Чтение онлайн

( Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина , 1.2.30). Так иди к чёртуусиливается до иди к чертовой материи даже бабушке(из этого двойного усиления осуществилась, буквализовалась бабушка Воланда: „мне посоветовали множество лекарств, но я по старинке придерживаюсь бабушкиных средств. Поразительные травы оставила в наследство поганая старушка, моя бабушка!“ — Мастер и Маргарита , 22), а подпустить Кузьку, подкузьмить, обкузьмитьусиливается до Я тебе покажу Кузькину матьили узнаешь (ты)/ попомнишь Кузькину мать(ПРН, с. 133 и 222, ср. на с. 60, 147; СВРЯ, ст. Кузьма).Матерное выражение никогда не значило „привет, я твой отец“ и не значит „молокосос, я тебе в отцы гожусь“, смысл этого кощунственного, а не „цинического“ или „неприличного“, ругательства в том, чтобы ударить в корень, задеть до глубины души, оскорбить святое, ср. едри тебя в корень!и мать твою корень!(человек как дерево), у Платонова в Чевенгуре: узнаю— с корнем в момент вырву, до самой матерной матери твоей докопаюсь — на месте угроблю.Мать стоит в одном ряду с душой и богом, отсюда нанизывание твою душу мать!и потом (в) Бога душу мать!(„укрючливо матюгался, подцепляя, что там святей да дороже“ — Солженицын, Раковый корпус , 8); ему соответствует в армянском обобщение „твое хорошее!“ Как у набожных католиков ругательства богохульные, так у русских блатарей с их культом матери (о нем см. в Женщине блатного мира шаламовских Очерков преступного мира ) ругательства матерные.

Отказы толковать матерное ругательство. По новому бестолкованию матерное ругательство значит „эй ты!“: „(ЁБ) ТВОЮ/ ВАШУ МАТЬ 1 неценэ.указание на то, что говорящий пытается привлечь внимание адресата, используя в качестве средства для достижения этой цели оскорбление; эй ты/вы (там)! — функционирует как междометие или вводный оборот--“ — Завет. идиом ., с. 179 сл., причем „форма толкования и значительная часть элементов метаязыка напоминают“ в этом псевдонимном словаре его веселым будто бы редакторам „способ экспликации значений слов, принятый в московской семантической школе“ (с. xii). А по Сл. бран . того же года, с. 55, ёб твою мать— ругательство или просто восклицание, выражающее такие-то чувства, отрицательные или положительные, только и всего, зато дальше В. Мокиенко изложил реконструкцию Б. Успенского. Но и в этнолингвистическом описании матерщина мало что значит, см. О. Санникова в Слав. др. 1, с. 250—53. —То, что злоупотребление делает из матерного ругательства междометие, еще не причина для отказа глубоко его толковать; это как междометие боже мой!не дает повода к безбожию. Слова от их „твержения“ обессмысливаются, но на то и толкование, чтобы „у каждого смысла“ был, если вспомнить бахтинский завет, „свой праздник возрождения“ ( К методологии гуманитарных наук ).

К оборотам с Кузькойсм. В. Сергеев в РР, 1973, № 4, с. 153 сл» и И. Добродомов там же, 1990, № 1, с. 128 слл., — без заботы об усилительном смысле матери.Хрущев сказал Ричарду Никсону Мы вам еще покажем Кузькину мать!на Американской выставке в Москве, 1960; угроза была переведена дословно (по О. Гриневскому — Зв., 1996, № 2, с. 154).

К инакости матери. Как у матушки под крылышком/ за пазушкоюравнозначно как у Бога/ Христа за пазухой(ПРН, с. 101), при этом дурак — и бабин сынили матушкин сынок/ запазушники Божий человек.«Душа ты моя! маменька моя!» — говорит «в излиянии сердечном» председатель гражданской палаты Чичикову ( Мертвые души , 1.7, ср. «ты заврался, мамочка Иван Григорьевич» — 1.8 — к тому же председателю). Сказочная формула превращения ударился о (сырую) землю и оборотилсятем-то напоминает Антеево восставание с новой силой от матери Геи, так уже А. Афанасьев, Поэтич. воззрения 2, с. 678. В пословицах (родной) матерью, маткойили матушкойназываются земля и вода, Москва и Волга, своя хаткаи баня, ночь, печь и лень, рожь, (гречневая) каша и рогожка, (у)рядка«уговор» и правда. О посаженном в куль и брошенном в воду казаки сказали Пугачеву: «Пошел к матери по Яику», «Он пошел к своей матушке вниз по Яику» (Пушкин, оренбургские записи и История Пугачева , 3), ср. в Чевенгуре «сам от детонации обратно в мать полезешь!» Сюда же относятся возглас удивления мать! (Что, Галя, собралась? — Мать! Аяине знала. — СРНГ 18, с. 40) или мать честн'aя!усиленное матёро благодарюили матёрое спасибо(там же, с. 26), ряд вопросов типа КотороеА всем А мать?и ответов на них в Стихе о Голубиной книге. «Вообще мать,строго говоря, в своем глубинном слое менее всего имя родства», заметил в скобках В. Топоров, Простр, текст (с. 236/465); этот глубинный слой подразумевает и матерщина. Есть еще заменитель маковку (твою)!или ёс твою маковицу!(СРНГ 17, с. 312, и Сл. бран ., с. 28), задевающий главное(: «голова»), которое для мифотворческого сознания — в начале, где мать.

Пословичные сравнения с матерью: Земля мать — подает клади Хлеб батюшка, водица(питьевая) матушка,есть и загадка Кто нам всем общая мать? — «Земля пахотная», сюда же поверье «Плевать на воду — всё равно что матери в глаза» и поговорка напился чернее матушки грязи— очень пьян; Москва всем городам матьили матушка Москваи Волга всем рекам матьили Волга-матушка; Своя хатка — родная маткаи Баня мать вторая /родная; Тёмна ночь вору родная мать. Тёмна ноченька — родная матушка, Ночь матка: всё гладко, Ночь матка: выспишься — всё гладкои Печь нам мать роднаяи Лень-матушка прежде нас родилась,а у Клычкова есть Эх, зима наша матушка зимская!( Князь мира , 4); Матушка-рожь кормит всех дураков сплошь, а пшеничка по выборуи Гречневая каша — матушка наша, а хлебец ржаной — отец наш родной. Мать наша — гречневая каша: не перцу чета, не прорвет живота, Щи да каша — мать наша, Каша — мать нашаи Рогожка рядная словно матушка р'oдная; Рядка(т. е. уговор) — матка,в сказке: Ну, делать нечего — урядка. Урядка — матка,ср. Договорец — кормилец,и Хлеб-соль ешь, а правду-матку режь,сюда же Правда со дна моря выноситпри Материнская молитва со дна моря вынимает/достает(ПРН, с. 291, 810, 938, 793, 330, 346, 589, 400, 584,166, 854, 811-13,103,195 сл. и 387; Заг., 1929; СВРЯ, ст. Банить; Посл, заг.,с. 80; Р. послов, пог ., с. 214; Прикам ., с.40; Ск. Карел. Пом., 12).

Происхождение матерного ругательства. А реконструктор-мифотворец, обходя толкование, но твердо зная, что «в глубокой древности» всё было совсем наоборот (ср. Бахтин об «исторической инверсии» — Формы времени , 4), переворачивает плоско понятое сильнейшее оскорбление: «Я думаю, что первоначальный смысл известной „матерной“ фразы не имел в себе ничего оскорбительного для людей, не носил характера гнусной хвастливости.-- Я утверждаю, что гнусный и хвастливый смысл вложен в эту фразу феодальным дворянством в эпоху крепостного права.» — Горький, Беседа —и дальше о праве первой ночи! В богатой материалом работе Мифологич, аспект Борис Успенский тоже утверждает, что первоначально матерщина не имела оскорбительного смысла, в его реконструкции, похожей на мифологическую реконструкцию «от противного», матерное ругательство это бывшее языческое заклинание матери-земли для плодородия. И сейчас, говорит Успенский (1.2), мат обычно не воспринимается как оскорбление. Но ведь в полную силу матерятся те, кто пишет на себе Не забуду мать родную,кто клянется матерью, кто вскрикивает мама!;остальные более или менее пустословят. Матерная, усилительная формула в моем толковании не была языческим заклинанием земли, без благочестивых домыслов православных о ее происхождении она предполагает лишь почитание матери как начала- иного. Зато прямая, простая формула — она слышится гораздо реже матерной, но ср. ёбаныйили иди/пошел (ты) н'a хуй— может быть даже не доисторической, а дочеловеческой древности: ёб тя--словесно соответствует подставлению и условному покрыванию у обезьян, означающему подчинение . А это подставление для не-соития, в знак покорности, сравнимо с подставлением шеи у хищников для не-убийства, тоже в знак покорности; см. К. Лоренц, Агрессия, 7.

К реконструкции вслед за толкованием. «Этимологии, основанные на значении» пока редки из-за того что этимолог под давлением лингвистики пользуется вместо толкования переводом; лингвистическая семантика это семантика перевода. Но «-можно представить себе, что подобно тому как этимолог заглядывает в некое пособие или в свою собственную память, где хранятся схемы фонетических соответствий, он некогда в будущем обратится к пособиям, где будут храниться сведения о схемах семантических импликаций и зависимостей.» — сказавший это в Этим. '91—'93 В. Топоров (с. 128, ср. о «словаре семантических переходов» О. Трубачев, «Молчать» и «таять» ) сам много сделал для такой этимологии будущего. «Для нее главное — не что и как есть (было) на самом деле, но истолкованиетого, что и как есть (было), ибо это последнее интересует человека больше, чем это „бытие на самом деле“, поскольку истолкование есть внесение смысла, осмысливание--» (там же, с. 131) — будто в ответ Проппу с его «Дело не в толковании, а в сведении к историческим причинам.» Толкование, пусть гадательное, необходимо, его не обойдешь при мысленном восстановлении того, что там было на самом деле, ведь мысль и смысл соотносятся с делом через (чужое) слово. Рассказ Акутагавы В чаще. Пример герменевтического подхода к сказкам — Толк. волш. ск . Бенгта Хольбека, не говоря уж о «глубинно-психологических» работах.

«Молчание — знак согласия» (ПРН,с.235), может быть и общеемолчание, а не только в ответ на слово. Плутарх, О болтливости : «когда в беседе наступило молчание, говорят: Гермес пришел», (2/502F). По-русски в этом случае говорят Тихий ангел пролетел,«среди беседы, внезапное общее молчанье», «все вдруг замолчали, [и NN крылышком задел,прибавка на счет прервавшего общее молчание. Шейн.]» — СВРЯ 3, ст. Тихийи Ангел,ср. ПРИ, с. 515 и 415, примеры и параллели в РМР 2 Михельсона, с. 372. Говорят и Дуракили милиционерили же еврей родился,а то и Бедный студент за квартиру уплатил. Например, стих Жуковского Все молчали: как будто ангел тихий провеял.( Две были и еще одна ). «Вдруг разговор оборвался. Молчанье настало: либо тихий ангел пролетел, либо дурак родился. — Опять дурак род`ился. Опять никто ни слова.» — это Мельников-Печерский ( На Горах , 3.8); у Лескова ( Расточитель , 3.8, после паузы):

А вот Личутин: «Милиционер родился, — нарушила тишину Настасья. — Вы чего, люди добрые, уснули?» ( Крылатая Серафима ). И «Ты заметила», спрашивает герой пьесы Вен. Ерофеева Гуревич ( Вальпургиева ночь, или Шаги Командора , 3), «как дурнеют в русском народе нравственные принс`ипы. Даже в прибаутках. Прежде, когда посреди разговора наступала внезапная тишина, — русский мужик говорил обычно: „Тихий ангел пролетел…“ А теперь, в этом же случае: „Где-то милиционер издох!..“» (Равнозначные немецкие присловья по тезаурусу Ф. Дорнзаифа, 13.23: Ein Engel fliegt durchs Zimmer, Ein Schutzmann geht durchs Zimmer, Ein Leulnanl bezahlt seine Schulden.) — Все они, хотя каждый по-своему, иные, и бедный студент и еврей – инородеци, конечно, дурак («Что ни делает дурак, всё он делает не так») и вызывающий страх мировой судья или милиционер и бесплотный ангел и бог Гермес, вестник (, ангел)богов, проводник умерших в иной мир, вообще посредник. А молчащий, то есть никому ничего или ни с кем не говорящий, по правилу «Если никто/ничто, но иной/ иное» говорит иное иному, говорит с иным. «Иное к иному», таков смысл шутливых присловий про внезапное общее молчание, с которым сопоставимо говорение апостолов на «иных языках» в день Пятидесятницы (Деяния апостолов, 2.1—12, о глоссолалии как форме молчания см. А. Панченко в Смехе Др . Р., с. 96–99). Общее молчание выдерживают играя в молчанку,когда молчащих кто-либо старается разговорить или рассмешить, но и почитая память умершего «минутой молчания», когда, можно сказать, приходит Гермес Душеводитель. Так и толкователь (': «толковать», к этому соотношению — Ф. Майр, Гермес гермен .; Ж. Пепен в Энц. ант. христ . 14, стб. 736—39; В. Топоров, Др. — греч. SEM-,с. 34–36), герменевт: филология это любовь к словам мировогочеловека из пословицы Мир — велик человек(ППЗ, с. 143 и 157, ср. ПРН, на с. 404), соотносительного с «мировым деревом», она выражается главным образом в их толковании, а толкуя слово как надо, ты Гермесом приходишь к несогласным.

Мировой судья и милиционер. Мировой судья вызывал страх пополам с насмешкой, судя по «шут. презр.» мирон, мироха, мирошка«мировой судья» при Миронв смотреть Мироном«быть с виду простоватым» или прикидываться Мирошкой,т. е. дурачком, но ср. Мирон: у-мер-еть в Хватит Мирошка/Кондрашка, далече уйдешь; к инакости Мирона: Мирон(имя) из ряду вони Ты, Мирон, поди вон— СВРЯ 3, ст. Миритьи Мирон;ПРН, с. 665 и 278. Таков и образ милиционера, например Валентина Ходасевич вспоминает, что когда бульдогу Шаляпина «говорили: „Милиционер пришел! “, он падал как подкошенный на бок и делал вид, что умер, даже дыхание задерживал.» ( Портреты словами , с. 131), а есть анекдоты про милиционера, сюда же МитцанерПригова.

Игра в молчанку и минута молчания.Игра в молчанку описана в Играх , 1145-48, молчащим игрокам соответствует царевна Несмеяна или молчаливая царевна сказок АТ 559 и АТвс 559* (ср. 1351 Кто заговорит первым? ). Есть переносное играть в молчанкупро того, кто упорно не говорит о чем-либо (СВРЯ 3, ст. Молкать),запирается, например В молчанку играешь? — угрожающе на допросе. Но разговорить и правда одно с рассмешить: слово и смех оба обращены к другому, другим, а молчание обращено к иному. А минута молчания показывает от противного связь слова с дыханием, как у Томаса Манна в сцене смерти Иакова ( Иосиф и его братья , 4.7, гл. Собрание перед смертью ):

К миру. Мирпрежде всего «дружба, согласие», отсюда «покой (согласия)» и «(дружная) община», потом «вселенная». Формула мир да лад.К мирусм. В. Топоров. От имени к тексту . Мир и воля . Элемент *MIR- и другие его работы (слав. mirъ:индо-иран. Mit(h)ra,но ср. В. Орел в Этим. '94-'96, с. 64–66); С. Бочаров, «Мир» в BM; В. Бибихин, Мир , с. 111 слл., и Язык филос ., с. 372 слл. Созвучие мир: меретьзначимо, ср. пословичные усопшему мири мертвым покой(ПРН, с. 288 сл.), католическую эпитафию Rcquiescat in расеили ветхозаветную формулу «и приложился к народу своему» об умершем.