Чтение онлайн

Но как мы уже, кажется, отмечали, даже относительно хорошее рано или поздно заканчивается и только неприятности - постоянны.

Расшифровка звуковой дорожки служебной видеосъемки свидетельских показаний по ДТП на трассе Матюганск-Козлодемьяновка.

–  Стало быть, стою, прикуриваю. Вот на этом самом месте, где сейчас.

–  Как именно стоите?

–  Лицом вон туда, на Козлодемьяновку. Потому как спиной к ветру. Я ж прикуривал - так чтоб не задуло.

–  Когда вы увидели пострадавший автомобиль?

–  Это джип который? Как только из-за спины выскочил, мимо меня пролетел - и пошел дальше. Вон туда.

–  То есть, вы не видели лично, как и откуда джип появился на шоссе?

–  А откуда ж он еще мог появиться? Ехал - да и все.

–  Ну, например, от города шел или с боковой выехал?

–  Не видел.

–  Проехал мимо вас, а что дальше?

–  А дальше я прикурил и хотел уже повернуться лицом, стало быть, к городу: где ж моя маршрутка? А тут это!

–  Пожалуйста, подробнее - что «это»?

–  Ну, «жигуль». С проселочной, которая вон там, слева. Вылетел и этого фраера, который джип, подрезал. Я еще думал - он его в борт протаранит. Но он вывернул. А тот нет.

–  Свидетель, без «тот» и «этот». Отвечайте конкретно: кто вывернул, кого подрезали, что дальше было?

–  Вывернул водитель «жигуля», но подрезал… а тот, который водитель джипа, вправо резко так дернулся, на обочину вылетел - и прямо в столб вписался. И почти сразу загорелся. А потом рванул. Я думаю: он же как минимум на сто пятьдесят шел! Рванешь тут.

–  А водитель «жигулей»? Он что - тормозил или останавливался?

–  Какое там! Подрезал, ударил по газам - и на скорости прямо по осевой в сторону Козлодемьяновки. Только я его и видел. Я так вам скажу: он его не случайно подрезал. Он его тут подстерегал.

–  Кто кого?

–  Тот, который в «жигуле», того, который в джипе. Вот те крест!

–  Почему вы так считаете?

–  А я вот тут, на этом месте каждый день маршрутку жду. А вон там, через дорогу, выхожу - когда на работу… так я насмотрелся, как с этого проселка обычно выезжают. Тут - понимаш, кака штука: если у тебя правый поворот, то притормаживаешь, глянешь, не летит ли какой-то «новый козлодемьяновский» по главной, сломя голову. А уже потом аккуратненько на крайнюю правую выезжаешь и поворачиваешь. А если тебе с этого проселка левый поворот, да еще через осевую… тут лучше вообще стопануть, на обе стороны разглядеться основательно, а потом уже трогать.

–  Откуда вы так правила хорошо знаете?

–  Так я ж не всю жизнь в автобусе толкаюсь. Были и у меня колеса. Да пришлось продать за полцены, когда в девяносто восьмом случился этот… обвал. Ну, сами знаете…

–  Знаем. Продолжайте ваши показания относительно ДТП.

–  А что продолжать? Я так понимаю - этот загодя подъехал и так метров… ну, за десять… двадцать от силы… стоял и высматривал. Поджидал.

–  Вы это лично видели, как он там стоял?

–  Не совсем. Я больше слышал. Оно как сначала было - я вон по той тропинке напрямик на остановку вышел и все время налево смотрел, откуда маршрутка идет. Потом стал прикуривать, повернулся к ветру спиной и не заметил даже, откуда этот джип вылетел. Но зато услышал - слева этот «талалихин» ударил по газам, аж мотор взревел! И пошел вроде как на таран. Вот тут обе машины у меня в поле зрения и оказались. С этого момента я все видел: и как подрезал, и как уходил на скорости, и как джип со столбом обнялся.

–  А номер «жигуленка» в поле вашего зрения случайно не вошел?

–  Скорблю, но нет. Дым как раз в глаза попал. Силуэт машины я, конечно, разглядел. Но не в деталях. А когда слезу протер, он уже далеко был.

–  Вот вы говорите, «который в «жигулях». Вы разглядели - там, в салоне только водитель был или еще кто-то?

–  Не уверен, не скажу. Я так, условно единственное число употребляю. Не в отношении людей, а в отношении машины.

–  Вы какую-то фамилию упомянули. Знакомый ваш? Говорите, никаких деталей не разглядели? Странная вас слеза прошибла. Номера машины не увидели, а того, что за рулем сидел, опознали, да еще со спины. Как его фамилия?

–  Окстись, служба! Ой, извиняюсь! Скорблю… Если вы насчет Талалихина, так это ж летчик, Герой Союза, который в сорок первом немцев таранил.

–  А, герой… так это вы вроде как сравнение употребили?

–  Точно! Во-первых, потому, что там таран - и тут таран. А во-вторых, потому, что тот, который в джипе сидел, еще хуже немца.

–  Гражданин, давайте не будем отвлекаться не по делу. Встаньте еще раз вот сюда и покажите нашему оператору рукой направление движения «жигулей» с того момента, когда они попали в ваше поле зрения. И без примеров из истории, пожалуйста. Молча: встал, показал… все! Встал там, где стоял! Теперь показывай, куда джип двигался, только молча. А теперь - откуда «жигуль» вынырнул… молча, я сказал! Встал, показал!…

–  Ты еще прикажи: упал, отжался.

–  Разговорчики в строю!

(конец расшифровки).

Известие об автокатастрофе под Семейкой Федорин воспринял философски. То есть - с определенным отстранением.

Первая реакция была естественной: слава Богу, что не я.

Последующая тоже соответствовала норме: доездились!

Затем посетило легкое раскаяние: все-таки покойник не чужой человек, учились вместе. Правда, давно, еще в школе. А после от него никаких попыток сближения. Правда, Теще квартиранта рекомендовал. И на том спасибо.

Дальнейшие упражнения ассоциативного мышления грубо прекратил шеф. Он даже не вошел, а влетел в редакцию. Как всегда - без «здравствуйте» или хотя бы «привет». И заорал с порога:

–  Федорин, что у тебя с этими твоими… дикими кобылицами?

–  Пока без изменений. Теща залегла в своем Новозадвинске на дно и носа не кажет. Боится, что привлекут за ложные показания. А жена все еще лечится и параллельно нашла себе занятие: записалась на курсы предсказательниц. Вечерние…

–  Везет же некоторым! Но я тебя не про родню, а про отдел спрашиваю.

–  А, про этих… Тоньку с Надькой? То есть, Надежду с Антониной. Одна в санатории инфаркт долечивает, а у второй скоро гипс снимут. Нога вроде нормально срослась.

–  Вот и хорошо. Готовь их морально, что им обеим предстоит продолжить курс лечения, но уже за свой счет. Такие вот коврижки.

–  Не понял, шеф, это что - сокращение штатов? Или «на фиг с бала» безо всяких церемоний? Без компенсаций и вышибального пособия. За что?

–  Во-первых, пока что не с бала, а в отпуск. Но безоплатный. И не «за что», а «почему». А потому, что хозяин еще дома, но венки уже выносят.

–  Не понял…

–  А что тут понимать, Федорин? Спонсор, литературно выражаясь, гигнулся. А по-простому - звезданулся. Что, опять не понял?

–  Ага.

–  Чего ты не понял, Федорин? Есть ли у нас вообще спонсоры или мы с паперти кормимся?

–  Вроде того.

–  Олух царя небесного, Чернышевский недоделанный, да если бы мы жили только на подписку, то не хватало бы даже на презервативы, чтобы не плодить себе подобных. Дошло? Ты на календарь в последний раз в каком классе смотрел? Небось, не позже пятого.