Чтение онлайн

Альтернативную трактовку предлагал Э.Аштор, по мнению которого сабй употреблено

здесь в значении <полон>, <пленники>. Предлагаемый Аштором вариант перевода - [407, c. 175], т.е. <среди людей, полоненных в тех краях, многие остаются как были>, - иными

словами, не подвергаются оскоплению. Эта последняя интерпретация предполагает еще

одну дилемму: сабйу-хум, которую можно понимать и как <их пленники>, т.е. <пленники

хорасанцев и андалусцев>, и как <пленники из сакалиба>, подобно тому, как в том же

фрагменте Ибн Хаукал говорит о туджджар ал-йахуд, <торговцах из иудеев>. Прийти к

определенному заключению только на основании перевода невозможно, и для того, чтобы

предпочесть одну из интерпретаций, следует представить себе историческую картину.

Интерпретируя сабйу-хум как <пленение>, мы имеем: они (хорасанцы и андалусцы) еще

немало пленников берут в тех краях (т.е. в стране сакалиба). Второй вариант перевода

приводит нас к следующему пониманию: многие из взятых в тех краях пленников не

оскопляются. Если предположить, что это утверждение относится к сакалиба, мы

получим, что Ибн Хаукал одновременно и противоречит сам себе (до этого он утверждает, что привозимые в Андалусию невольники-сял-ялкбй подвергаются оскоплению), и

повторяется (он уже сказал, что невопъниш-сакалиба, привозимые из Волжской Булгарии, остаются как были). Перевод Аштора с неизбежностью предполагает, таким образом, что

под сабйу-хум понимаются пленники не из страны сакалиба, а из северной Испании,

Франции и Италии. Такое, однако, вряд ли возможно, ибо Ибн Хаукал говорит в данном

фрагменте о набегах на земли сакалиба. Предпочтительнее, следовательно, трактовка

Крамерса, Вьета и Романи Суай; как мог появиться такой фрагмент - объясняется в тексте.

м Например: <Из Окружающего моря выходит пролив, который протекает за страной

сакалиба, рассекает страну румийцев на две части

уКонстантинополяивпадаетвСредиземноеморе>[219,с. 8]или:<И он (Константинопольский

пролив, т.е. Босфор и Дарданеллы.
– Д.М.) впадает в Средиземное море, приходя из

Окружающего моря, из-за страны румийцев> [219, с. 79-80].

45 <Из Окружающего моря выходит пролив, который течет за страной сакалиба, рассекает

страну румийцев на две части у Константинополя и впадает в Средиземное море> [279, с.

22], т.е. как у ал-Истахри (см. предыдущее примечание); <Если кто-либо выйдет из Сеуты

или Танжера и пойдет по берегу Магрибинского моря (Средиземное море.
– Д.М.), надеясь

прийти на противоположное место в Андалусии, то он пройдет кругом по всему

побережью, не встречая на своем пути никакого препятствия, за исключением рек,

которые, сливаясь, текут к нему или впадают в него, а также Константинопольского

пролива, который впадает в него тоже со стороны Окружающего моря. Таким образом,

часть суши, которая включает в себя половину страны сакалиба и часть страны румийцев, отделилась от материка; она получила название "Малая земля". Помимо стран, которые я

перечислил, она включает в себя Калабрию, Галисию, землю франков и Андалусию. Это -

остров, не принадлежащий к материку и не связанный ни с одной из его частей,

отдельный, хотя если такая поездка была совершена, доказательств этому не требуется>

[279, с. 114-175]; <И этот пролив, как я уже говорил, впадает в Средиземное море из

Окружающего моря, со стороны Крайнего Севера, из земли, по которой нельзя

передвигаться вследствие холода. Он протекает по одной из местностей Гога и Магога, затем пересекает страну сакалиба и рассекает ее на две части, а затем проходит через

середину страны румийцев> [279, с. 183].

46 Предложить альтернативную трактовку данного фрагмента попытался только

Т.Левицкий, который, впрочем, сделал это крайне неудачно. По мнению Левицкого,

норманнские купцы привозили невольников с балтийского побережья в Галисию, а

пленников из Далматии - в Андалусию через Италию [527, с. 56]. Но интерпретация

Левицкого явно ошибочна. Прежде всего, она совершенно не подкреплена документально.

У нас есть данные о набегах норманнов на Галисию и Андалусию, но об их торговых

поездках в эти страны сведений нет никаких. Далее, Ибн Хаукал довольно ясно заявляет, что невольников приводили андалусцы, а не норманны. Кроме того, нарисованная

Левицким схема не выдерживает критики и с чисто логической точки зрения. Почему,

например, норманны везли своих невольников в Галисию, а не в Андалусию, где они

могли бы получить за них намного большую плату? Где следы пиратской деятельности

норманнов в Адриатике в середине X в., и как андалусские, африканские и славянские

(нарентане) пираты уступили им выгодную работорговлю? Гипотеза Левицкого не дает

ответов на эти вопросы, и объяснять высказывание Ибн Хаукала о работорговле следует, видимо, иным образом.

"О пиратах из Фраксинетума см. ниже (часть III, гл. 1).

48 О <мятеже в пригороде> см. также: часть Ш, гл. 2.

49 Сделать это Ибн Хаукал обещает в конце приводимого в тексте фрагмента. В

современных изданиях труда Ибн Хаукала фрагмент о товарах из Магриба предшествует

фрагменту о сакалиба, но это, видимо, объясняется тем, что Ибн Хаукал писал раздел об

Андалусии раньше, чем раздел о Магрибе и впоследствии поменял композицию своего

произведения.

50 Идентификация Хуту с Отгоном II предложена для данного случая Э.Леви-Провансалем

[522, т. 2, с. 153]. Выводы Леви-Провансаля оспаривал 'А.'А. ал-Хаджджи, полагавший, что Хуту следует отождествить с Гуго Капетом [469, с. 278-279]. Интерпретация Леви-

Провансаля представляется более убедительной. С одной стороны, в предыдущем