Чтение онлайн

На этот раз дерево не раскололось полностью. Тогда он поставил ногу на полено, выдернул топор и бросил его на землю.

Обошёл кругом. Осмотрел трещину.

Я затаила дыхание. Что он теперь сделает?

Я никак не могла предугадать, что он, чёрт побери, просто возьмёт это полено, засунет пальцы в щель и потянет.

Но именно это он и сделал. Каждый мускул напрягся, бицепсы вздулись и он разорвал это чёртово дерево голыми руками, как Халк. Только в очках и подтяжках.

Я отшатнулась и прислонилась к стене. Что это сейчас было?

Мягкий, книжный Джуд Эберт только что разнёс бревно пополам, будто супергерой из лесной сказки?

По вискам покатился пот. Сердце колотилось как сумасшедшее. Ноги подкашивались.

Чёрт бы побрал его и его моральные принципы, и его навязчивую заботу.

Да, я ранена. Да, за мной охотятся убийцы с фургонами наркотиков. Но, блин, у меня тоже есть потребности! Я — живой человек! Женщина с нормальной кровью, запертая в домике с самым горячим лесорубом в истории человечества!

Но он ясно дал понять — через черту не переступит.

Что ж… если я не могу это трогать, то хотя бы могу на это смотреть.

Сделав глубокий вдох, я повернулась обратно к окну, чтобы полюбоваться зрелищем.

Но когда я снова сфокусировалась на нём, сердце подпрыгнуло к самому горлу.

Он стоял. Ноги на ширине плеч. Руки скрещены. Бицепсы перетягивает белая тонкая ткань, тёмные подтяжки подчёркивают ширину плеч.

И он смотрел прямо на меня.

Дерьмо.

Я и представить себе не могла, что смогу опозориться ещё больше. Но ошибалась. Потому что едва по мне прокатилась волна раскалённого стыда — за ней пришло кое-что другое.

Злость.

С какого чёрта он издевается надо мной? Это он меня отшил.

А теперь устраивает шоу с дровами прямо под окнами?

Наглость зашкаливает.

Он машет красной тряпкой перед возбуждённой, обделённой вниманием коровой.

Так что вместо того, чтобы спрятаться, я влезла в ботинки, накинула одну из его огромных курток и вышла во двор.

— И что по-твоему ты делаешь?! — рявкнула я.

Он обернулся, весь вспотевший и до невозможности сексуальный, и расплылся в улыбке.

— Рублю дрова.

— Зачем?

— Потому что зима близко. Нужно будет чем-то топить дом.

— Серьёзно? — Я фыркнула и упёрлась здоровой рукой в бедро. — Тебе сегодня это нужно?

Он кивнул, голубые глаза сияют, как у мальчишки, поймавшего меня на глупости.

— А вот это, — я ткнула пальцем в сторону дровяного сарая у гаража, — что по-твоему? Там всё под завязку! Думаешь, мы всё это сожжём за ночь и замёрзнем насмерть?

Улыбка на его лице слегка дрогнула.

— Мало того, что ты ходишь тут, весь такой привлекательный и бесконечно добрый, — процедила я, — так теперь, когда у меня уже нет сил защищаться, ты выходишь во двор, надеваешь, мать твою, подтяжки и начинаешь крошить деревья?!

Тишина.

Я сжала переносицу.

— Это просто нечестно.

Глаза за его очками распахнулись от изумления.

— Знаешь, я ждала от тебя большего. — Я покачала головой.

— Я не совсем понимаю…

— Ты же знаешь, что я сохну по тебе, Джуд. — Я опустила руку и тяжело выдохнула. — Ну дай мне хоть немного спокойно пожить. Я уже поняла, что тебе больше не интересно. Но, ради всего святого, прикройся, а? Спрячь вот это всё, — я обвела его с головы до ног, — эту… мужественную прелесть.

Он скрестил руки на груди и только подчеркнул рельеф бицепсов, а потом приподнял бровь.

— Мужественную прелесть?

— Да, — простонала я. — У девочки не бесконечный запас самоконтроля.

Я круто развернулась и направилась обратно к дому, собираясь эффектно хлопнуть дверью.

Но его смешок остановил меня.

— Ты, конечно, огонь, Беда.

Я закатила глаза, резко обернувшись.

— И раз уж мы тут выясняем отношения, у меня тоже есть претензия. Ты, между прочим, тоже не даёшь мне покоя.

— Я? — Я приложила руку к груди.

— Я пришёл домой и увидел тебя в лифчике, скачущую по моей гостиной. В лифчике, который тебе мал, между прочим.

У меня закипело в висках.

— Ты сам его купил!

— О, я знаю, — усмехнулся он. — И теперь этот обра, как грудь вываливается из чашек, будет преследовать меня в кошмарах. До конца жизни.

Я раскрыла рот, чтобы парировать, но, услышав его слова, захлопнула обратно. Ладно… Признание было чертовски приятно.

Он бросил топор на землю и решительно зашагал ко мне.

— С того самого момента, как ты переступила порог, я схожу с ума. Но я — хороший парень. — Он ткнул пальцем себе в грудь. — Я умею себя контролировать.

Я сжала губу, пытаясь не утонуть в волне желания, которая поднималась, словно цунами. Чёрт, злой он был ещё сексуальнее.

— А если я не хочу, чтобы ты себя контролировал?

Он зарычал и сделал шаг вперёд.

— Вот, вот что ты делаешь. Ты используешь свою женскую магию. — Он зажмурился. — И с каждым днём бороться становится всё труднее.

Пульс рванул вверх. Всё шло совсем не так, как я ожидала. И от этого становилось только лучше — осознавать, что ему было так же тяжело, как и мне.

— Только скажи мне одно, — прошептал он. — Зачем ты тогда поехала со мной из бара?

Тут я не колебалась ни секунды.

— Потому что ты красивый. И добрый. И когда я увидела тебя на сцене, с этими руками на гитаре… Я просто застыла. Только и думала, что они могут сделать с моим телом.

В его глазах вспыхнул огонь. Мы стояли нос к носу, я чувствовала, как от него идёт жар.

— И оправдали ли мои руки твои ожидания?

Я могла бы написать целую серию эротических романов об этих руках. Но карты раскрывать не хотелось. Я лишь приподняла подбородок и спокойно ответила:

— Превзошли.

Он усмехнулся. Такая самодовольная, наглая улыбка, что мне захотелось стереть её поцелуем.

— Я ответила, теперь твоя очередь. Почему ты тогда забрал меня с собой?

Он снова скрестил руки.

Чёрт, эти подтяжки…

— Потому что я привык играть перед людьми. Привык к вниманию. Привык, что женщины проявляют интерес. Всегда найдётся та, что заглядывается на молчаливого парня с гитарой.