря Мортона Бенсона (в котором каждая фамилия принимается только за одну единицу), фамилии на – ов/– ев и – ин находятся в соотношении 58 : 29. Статистика, основанная на том же числе фамилий, не учитывающая частотность каждой, вероятно, могла бы дать соотношение где-то между 90 : 6 и 58 : 29, и оно, скорее, было бы ближе к первому, чем ко второму.

3.3. Патронимические фамилии в форме родительного падежа. Патронимы в форме родительного падежа прилагательного, как было сказано, совпали с фамилиями на – ов. Но некоторые из них сохранились и могут считаться устаревшими в живом фонде русских фамилий. Их можно разделить на три группы.

(I) Фамилии на -ово. Это окончание представляет собой фонетическую запись окончания – ого прилагательных мужского рода ед. ч. род. п. Особенность, отличающая это окончание от регулярного окончания родительного падежа, состоит в перемещении ударения на последний слог, как, например, в Дурново < дурной. Это старый тип фамилий принадлежал нескольким семьям русского дворянства. Эти фамилии перечисляются и анализируются в главе VII (с. 138) .

(II) Фамилии на -аго. Это окончание обычно рассматривается как окончание церковнославянского прилагательного в род. п. ед. ч.: собственно русское окончание передавалось на письме как – ого, а произносилось как – ово. Этот тип фамилий, видимо, происходит от прозвищ на – ага, хотя позднее они могли быть отождествлены с церковнославянским род. п. ед. ч. Существует очень немного фамилий этого типа, все они также принадлежат знатным семьям, как, например, Мертваго < мёртвый. Эта проблема и фамилии на – аго рассматриваются в главе VII (с. 139) .

(III) Другой вполне установившийся тип образуют фамилии, в которых прилагательное зафиксировано в форме род. п. мн. ч. и, следовательно, оканчивается на – ых/– их. Это типично северные фамилии, появляющиеся в текстах с конца XVI в. Им присуще значение ‘из дома, из семьи таких-то’ (ср. французскую фамилию в форме род. п. мн. ч. Desenfants и ее фламандский эквивалент Vanderkinderen). Они большей частью произошли от патронимических фамилий и указывали на отношение или зависимость от них: Воейковых, Строгановых, Фёдоровых и т. д. Тип фамилий на – ых/– их и теперь необычен, большинство их образовано от прилагательных: Черных (чёрный), Широких (широкий), Токаревских (Токаревский, прилагательное, образованное от фамилии Токарев < токарь) и т. д. Еще до того, как эти фамилии вышли из употребления в северной России, они были занесены колонистами в Сибирь, и теперь справедливо считаются типично сибирскими. Несмотря на необычность, они отнюдь не редки. Они также рассматриваются в главе VII (с. 139 — 140 ).

Возрастающий поток патронимических фамилий не покрывал полностью русскую антропонимию. Сохранились и некоторые другие типы фамилий.

4.1. Фамилии в форме существительных. Фамилии, представляющие собой существительные в чистом виде, без патронимического суффикса, довольно редки, например, Кривоглаз (‘человек с одним глазом’), Кукольник (‘мастер по куклам’), Медведь, Мороз. Большинство фамилий этого типа украинского или белорусского происхождения, как, например, Гоголь (‘утка’), Белоконь (‘конь белой масти’), Олейник (‘торговец растительным маслом’), Молоховец (производное от топонима) и т. д. Они рассматриваются в главе X .

4.2. Фамилии в форме прилагательных. Фамилии в форме именительного падежа прилагательного более распространены, но все же достаточно редки. Некоторые из них принадлежат старинным дворянским родам. Вместо развития формы на – ов от патронима в родительном падеже здесь произошло возвращение к форме именительного падежа. Пример такой фамилии — Толстой (‘толстый’). Но есть и вариант с этой основой, который следует общей модели — Толстов.

Несколько фамилий какое-то время колебались между двумя формами, так, например, княжеское имя Долгорукий зафиксировано и в патронимической форме Долгоруков.

Однако у множества фамилий в форме именительного падежа прилагательного более позднее и более «низкое» происхождение, например, Бессмертный, Чёрный, Косматый, Круговой, Земляной и т. д. Большинство из них украинского происхождения.