Чтение онлайн

локализацией сакалиба и сведениями о набегах андалусцев, а между различными частями

сочинения Ибн Хаукала. С одной стороны, сакалиба у Ибн Хаукала четко отделяются от

невольников, приводимых из Галисии и Франции. Последних Ибн Хаукал не называет

сакалиба; в том же фрагменте испанские христиане именуются рум [279, с. 106]. С другой

стороны, перечисляя привозимые из Магриба товары49, Ибн Хаукал вновь упоминает о

невольниках-сака-либа, о которых пишет: они - из страны сакалиба, а привозят их через

Андалусию [279, с. 94]. Таким образом, Ибн Хаукал говорит в одном фрагменте о двух

разных явлениях - ввозе невольников-сякйлыбя из <страны сакалиба> и ввозе

невольников, не называемых сакалиба и подходящих более под категорию рум, из

Франции, Италии и земель лангобардов. Но почему он делает это? Судя по географии Ибн

Хаукала, сведения о Европе были у него крайне скудны: никаких описаний европейских

стран мы в трактате <Сурат ал-Ард> не находим. Ибн Хаукал отличает сакалиба от

европейских христиан, но о Европе (и о работорговле в ней в частности) он осведомлен

очень слабо - тем более, что в Европе поставкой невольников в Андалусию занимались в

основном иудеи, а источники информации у Ибн Хаукала были мусульманские. Будучи

лишен информации о Европе, Ибн Хаукал мог объяснить появление невольников-агкалкба

в Андалусии единственно на основе имевшихся у него сведений, иначе говоря,

предположив, что андалусцы проникают в земли сакалиба и охотятся там за

невольниками. Ибн Хаукал, таким образом, действительно ошибается, но ошибка его

состоит не в том, что название сакалиба он якобы применяет к ла-тиноязычным жителям

Европы, а в том, что он отождествляет набеги андалусцев на соседние страны с

работорговлей, в результате которой в Андалусию поступали невольники.

На другую половину земель сакалиба, по словам Ибн Хаукала, совершают набеги

хорасанские гази. История этих набегов будет проанализирована ниже (см.: часть III, гл.

1). Представляется, что гази следовали по маршрутам купцов, отправлявшихся из Булгара, то есть двигались по Оке или по пути из Булгара в Киев. На этих путях они встречали

славян, прежде всего кривичей и вятичей, которые в IX-X вв. активно заселяли Рязанскую

землю [373, с. 121-124; 346, с. 198-200].

Подведем итоги. У ал-Истахри название сакалиба, там, где можно определить его

значение, употребляется применительно к славянам на Балканах. Ибн Хаукал следует за

ним, но представляет и свою собственную географическую концепцию, в которой

название сакалиба применяется к славянам Руси. Таким образом, на основании

рассмотренных случаев можно заключить, что у ал-Истахри и Ибн Хаукала название

сакалиба применяется к славянам.

Я. Ибн ХаМан (987/88-1076)

Ибн Халдун (1332-1406) рассказывает, не уточняя, правда, даты, что к андалусскому

халифу 'Абд ар-Рахману III (912-961) прибыли однажды послы европейских государей, в

том числе и посланцы царя сакалиба (малик ас-сакалиба) Хуту [277, т. 4, с. 143; ср. 41, т. 1, с. 235]. Эти же сведения приводит и Ибн 'Изари, который говорит только о посольстве

правителя сакалиба Хуту, но зато называет дату - 342 г.х. (8 мая 953 - 6 мая 954 г.) [105, т. 2, с. 218]. Хуту, без сомнения, следует отождествить с германским королем Отгоном I

Великим, направившим тогда в Кордову посольство Иоанна Горцского.

Приводимые Ибн 'Изари и Ибн Халдуном сведения восходят, по всей вероятности, к

трактату Ибн Хаййана <ал-Муктабис>, на котором в значительной степени основываются

оба автора в рассказе об Андалусии. К сожалению, <ал-Муктабис> дошел до нас не

полностью, и та часть трактата, в которой должно было бы находиться сообщение о

посольствах, не сохранилась. Проверить, каким образом Оттон Великий был назван

правителем сакалиба, нет, таким образом, никакой возможности. Хотелось бы, однако, обратить внимание на два немаловажных обстоятельства, указывающих на возможность

путаницы. В одном дошедшем до нас фрагменте <ал-Муктабиса> Ибн Хаййан называет

преемника Отгона Великого, Оттона II (973-983), малик ал-ифрандж (король франков), а

не малик ас-сакалиба [276, с. 169, 182]50, а в другом отрывке, известном нам через

посредство Ибн ал-Хатиба (1313-1374), отделяет сакалиба от немцев, правитель которых

именуется у него сахиб ая-аямапиййип [151, с. 219]SI. Ибрахим Ибн Йа'куб, который

дважды встречался с Отгоном Великим, называет его не малик ас-сакалиба, а малик ар-

рум [36, с. 7; 232, с. 334]. К тому же в Андалусию прибывали, кажется, и посольства от

сакалиба-спаът, из Чехии52.

9. Ибрахим ар-Ракик ал-Кайравани (ум. после 1027 г.)

Произведение Ибрахима ар-Ракика дошло до нас лишь в виде отдельных отрывков, и

судить о том, как он представлял себе сакалиба, можно только по одному фрагменту, донесенному до нас ал-Маккари (ум. в 1631 / 32 г.). Этот фрагмент, однако, имеет

большую важность для понимании истории сакалиба, и потому его целесообразно

привести полностью.

<Жители Андалусии непрестанно ведут войны во имя ислама и борются с народом из

окружающих их многобожников, называемым галисийцами (джаяалика). Те соседят с их

землями от запада до востока. Они - люди сильные, красивые, с приятными лицами.

Большинство рабов [андалусцев] красивой и приятной внешности - из них. Дороги между

ними (андалусцами и галисийцами.
– Д.М.) нет. Война между ними ведется постоянно,

если не заключается перемирие. На востоке [андалусцы] воюют с народом, именуемым

франками (фаранджа). Они (франки.-ДМ)- самый грозный из всех их (андалусцев.
– Д.М.) врагов, ибо они образуют сильный народ и живут в многочисленных, широких, больших, густо застроенных и населенных странах, именуемых "Большой землей" (ал-Ард ал-