Чтение онлайн

Я закатила глаза. Да уж, могу представить, как их целая армия преследует его на каждом выступлении.

— Но когда я увидел тебя, когда наши взгляды встретились… Чёрт. — Он провёл рукой по волосам. — Я подумал: «Это самая красивая женщина, которую я когда-либо видел».

Из меня вырвался вдох. Колени подогнулись. Вот уж чего я точно не ожидала.

— И когда мы закончили играть, мне просто нужно было подойти. Поговорить. Быть рядом.

— Я почувствовала то же самое, — прошептала я, голова кружилась. Что с этим мужчиной не так? Почему каждую клеточку моего тела он доводит до безумия?

— А потом...

Щёки вспыхнули. Я опустила глаза и прервала его.

— Поверь, я помню, что было потом. Не могу перестать об этом думать.

— Серьёзно? — Он почесал затылок, опустив голову, и посмотрел на меня исподлобья — прядь волос упала ему на лоб. — Ты думаешь об этом?

— Каждый грёбаный день! — выкрикнула я, топнув ногой. — Господи, ну почему мужчины такие тупые? До вас вообще доходит хоть что-то?!

Прежде чем я успела понять, что происходит, он обхватил меня за талию и приподнял подбородок.

— Беда, замолчи.

Я замерла, в ярости распахнув рот.

— Женщине нельзя просто так сказать «замолчи», Джуд!

— Можно, — ответил он, — если ты хочешь её поцеловать.

И опустил свои губы на мои.

Джуд

Я не смог себя остановить. Очень хотел. Хотел быть сильным и благородным. Но не смог.

Я был слаб. И всё из-за Милы.

Я прижал ладонь к её щеке, провёл большим пальцем по гладкой коже, наслаждаясь тем, как расширились её глаза. А потом мои губы коснулись её губ.

Она мгновенно растаяла в моих объятиях, её язык смело проник в мой рот. Я застонал и прижал её к себе всем телом.

Вот чего мне так долго не хватало.

Её пальцы заплелись в моих волосах и чуть дёрнули, сводя меня с ума. Казалось невозможным, но она была даже вкуснее, чем я помнил. Я одновременно был и голоден, и сыт.

Вот оно. Она. Этот миг.

Я больше не мог сдерживаться. Запустив руку под её футболку, я провёл ладонью по её спине, жадно прикасаясь к коже, такой тёплой и шелковистой. Она снова потянула меня за волосы, на этот раз сильнее, и я в ответ прикусил её нижнюю губу.

— Чёрт, Джуд, — простонала она. — Я мечтала о твоих поцелуях.

Эти слова вкупе с её голосом уничтожили последние остатки сомнений. Я отстранился, обхватил её лицо ладонями.

— Беда… — прохрипел я. — Я...

— Не надо, — прошептала она. — Не придумывай оправданий. Не думай. Просто поцелуй меня.

— Я не хочу останавливаться, — прошептал я, осыпая её подбородок поцелуями. — Я знаю, что нам не стоит. Но у меня нет сил. Скажи мне, чтоб я остановился, Беда.

— Нет. — Её рука скользнула вниз и легла на мой стояк, и у меня в глазах потемнело. — Только попробуй, мать твою, остановиться.

— Я хочу тебя, — выдохнул я. — Всего один раз. Я знаю, это глупо. Но это так хорошо.

— Не унижайся, Джуд. Не умоляй. Просто отнеси меня в кровать.

Я осторожно подхватил её, поддерживая травмированную руку, и направился в дом. Как и каждую ночь с тех пор, как она появилась, я унёс её в свою спальню.

Только на этот раз — я остался с ней. И спать мы точно не собирались.

Я пересёк дом, закрывая за собой двери ногой, и уложил Милу на кровать. Она тут же потянулась ко мне, впилась в губы, и её ногти вонзились в мою спину.

Я обхватил её за талию и сжал ладонью её упругую ягодицу. Она пискнула.

Я застыл, ослабив хватку.

— Я не причинил тебе боль?

Она покачала головой.

— Нет. И хватит беспокоиться. Я не фарфоровая кукла.

— Но ты же ранена.

— Если станет больно — скажу. А теперь раздевайся.

Из груди вырвался смех. Даже с травмой Мила не теряла боевой дух.

— Я серьёзно, Эберт. Живо! — Она толкнула меня в грудь. — Я хочу на тебя посмотреть, лесоруб. Давай, не стесняйся.

Я сдержал ухмылку и сдёрнул с себя футболку.

Она присвистнула, подбадривая, но прежде чем я успел сделать ещё что-то, её руки уже скользнули по моей груди, пальцы очертили контуры татуировки на боку.

— Я прикоснусь к сотне цветов и не сорву ни одного...

— Эдна Сент-Винсент Миллей, — пояснил я. — Она из Мэна.

— Так это не просто для вида, да? — Она наклонилась и поцеловала строку. — Мне нравится, что ты татуируешь стихи. На спине у тебя — Рильке? (*Райнер Мария Рильке — австрийский поэт и переводчик, один из самых влиятельных поэтов-модернистов XX века)

Я кивнул.

— Наверное, странно, но есть слова, которые хочется носить на себе вечно.

Она поцеловала меня в грудь, потом ниже. Губы оставляли огненный след до самого пояса джинсов.

— Это чертовски сексуально, — прошептала она, глядя на меня исподлобья, глаза затуманены.

Хотя повязки на ней не было, она держала руку ближе к телу.

— Поможешь мне? Снять майку. Я знаю, это не особо эротично, но...

— Да ты с ума сошла, — хрипло выдохнул я.

Я обошёл её, прижался губами к уху, прикусил мочку, подхватил подол футболки. Поднимая её, осыпал шею поцелуями. Осторожно помог ей освободить сначала здоровую руку, потом больную. На ней остался только спортивный лиф с молнией спереди.

— Штаны тоже. — Я стянул с неё спортивные штаны, опустившись на колени. Подвёл её руку к своему плечу, чтобы она могла опереться, и помог ей выбраться.

Она стояла передо мной — в белье, желанная, трепетная, сильная.

Я прижался губами к её животу.

— Мы не обязаны, если ты не хочешь.

Она взялась за мой подбородок, подняла моё лицо.

— А я хочу всё.

— Как скажешь, Беда. — Я встал, уложил её на кровать, раздвинул бёдра.

Я целовал и покусывал её бедро, наслаждаясь каждым миллиметром, обходил краем белья, дразня, доводя её до дрожи, и снова отступал.

Я провёл носом по внутренней стороне бедра, вдоль тонкой полоски ткани, вдыхая её аромат — дикий, пьянящий.

Отодвинув ткань в сторону, я провёл языком к её центру, и когда нашёл клитор, она вскрикнула и меня захлестнула гордость.

— Не шевелись, Беда, — усмехнулся я, глядя вверх из-под её бёдер. — Я тут работаю.

Я стянул с неё трусики и отбросил в сторону. Провёл пальцами по входу — она была тёплая, влажная, сладкая. Моя.

Когда я вошёл в неё пальцами, она вскрикнула, и я припал к её клитору. Тело выгнулось, бёдра задрожали. Мой член рвался наружу, но я не останавливался. Я жадно ловил каждый её стон, каждый изгиб, каждый вздрагивающий вдох.