Чтение онлайн

сына к сердцу, она без конца повторяла:

— Ты будешь жить... Теперь ты будешь жить...

Много дней и ночей стоял в горах непрерывный

гул. Из самых отдаленных и высоких аулов

спустились к входу в ущелье старики и молодые, чтобы не

пропустить врага в горы.

У высокой башни, где только птицы летают да

проплывают тучи, за покрытыми мхом камнями, за

корнями диких сосен, за жестокими сухими

кустами — всюду врага поджидала смерть.

— Белые, — говорили мужчины.

— Белые, — шептали женщины.

— Белые, — повторяли дети.

Они играли в войну, и Алан помнить как его

выгнали из игры за то, что он не захотел быть «белым».

— Молодец, хорошо сделал, что не захотел быть

белым, — похвалил его партизанский начальник,

греясь ночью у костра. — Всегда будь красным.

Ленин тебя похвалил бы.

В ту ночь впервые услышал мальчик имя Ленин.

Вокруг очага на бурках лежали партизаны. На

рассвете они уходили.

– =Лишнлослал нам помощь из России, враг

бежит...

Кто такой Ленин? Что такое Россия? — молчаливо

вопрошали горящие глаза мальчика.

Партизанский начальник говорил, что Ленин

самый главный богатырь, самый смелый и самый

добрый.

«Значит, он может достать голубую звезду»,—

подумал Алан.

— А земля? — спрашивала мать.

— Будет у тебя земля. У всех будет земля, —

отвечал начальник. — И сын твой будет учиться в

большом городе.

«А что такое город?» — думал мальчик, не смея

спросить.

69

В долгие зимние ночи ему снились большие

сильные люди, которые шли по краю ущелья и огромные

камни из-под их ног с грохотом скатывались в

пропасть. Мальчик просыпался с бьющимся сердцем,

звал мать и тихо говорил: «Ленин».

— Скоро, скоро ты вырастешь, уйдешь в большой

город и увидишь богатыря Ленина, — шептала мать,

успокаивая его...

— Я помню день, когда тебя впервые привели в

общежитие рабфака, — перебил товарища Володя,

желая отвлечь его от печальных воспоминаний

детства. — Ты был смешной-пресмешной. Чорт знает,

куда делись твои кудри? Не было ни одной девушки,

которая бы не заглядывалась на тебя.

— А мама не дожила, не увидела меня

взрослым, — занятый своими мыслями, сказал Алан.

— Смотри: огонек, огонек, — зашептал вдруг

Володя и прижался лицом к расщелине, вглядываясь в

темноту склепа.

Алан тоже поднялся, но ничего не увидел.

— Чтобы это могло быть, как ты думаешь? —

спросил Володя.

— Я ничего не вижу

— Как не видишь? Отойди немного. Вот, смотри,

опять.

Действительно, в глубине могильника светился

острый, как игла, голубоватый огонек.

— Вижу, — выдохнул Алан.

— Голубой меч... А камень трудно отвалить, как

ты думаешь Алан?

— Днем лазить в эти могильники нельзя,

райисполком не разрешает.

— Давай попробуем сейчас, — с мальчишеским

озорством сказал Володя.

— Давай.

Друзья изо всех сил налегли на камень. Вначале

он не поддавался, но после нескольких усилий

отвалился и полетел в пропасть.

Товарищи вошли в могильник и на секунду

остановились, освещая фонарем углы склепа.

— А где же голубая игла?

70

В могильнике лежали большие квадратные камни.

— Под этими камнями похоронены мои

старики, — сказал .Алан. — Вот здесь отец, вот здесь —

мать.

Товарищи пошли дальше в глубь пещеры. На

одном повороте они опять увидели манящий свет голу*

"бой иглы, но она сверкнула и снова померкла.

— Что за чертовщина? — воскликнул Адеан — Гаси

фонарь.

Они медленно пошли дальше, уже в темноте,

изредка освещая путь электрическим фонариком.

— Вот опять... Смотри, вот она... Стой! —

прошептал Володя.

Товарищи остановились. Размеренно, со звоном

падала на камень вода. В этом месте пол пещеры был

темный и влажный. Друзья опустились на колени.

Светящаяся игла теперь не убегала от них, она

лежала на одном месте и искрилась серовато-голубым

светом.

— Лопатку, — прошептал Володя и ладонью

погладил светящийся луч.

Маленькой лопаточкой, напоминающей аптечный

шпадель, Володя осторожно снял верхний слой

земли. Алан небольшой щеточкой бережно сметал землю

со светящейся иглы. Увлеченные работой, они не

заметили, как в могильнике поредел мрак, поблек свет

фонаря и наступило утро. Наконец, они вытащили

металлический шлем причудливой формы. Голубая

игла, которая светила им в темноте, оказалась

блестящим камнем, вделанным в шлем.

— Похоже на сапфир. А впрочем, пошли, —

сказал Володя и поднялся, отряхивая колени.

Алан снял с себя фуфайку и бережно завернул в

нее находку. «Чей он был? Кто носил его?» — ь-звол-

нованно подумал он.

— Какое солнце! — воскликнул Володя, когда они

вышли из могильника. Оба закрыли глаза от яркого

света и легли на землю.

Черникой и мхом покрылись здесь камни. Сине-

розовыми слезами играла роса под солнцем.

— Фиалки, как в слезах. Нарвем и преподнесем

71

Ольге Кондратьевне, — сказал Алаи и неожиданно

расхохотался.

— Ты чего? — удивился Володя..

— Едва ли мой предок, которому принадлежал

этот шлем с голубым камнем, преподнес бы женщине

эти маленькие цветочки...

— Пошли скорее, пока не подняли тревогу. Хотя,,