Чтение онлайн

Поразительно, что экспедиция Эрнандо Кортеса имела в своем составе всего 500 солдат (из них 16 всадников) и 13 пушек. У Франсиско Писарро вначале было 130 солдат и 37 лошадей, позже его силы увеличились до 600 человек.

Испанский священник Бартоломе де Лас Касас оставил свидетельства «цивилизаторской» деятельности христиан-католиков на открытых ими землях: «Заключали они пари и спорили о том, можно ли одним ударом ножа рассечь человека пополам, или в один прием отрубить секирой голову, или вскрыть внутренности. Отрывали они младенцев от материнской груди и разбивали головы о камни. Или же кидали их в реку... Или пеленали людей сухой соломой, а затем подносили огонь и сжигали их».

По иронии судьбы вместе с несметными богатствами из Америки попала в Европу дотоле неизвестная болезнь, где она приобрела особо заразную форму. Считается, что сифилис начал свое победное шествие по европейским странам с 1493 года. Уже в 1495 году император Максимилиан издал указ против «оспы грешников». Неизлечимая болезнь привела к распространению новых правил поведения. Распутство стало смертельно опасным, а приверженность семье, чистота нравов, самоограничение в развлечениях и упорный труд стали, наоборот, приобретать популярность. В результате начала распространяться так называемая «протестантская этика», которая, как многие считают, явилась основой буржуазной морали и нравственным фундаментом капитализма.

В качестве рабочей силы для освоения открытого испанцами Нового Света стали использоваться скупаемые у африканских вождей рабы. Первый договор (асиенто) на ввоз чернокожих рабов был заключен в 1518 году. От этого времени начался отсчет эпохи работорговли.

Несколько позже рабы стали обращаться в христианство: надо же было проявлять милосердие и спасать бессмертную душу. Ислам принципиально отличается в этом смысле от христианства. Мусульманин не может быть рабом, и, чтобы стать свободным, надо было только произнести формулу ислама «Нет Бога кроме Аллаха...», совершить обрезание и выполнять требования Корана.

Путешествие Колумба открыло эпоху Великих географических открытий. Португалец Васко да Гама добрался-таки морским путем до настоящей Индии в 1498 году, обогнув Африку, и вернулся домой в 1499 году с богатейшим грузом (вспомним бескорыстного Афанасия Никитина, вернувшегося на родину незадолго до этого «налегке»). В 1519–1522 гг. кругосветное путешествие на испанских кораблях совершил португалец Магеллан. Из 265 членов экипажа через три года плавания вернулось 18. Погиб и сам Магеллан.

Побережье Северной Америки было обследовано в 1497–1498 гг. итальянским мореплавателем Джованни (Джоном) Каботом, состоящим на английской службе. От фамилии моряка появился термин, означающий прибрежное плавание между портами одной страны - каботаж. От моряков этот термин перешел также и к автомобилистам: каботажными называются перевозки в пределах страны, выполняемые иностранными автотранспортными компаниями.

Надо понимать, что эти путешествия совершались отнюдь не из любознательности. Экзотические товары, новые земли, рабы и золото, золото и золото - вот что заставляло мореплавателей терпеть невероятные лишения и идти к цели.

«Я делаю все возможное, чтобы попасть туда, где мне удастся найти золото и пряности», - писал Колумб на Кубе в своем дневнике.

Во времена правления Ивана Васильевича произошел первый глобальный раздел мира. Лидеры географических открытий, Испания и Португалия, соперничали между собой. Даже церковь не считала Землю плоской и уже не сомневалась в ее шарообразности. Для папы римского Александра VI были одинаково дороги обе страны, самые ревностные в католической вере. По его инициативе 7 июня 1494 года в городе Тордесильясе (Испания) был заключен договор, по которому весь земной шар поделили на две части линией, проходящей через полюса и рассекающей Атлантический океан на расстоянии примерно две тысячи километров (370 лиг) от западной части островов Зеленого Мыса. Восточные земли считались принадлежащими Португалии, а западные - Испании. Как всегда бывает в мировой истории, две сверхдержавы и их арбитр не принимали в расчет мнение других стран и народов.

На рубеже XV–XVI вв. весь мир бурно менялся. Иван III правил Русью в сложное время. Он верно понял смысл наступающей эпохи и правильно выбрал направления своей внутренней и внешней политики. Иван Васильевич обладал здравым смыслом, что видно из следующего примера. На время его правления пришлось ожидание конца света, которое по расчетам должно было состояться 1 марта 1492 года. По существовавшему тогда летоисчислению (от сотворения мира) это было начало нового 7000 года. Предвестниками Страшного суда немало людей сочли небывалые для этих мест землетрясения 1471 и 1474 гг. Московский князь не предавался отчаянию в ожидании светопреставления. Неоспоримым свидетельством его оптимизма явилось завершение строительства одной из башен Кремля (сейчас она известна под названием Спасской) как раз в день ожидаемого конца света, 1 марта 7000 года от сотворения мира. А митрополит после несостоявшегося светопреставления изменил отсчет времени. После этого церковный новый год стал наступать не с 1 марта, а с 1 сентября.

Многие результаты деяний князя видны и сегодня. Достаточно сказать, что при нем влияние Московского княжества распространилось на Сибирь до реки Обь. В новом огромном мире наша страна смогла в перспективе занять подобающее ей место великой державы. Свою роль в этом сыграли стратегическое мышление, политическая интуиция, воля, настойчивость и административный талант Ивана Васильевича, московского великого князя. Он владел умением достигать своих целей не торопясь, выжидая, опираясь на политические и дипломатические методы. Не направляя своим примером полки в бой, Иван Васильевич выигрывал сражения, даже не вступая в битву. Он умел делать так, что нужный результат получался как бы сам собой. В начале правления Ивана русские земли вот уже более 200 лет находились под властью татар. Московское княжество было окружено со всех сторон, по сути, независимыми русскими государствами, самые сильные из которых возглавлялись Новгородом и Тверью. Завершая свой жизненный путь, Иван воспринимал себя уже единственным полновластным государем в русских землях, представляющим Русь в отношениях с иностранными государствами. Появление сильного и обширного государства в Восточной Европе стало настоящей сенсацией для европейцев. Для включения Руси в политическую систему согласно европейской традиции требовалась соответствующая титулатура русского государя. В 1489 году император Священной Римской империи Фридрих III предложил Ивану Васильевичу выдать замуж за его племянника одну из дочерей московского князя и предложил ему королевский титул. Иван поблагодарил посла за любезность со стороны императора и просил передать полный достоинства ответ: «Мы Божиею милостию государи на своей земле изначала, от первых своих прародителей, и поставление имеем от Бога, как наши прародители, так и мы... а поставления как прежде ни от кого не хотели, так и ныне не хотим».

Карл Маркс, не склонный к комплиментам в адрес славян, России и русской истории, так оценил итоги его правления: «Изумленная Европа, в начале правления Ивана едва знавшая о существовании Московии, стиснутой между татарами и литовцами, была ошеломлена внезапным появлением на ее восточных границах огромной империи, и сам султан Баязид, перед которым Европа трепетала, впервые услышал высокомерную речь московита».

Сейчас, прогуливаясь по Красной площади или отдыхая в Александровском саду, уместно вспомнить, что стены Кремля были возведены более 500 лет тому назад князем, положившим конец власти монголов над Русью. При нем начало создаваться централизованное Российское государство. Несокрушимая мощь кремлевских стен как бы символизирует грандиозность замыслов и дел Ивана III, по праву названного его современниками Великим.

В 1547 году началось царствование едва ли не самой известной и противоречивой фигуры во всем роде Рюриковичей - Ивана IV Васильевича. В том году, 16 января, он был венчан митрополитом Макарием на царство, получив из его рук корону. Впервые носитель высшей власти на Руси стал официально именоваться царем. Произошло это событие по инициативе митрополита, который и разработал всю торжественную процедуру. Первому русскому царю, родившемуся 25 августа 1530 года, тогда было неполных 17 лет.

Когда же ему исполнилось 30 лет, то он, как выразился летописец, «нача быти яр и прелюбодействен зело». В начале августа 1560 года умерла его жена Анастасия, не дожив до 30 лет. Причиной смерти было якобы колдовство недоброжелателей. Был удален сначала в Соловецкий, а потом в Кирилло-Белозерский монастырь священник Сильвестр, бывший ближайшим советником царя на протяжении многих лет. Другой советник, Алексей Адашев, был отправлен в ссылку, где вскоре заболел и умер. В 1561 году начались массовые казни московских аристократов, членов боярских и княжеских семей. Через четыре года царь учредил опричнину. Вновь начались массовые публичные казни, которые сопровождали все царствование Ивана Васильевича. За приверженность к пыткам и казням в народе царя назвали Грозным.

Такое поведение царя не было совсем уж новым и неожиданным. Несомненно, на действия царя повлияли его детские впечатления, когда после скоропостижной смерти его матери, Елены Глинской, 3 апреля 1538 года (подозревают, что она была отравлена) страной стали править соперничающие между собой группировки бояр Шуйских и Бельских. Оставшись с 8 лет сиротой, он перенес в детстве много унижений от бояр-опекунов, помнил и переживал их до старости. Накопленные обиды Иван выплеснул 29 декабря 1543 года, когда ему было 13 лет. Он приказал псарям расправиться с наиболее досадившим ему боярином Андреем Михайловичем Шуйским-Честоколом, принадлежащим, как и Иван, к княжескому роду Рюриковичей. Псари избили того до смерти, а труп бросили за кремлевскими воротами. Есть, правда, и другая версия этого происшествия. Согласно ей на заседании думы Иван встал и перечислил, чем провинились перед ним опекуны. Главного обвиняемого, жестокого и корыстолюбивого Андрея Михайловича, он властным твердым тоном приказал отвести в темницу. Но так получилось, что до темницы боярин не дошел, внезапно умерев по дороге. В летописи сообщается: «Псари взяша и убиша его, влекуще к тюрмам». Позже летописец отметил: «От тех мест начали бояре от государя страх иметь и послушание».