Чтение онлайн

Пока он натягивал рубашку, я пыталась избавиться от косметической маски. Оттерла, сколько смогла. Смотреться в зеркало было боязно. Какое счастье, что никого не встретила по дороге, пока неслась по замку! Пришлось бы отпаивать народ фирменным кофе нашей кухарки.

– Идем. – Фостен любезно открыл мне дверь. – Посмотрим на этого демона. Никогда не видел их в истинной ипостаси.

Раиса с самым суровым видом, насколько тот мог быть суров у кудрявой рыжеволосой болтушки, стояла под дверью и широко зевала в кулак. Сразу видно, человек преисполнен важностью миссии. Едва челюсть от старания не свернула. Поприветствовав хозяина замка вполне сносным книксеном, по крайней мере, уже не заваливаясь в бок во время аккуратного приседания, она отрапортовала:

– Я держала дверь! Ни одна лошадь не вышла, ни одна не зашла.

– Какой серьезный подход, – бросив на меня насмешливый взгляд, похвалил Фостен.

Он отодвинул девушку с дороги и смело, как к себе домой (впрочем, он и был у себя дома), вошел в женскую гостиную.

– В спальне! – пояснила я и бросилась отпирать дверь.

Понятно, что рядом с колдуном бояться уже было решительно нечего, но только-только найденное в мужниной спальне самообладание заново потерялось, и руки предательски затряслись. Сунуть ключ в замочную скважину не удалось ни с первого, ни со второго раза.

– Не суетись, – тихо проговорил Фостен и накрыл мои влажные пальцы теплой ладонью.

Он помог попасть ключом в дырку и три раза провернуть. Уносясь в панике, я не заметила, что заперла спальню с адской коняшкой на все обороты.

Муж аккуратно раскрыл створки… Однорогая черная лошадь исчезла.

– В смысле? – оторопела я и, войдя в спальню, недоверчиво огляделась вокруг.

От демона не осталось ничего: никаких следов тривиальной потусторонней жизнедеятельности. В воздухе больше не пахло конским потом, хотя воняла-то лошадь из-под всадника апокалипсиса так, словно весь апокалипсис проскакала буйным галопом.

В большом сомнении я посмотрела на приоткрытое окошко, за которым тихо и мирно смеркалось. Прохладные вечерние сумерки перерождались в раннюю сизую темноту. Начинали зудеть комары и только магическая пугалка, представляющая собой маленький куб с витиеватыми иероглифами на каждой грани, не позволял писклям проникать в комнату. Ни одной черной рогатой лошади вместе с комарами на уровне второго этажа не кружило.

– Клянусь, вот прямо на этом месте стояла черная лошадь! – В огромной растерянности я посмотрела на Фостена, скрестившего руки на груди. – Рог закрученный, глаза горят, как у демона. Она же не могла выйти в окно?

– Ты так думаешь? – иронично переспросил муж.

– Лошадь в окно не поместится, – тихонечко пояснила я.

– Однозначно, – хмыкнул он.

Между тем из-под кровати высунулась черная кошка и настороженно посмотрела в нашу сторону. Кончик длинного хвоста недовольно похлопал по прикроватному светлому коврику.

– Как ты назвала эту тварь? – Фостен запнулся под моим выразительным взглядом. – Извините, леди Мейн, как вы назвали вашу нечисть?

– Какую еще нечисть? – мрачно переспросила я, чувствуя себя совершенно по-идиотски.

Муж кивнул в сторону хвостатой чертовки.

– Ах, ты про кошку? – цыкнула я.

– Зефирка, – тихо подсказала Раиса, следившая за нами с неослабевающим интересом.

Весь день она радовалась, что в женских покоях теперь живет кошечка Зефира, а потом черная тварина расцарапала на самом видном месте шелковые тканевые обои и восторга у горничной поубавилось. Именно ей пришлось кисточкой и клейкой массой полчаса приводить дорогие ткани в порядок. Вышло не ахти, но и Раи не реставратор.

Фостен на мгновение прикрыл глаза, словно кошачья кличка вызвала в нем физическую боль.

– Ладно, обойдемся без имени, – пробормотал он себе под нос и бросил какое-то резкое слово, похожее на то, что говорил перед дверью в столичный особняк, когда запирал ее с помощью магии.

Через секунду глаза у кошки полыхнули алым пламенем. Черное тело плавно перетекло в другую форму, и я тоже едва не перетекла. На пол. На моем светлом коврике топталась лошадь с одним рогом. Глаза смотрели нехорошо, но адским огнем больше не горели. Зато витой острый рог топорщился выразительно. Не иначе как от ужаса я представила, что на нем висит кривоватый новогодний фонарик, склеенный из цветной бумаги.

– И впрямь, тварь… – невольно вырвалось у меня.

Секундой позже страшная коняшка превратилась в ту самую вороную, купленную на рынке у цыгана.

– Нет, теперь лошадь! – охнула я.

Случилась новая метаморфоза, и демон принял вид знакомой гибкой кошки с черными, как смоль, глазами.

– И снова кошка…

Тело хвостатой воровки словно потекло, готовое вернуть истинный демонический облик.

– Только не в лошадь! – охнула я.

– В единорога, – поправил Фостен.

Передумав превращаться в рогатую кобылу, Зефирка… Да что там Зефирка? Целая Зефирина, если судить по ее истинному облику! В общем, кошка нахально потянулась, вцепившись когтями в ковер, выставила хвост трубой и с независимым видом пошла в сторону окна.

– Стоять! – рявкнула я, и она действительно плюхнулась на пол. – Фостен, хочешь сказать, что оно… единорог? Господи боже! В моем мире единороги – милые создания. Они радугой плюются и золотые искры из рога пускают, а не вот это все.

– В вашем мире есть единороги? – искренне заинтересовался Фостен.

– Ага, – у меня вырвался смешок, – в сказках. Завтра же едем в город и возвращаем этого демона обратно цыгану!

Откровенно говоря, глядя на кошку, которая вовсе не кошка, а рогатая злобная тварь, я чувствовала себя мужиком из бородатого анекдота. Он ходил с медведем по птичьему рынку и разыскивал мошенника, год назад продавшего ему хомячка.

– Если единорог никуда не ушел сам, то ты его уже ничем не выкуришь, дорогая. – Муж выглядел на удивление невозмутимым, словно у нас появилась милая зайка, а не зубастый, рогатый демон. – Поздравляю, ты стала хозяйкой единорога. Она тебя выбрала.

– Фостен, ты ведь с самого начала знал, кто это, – догадалась я. – Верно? Ты же колдун. Наверняка увидел лошадь на рынке и сразу понял, так?

Он развел руками, и у меня дернулось веко.

– Ты серьезно? – тихо и грозно уточнила я. – Скажи ты мне, что наша лошадь по ночам будет отращивать рог и клыки, разве я бы тебя не послушала? Кем надо быть, чтобы притащить в дом неведомую хтонь?

– Мужем женщины из другого мира, которая ровным счетом ничего не смыслит в мире этом, – невозмутимо ответил он на претензию.