Чтение онлайн

–  Вы ее очень плохо знаете. Она… Я не хочу больше говорить о ней, - Голаф отвернулся к флейту, качавшемуся на волнах в полутора лигах.

Бернат отыскал Астру на северном склоне горы. Она сидела, обняв колени, в тени кустов и смотрела влажными глазами на море.

–  Прошу прощения, девчонка-госпожа, - он старательно улыбнуться, помедлил миг и присел рядом с ней.
– Без вас я никуда не поплыву, хоть жгите меня своими огненными пузырями.

–  Спасибо, мастер. Я знала, что ты меня не бросишь, - она повернула голову к серо-лиловым скалам, стараясь не смотреть в сторону "Кириды".
– А я, между прочим, могу вызвать двух вессов. Представляешь? Из всех известных мэги только я одна такая, что могу сразу двух.

–  Это хорошо, но рейнджер и в правду уплыть может. Если он злится, то сама знаешь - мора-бора. Такой он. Да… - Бернат устало вздохнул.

–  Да пусть катится! И поскорее! Я не хочу его видеть ни-ког-да! Никогда больше!
– Астра сняла кольцо Керлока, с силой сжала его в ладони.
– Гринх он колбасный! Леос ни за что не поступил бы со мной так! Милый мой Леос… Он бы и подумать не смел то, что говорит твой мора-бора при всех!

–  Девочка моя, а ты и вправду э-это… беременна?
– тихо спросил Холиг.

–  Откуда мне знать, Бернат. Если бы у меня такое случалось каждый день, то знала бы точно, - мэги поджала губы, лицо ее побледнело.
– Наверное, да, - едва слышно прошептала она и тут увидела огромную птицу с золотистым клювом или неведомое существо, появившееся из-за скал, летевшее медленно, вздрагивая крыльями, которые почти касались воды.

–  Что это, мастер?
– Астра вскочила, быстро узнавая от чего-то памятные ей очертания.
– Это же летающий корабль!
– изумленно произнесла она.

–  Это "Песнь Раи"!
– вскричал эклектик.
– Моя прекрасная, прекрасная "Песнь Раи"! О, негодяй Свилг!
– бросив шкатулку амфитрит на траву, он побежал вниз, не выпуская из вида потрепанного, едва державшегося в воздухе судна.

Астра кинулась за ним, перепрыгивая через невысокие кусты и камни, разбросанные по склону, оббегая сходивший в море обрыв.

–  Я поджарю вашего Свилга!
– с вдохновением пообещала мэги, обгоняя коротконогого эклектика.
– Если только успею!

Астра сбежала на площадку, на которой вчера стоял костяной голем, поднимая брызги, перескочила через ручей, но корабль уже пролетел мимо и двигался дальше над кромкой берега, тяжело взмахивая широкими серебристо-белыми крыльями, волоча за собой веревки, оборванную оснастку и громыхающие по камням якоря. В это время от "Кириды" отчалила шлюпка с рыцарями команды Греда. Было видно, как тужатся гребцы, ударяя со всех сил веслами, заводясь бешеным темпом.

–  Уйдет! О, Герм Берегущий, уйдет!
– запричитал Бернат. В отчаянье, и совсем обессилив от бега, он упал на колени, выпученными глазами взирая на удалявшуюся к мысу "Песнь Раи".

Астра не сдавалась и бежала дальше, отставая с каждым шагом от величественной рукотворной птицы. Вдруг якорь, волочившийся по земле, часто нырявший в воду, издал громкий скрежет и зацепился за трещину в скале, торчавшей у самой кромки моря. Канат натянулся тугой струной. От сильного рывка корабль развернуло к острову. Он, теряя и без того небольшую высоту, с могучим всплеском опустился кормой в воду. Нос его возвышался над берегом, крылья беспомощно вздрагивали в волнах.

Радостно вскрикнув, мэги остановилась, оглянулась на Берната и теперь с осторожностью направилась к судну, подумывая, что там могут оказаться лица менее приятные, чем сам Свилг. Она пыталась разглядеть кого-нибудь на палубе, но "Песнь Раи" лежала, наклонившейся на противоположный борт, и казалось покинутой, мертвой, будто потерпевший крушение корабль когда-то давно. Лодка, спущенная с "Кириды", приближалась, обходя скалы, торчавшие из воды. Голаф Брис привстал на заднем сидении, не выпуская изготовленный к стрельбе лук. Рядом с ним с беспокойством вглядывался вперед Гред Фаром и трое его мечников. Бросив на них презрительный взгляд, Астра пошла чуть быстрее к небесному кораблю. Когда до него оставалось шагов пятьдесят, Астра услышала, как кто-то тяжело спрыгнул на гальку. В следующий миг из-за носа корабля, увенчанного золоченой фигурой Раи, появился низкорослый человек в кожаной безрукавке с длинными волосами, туго подвязанными на затылке.

–  Эй, девица! Клянусь, мы прежде встречались!
– воскликнул он, встряхивая черным хвостом волос.
– В Иальсе ты, кажется, была Раей Светлейшей. Да, да! Так ты и есть сама мэги Пэй?!

–  Сама мэги Пэй, - согласилась Астра, вспомнив случайного знакомого в припортовом трактире Иальса.
– А ты…

–  Каррид Рэбб, госпожа! Запомните, я - Каррид Рэбб! И, чтоб мне лопнуть!
– он дико рассмеялся, повернувшись, махнул кому-то рукой.
– Пернатый, ну-ка! Поторопись! Выбрось свои цветы - веник они! Засохли!

Тут же рядом с ним возник другой знакомый мэги: пшеничного цвета волосы блестели солнцем на его плечах, взгляд с оттенком неба и теплого ветра ласкал Астру.

–  Леос!
– восторженно и громко вскрикнула она, бросилась, забыв обо всем к нему.

–  Моя волшебная принцесса!
– с хохотом он подхватил ее на руки и прижал к себе, покрывая поцелуями лицо, щеки, румяные губы, к которым стремился так долго.

–  Боги! Как вовремя! Сколько я думала о тебе!
– она, задыхаясь, что-то шептала ему еще, трепала ласково его кудри. Из блестящих, похожих на пьяный эль глаз текли теплые слезы. Лишь на какой-то миг перед взглядом Астры мелькнул спрыгнувший на берег Голаф Брис, и снова она вернулась к чудом воскресшему барду.

–  Вот так Светлейшая! Мне сразу Балд указал на тебя!
– торжествовал Каррид, прихлопнув звонко ладонями.
– И корабль наш в честь тебя назван! "Песнь Раи"! Клянусь, "Песнь Раи" назван!

–  А знаете, это мой корабль, - нерешительно сказал Бернат, подходя к длинноволосому анрасцу.
– Впрочем… это не важно. Если хотите, сейчас это совсем не важно, господин волосатик.

От Варольда слишком долго не было вестей. Поэтому Изольда тревожилась, ходила в огромных комнатах замка, представлявшихся теперь холодными и пустыми. Выбегала в сад, долго бродила меж клумб ирисов и нежных роз; сетовала, что не отправилась в Иальс со свитой Луацина. Ведь король так просил присоединиться к нему в поездке! И был к этому повод. И была собственная цель - Варольд. Изольда должна, должна была скорее увидеть милого магистра, с которым ее столько лет разлучала судьба и ничем необъяснимые капризы их личных отношений. Если прежде рядом с Варольдом была либийка-Селла, затем Арсия, если за этими двумя женщинами путь в Олмию Кроуну был заказан, а сама Изольда последние двадцать лет, словно выполняя тайную волю богов, отдала себя воспитанию Астры, то теперь… Что теперь могло помешать ей, соединить жизнь с Варольдом Кроуном - единственным мужчиной, который был по-настоящему дорог ей со времен Голорской войны и по сей день, с мужчиной, который сам страдал по ней всю жизнь в нечеловеческих муках?

Снова и снова Изольда Рут пыталась связаться с ним ментально. Вечерами она проводила время возле хрустальной сферы в блеске высоких свечей, вглядываясь в туманно-золотистые тени и всеми силами призывая Варольда, но магистр молчал. Это казалось невероятным - разве мог он не слышать ее, не ответить на долгий и страстный призыв. А в последний раз, склонившись над шаром и едва не зарыдав от собственного бессилия, Изольда вдруг увидела в глубине хрусталя дом Кроуна жадно объятый огнем. Только теперь она поняла то, что раньше отказывался принимать ее разум: с магистром стряслась беда, а в Иальсе происходило что-то непонятное и страшное. Оголившиеся вдруг, дрожащие судорогами чувства говорили ей, что во всем снова повинен Канахор Хаерим. Изольда вскочила с кресла и, до боли заломив руки, произнесла:

–  Я уничтожу тебя! Если только что-то случиться с ним! Если что-то с моим Варольдом!…

Быстрым шагом она направилась через галерею к башне, поднялась по лестнице мимо изваяний змеев. Подошла к длинной полке, уставленной бронзовыми статуэтками, фарфоровыми сосудами и протянула руку к бусам, подаренным Варольдом после его либийских скитаний. Пальцы нервно перебирали теплые кусочки бирюзы с рунными знаками, а рассудок терзали мысли, что все, вопреки ее стараниям, возвращается. Тронутая однажды история Черной Короны Иссеи, опасная, злая история, нити которой держат бессмертные, не даст уже покоя никому. И первыми жестоко пострадают из-за нее Варольд и… Астра. Потому что Астра - его дочь. Потому что от самого рождения боги лишили ее покоя, и даже самая хитрая магия не властна над ее судьбой.