Русский фольклор. Основные жанры и персонажи
Шрифт:
Малые жанры – название, объединяющее группу разных по характеру и по происхождению жанров русского фольклора, исключительно малых размеров (подчас в два слова: Филя-простофиля), в чем и заключается их главная ценность. Кто из нас не любит покопаться в пестром ворохе русских потешек, загадок, пословиц и анекдотов?
Несмотря на скромные внешние параметры, малые жанры необыкновенно глубоки по внутреннему содержанию, являясь своеобразной квинтэссенцией народной мудрости, иные из них способны заместить собою довольно объемные устные рассказы.
Так, пословица «Не любо – не слушай, а врать не мешай» вынесена в заголовок сказки.
Благодаря уникальной компактности малые жанры щедро рассыпаны по более «громоздким» текстам. Древние сказители таким образом привлекали внимание слушателей к какой-либо особо важной мысли (так, в былине «Добрыня и змей», в сказках «Василиса Прекрасная», «Морской царь и Василиса Премудрая» трижды повторяется пословица «утро вечера мудренее»), оживляли одноообразное течение повествования, превращая его в театральное действо.
В сказках, былинах и балладах мы встречаем приговоры-заклинания: «Расти, расти, репка, сладка! Расти, расти, репка, крепка!» («Репка»), элементы колыбельных песен: «Спи, глазок, спи, другой!» («Крошечка-хаврошечка»), «Баю-баю, сестрица-ластушка!» («Разбойники и сестра». Баллада), заклички:
Петушок, петушок,Золотой гребешок,Масляна головушка,Шелкова бородушка,Выгляни в окошко,Дам тебе горошка!Поют многие и многие персонажи. Потешает Колобок: «Я по коробам метен, по сусекам скребен, в сыром масле пряжон…» («Колобок». Сказка), кличет Коза: «Козлятушки, детятушки!
Отопритеся, отворитеся… Ваша мать пришла, молока принесла…» («Волк и семеро козлят». Сказка), причитает Уточка: «Кря, кря, мои деточки, кря, кря, голубяточки! Я нуждой вас выхаживала, я слезой вас выпаивала…» («Белая уточка». Сказка), плачет несчастный Иванушка: «Сестрица моя, Аленушка, выплынь, выплынь на бережок, котлы кипят кипучие, костры горят горючие…».
Довольно широко распространены заговоры:
Илья Муромец по кораблю похаживает,Свой тугой лук принатягивает, Калену стрелу принакладывает,Да и сам стреле приговаривает:«Полети-ка моя каленая стрела,Высоко-далеко по поднебесьюБелой лебедью.Не пади ты ни в воду, ни на землю,Попади ты, калена стрела,Под турецкий град, во зеленый сад,На бел шатер, во дубовый стол,Со дубового стола к самому хану,На его груди белые,Вынимай у него ретиво сердце,Ретиво сердце и со печенью…» («Илья Муромец на Соколе-корабле». Былина).О распространенности загадок говорить не приходится. Редкое повествование, связанное с добычей невесты или состязанием богатыря/бедняка/солдата с невестой/барином/чертом обходится без включения в текст любимого жанра:
– О чем ты, батюшка, вздыхаешь да слезы ронишь?
– Как же мне не вздыхать, как слез не ронить? Задал мне царь четыре загадки, которых мне и в жизнь не разгадать.
– Скажи мне, какие загадки?
– А вот какие, дочка: что всего на свете сильней и быстрей, что всего жирнее, что всего мягче и что всего милее?
– Слушай, батюшка, и скажи царю: сильней и быстрей всего ветер, жирнее всего земля: что ни растет, что ни живет, – земля все питает! Мягче всего рука: на что человек ни ляжет, а все руку под голову кладет, а милее сна нет ничего на свете!
(«Мудрая дева». Сказка).Малые жанры не только украшают и оживляют другие тексты, они очень хорошо приспособлены и к самостоятельной жизни. В отличие от былинного эпоса, малые жанры не забываются, актуальны, как тысячи лет назад. Они сопровождают нашу жизнь с первых дней, когда мы слышим, еще ничего не сознавая:
Потягунюшки, порастунюшки!Роток говорунюшки!Ручки хватунюшки! —и до последних, когда, отягощенные знаниями, мы грустно подводим итоги: жизнь прожить – не поле перейти.
Небылицы – произведения комической поэзии, небольшие по объему песенки, построенные по принципу нанизывания совершенно абсурдных событий:
Гром по небу прокатился:Комар с дерева свалился.Или:
Ехала деревня мимо мужика,Вдруг из-под воротни лают ворота…Именно небылицы наглядно демонстрируют обратную, страшную сторону смешного. Цепь искаженных событий, кажущихся поначалу смешными, постепенно создает единую картину «сдвинутого», «перевернувшегося» мира, где «сын на матери все снопы возил… родну матенку-то попонюгивал, попонюгивал, да сам подстегивал», и картина становится апокалиптической, невозможной.
Небылицы не менее философичны, чем эпос. Они, как и глобальная метафора смеха, – тоже способ познания жизни: в наглядной простоте демонстрируют нам вселенскую связь противоположных, «изнаночных» явлений действительности.
В средневековой Руси исполнение небылиц непременно являлось составной частью «репертуара» скоморохов (см. Скоморошины).
Небылицы исполнялись с приплясом под скоморошьи гудки – своеобразные трехструнные скрипки, которые гудопшики держали на коленях. «Небылица про щуку из Белого озера» и «Небылица про льдину» – самые популярные, в них помимо традиционных образов большое значение имеет местный колорит. Это северные, поморские небылицы – ироничные изображения царских «почесных пиров», где гости «пировали-столовали тут челы суточки, кабы вси-то тут ягодицей наедалисе» (речь идет об одной ягодице – щеке большой щуки, которую везли к царю на трех лошадях).
Небылицы-переделки чрезвычайно популярны в современном школьном фольклоре:
У Лукоморья дуб срубили,Кота на мясо разрубили…Русалку в бочке посолили…Или:
– Откуда костйшки?– Из леса, вестимо,– Отца, слышишь, рубят, а я отвожу…И неизвестно, чего больше в сегодняшних детских безымянных строчках – страха, смеха над собственным страхом или привыкания к страху и низведения его к обыденному. Поиск ответа на этот вопрос станет основой отдельного серьезного исследования.
Песня – одна из форм вокальной музыки, широко распространенная в народном творчестве и в быту.
Народные песни – подлинная художественная энциклопедия жизни русского народа.
На сегодняшний день песенный, самый богатый пласт русского фольклора, описан неполно и противоречиво. Достаточно условно жанровое деление песен на исторические и балладные, разбойничьи и солдатские, лирические и хороводные. Все они – образец тончайшей лирики и все без исключения историчны.
Притягательные чистотой и искренностью, песни глубоко раскрывают характер русского человека, который дорожит своим отечеством: «За Россиюшку стояли, за прекрасную Москву…»; для которого неоспорима высокая ценность любви: «Лучше в Волге быть утопимому, чем на свете жить нелюбимому…»; который не устает любоваться родным краем («По лугу, лугу вода со льдом, по зелену золота струя струит»; «Растет растет травонька, все цветы цветут, цветут, цветут цветики, все алеются, зеленая травонька зеленеется…») и своим детьми: