Чтение онлайн

"Высшие идеи, впечатанные в природу, достойны Веры!"

Это, как верить в коммунистическую (читай - общинную) идею, или вероятность достижения линии горизонта, или возможность быть усыновленным богом. Все равно в общем значении. Выставляется нереальная цель, а улучшение человека происходит на основах движения к ней. Это и доказывает реальность решения самой задачи. Природные верования гораздо более приземленные, поскольку дело касается не божьих, а человеческих промыслов.

"По умершим справляли тризну: боролись, скакали и бегали вперегонку..." - в этом древнем свидетельстве о русах - очевидно же!
– заложен никак не весь список. Согласуясь с нашими календарными игрищами (на "смерть" одного "притомившегося" бога и прихода "свеженького"), можно утверждать, что здесь были, как минимум, "спихи с бревна", метание камней в цель, а копий и больших кузнечных молотов вдаль... Тризничали! У нас наиболее популярным, приуроченным к определенным ярмаркам, остался обычай сталкиваний с вбитых в воду вертикально бревен - их вколачивали еще с зимы со льда, чтобы получился ровный круг, и торчали они строго вертикально - на каждом из восьми становилось по человеку, и начиналось! ...пока не оставался один.

ВАРАГА существует, как некий набор обычаев, суеверных (если угодно) примет, пусть уже не в цельном, а разодранном полузабытом (из-за утраты связи времен), но существует. И потому любая "выдумка", опираясь на те столбы, что вбивали когда-то в болота под безопасные жилища смутных времен пограничья, какие бы не велись споры, входит из эфемерного в соответствие материальное, явись этому хоть один последователь.

Равно племена, которые сегодня отчего-то называют "примитивными" (но которые дали бы фору современнику в смыслах жизни, да и искусству жизни вообще) творили своего бога сообща, как свой быт, не ставя различий.

В этом складывается Общинный Гений. Свойства гения иногда принадлежат Общинам, они растворены в ней. Так и приметы леса:

сосновом - молиться,

березовом - веселиться,

еловом - удавиться,

дубраве - радеть...

...способны сложиться в последовательные обычаи, потом закрепится "слепым" верованием, и возникнет то, что сцементирует людей в Организацию, которую мы и зовем Общиной, уже не только на одних лишь хозяйственных и родственных обязательствах друг перед другом. "Возрадуются вся древа дубравная..." (псал). И отметим еще раз: дубРАВА (РА - знак солнца, ВА - воды и земли)

Человек был силен работами, но ловкости и смышлености добавлял играми. Прочие "мышечные" добивал и развивал танцами - одно только "вприсядку" чего стоит! Но как резонно замечает В.В. Кожинов, "молодежные игрища" (принадлежность деревни) уступили место "молодежным сбродищам" (принадлежность города). У первых (на игрищах) обычаи развивались, крепились и сохранялись, все были участниками. Поддержание и выявление характеров имело огромное значение. И сравните со вторыми (нынешними) с созерцателями, но не участниками.

Дух развивается с детства. Чем? Рабочими правилами общежития! У взрослых - правилами Артели, а она суть рабочая организация. И организация духовная идет там от таких простейших, даже примитивных, но ясных, чистых, привлекательных духу (развивающих понимание), полезных телу (сохраняющих на мышечно-инстинктивном, способном к порывам) и дело обеспечивающих, установок, как "один за всех", " с Дону выдачи нет", и прочими известными приложениями. Например, если артельщик умер, пусть даже в момент сбивания артели, то есть до начала самих работ, но если артель сложилась, его доля зарабатывается, откладывается, со всем сбережением сохраняется и доставляется семье - вдове с детьми или же родителям, если таковой нет. Можно поскупиться собственными и даже потерять их, но не артельщика, чье слово закрепилось и не может быть изменено. Это духовно, не находите?

ЗАКРЕПЛЕННЫЕ СМЫСЛЫ

Сохранение, чего бы оно ни касалось, не выступало раз и навсегда закрепленным каноном; добавление осовремененных "заклинаний" сопровождалось изъятием тех архаичных слов, слогов или высказываний, значения которых были утеряны, а новые служащие не могли понять. Перенося примером в наше время. Одним из наиболее интересных выступает, лишь отчасти сохранившееся, следующее речение: "Пешей и конной, снежной и водной жизни дорога - жизни река: река-Гарава, река-Гарава, река-Гарава - стань (в другом варианте - "будь") Варага!" Что это для вас? Некий языческий текст - заклинание, пример древнего религиозного обряда? Такими вопросами опять можно задаваться до бесконечности, если не знать, чему оное было направлено, чему служило.

"Отошел свет Луны, когда воссияло Солнце, так Закон уступил Благому, и Ночь холода истопилась солнечной теплотой, что согрела землю... " ("Слово о Благодати" писаное Иларионом за две сотни лет до" Слова о полку Игореве")

Мы это понимали, как о "детях Луны" и "детях Солнца", как о народах, которым это присуще, как о Хазарии и о Руси - в древности понимали больше, потому как старались видеть вещи такими, как они есть, не придавая им тех лишних значений, что случились во времена мутные.

Одним из интереснейших моментов, являются, дожившие до нашего времени, "староверские" тетради. Речь не о тех, где толкуют Христа и возможности прямых, без посредников, толкований "старописания". Наибольшую известность на сегодня получили всякого рода "Травники" и руководства, что во всех аспектах рассматривают вопросы жизнедеятельности. Иногда мы встречаем их под таким обобщающим названием, как "Домоводство". Много реже "следопытство", ноо и то, взявшее лишь буквальное и рассматривающее одни лишь натуральные, видимые глазу, следы на земле. Знахарских "руководств" также издано огромнейшее количество. Большей частью крайне сомнительного свойства. Топить полезную информацию в бесполезной здесь стали скорее всего не по злостным причинам, а личной выгоды. И здесь (с точки зрения на них зарабатывающих) уже не имеет значение, что часть "рецептов" и "рекомендаций" не только не несет пользы, но способна нанести вред.

Не является и секретом, что существовало восьми-цветовое определение тетрадей, хотя определение их владельцам было одно - "чернокнижники". Нахождение этих тетрадей имело те печальные последствия, что их владелец, а то и семья целиком, сжигались вместе с ними в заколоченном срубе. Перед тем на их спинах публично сжигались сами тетради.

Для церкви и власти тетради варага, все одно какого цвета, все одно какого смысла, к чему бы ни относились, чему бы не учили, о чем не сказывали, считались "чернокнижными". Изничтожая крамолу, сжигали целыми деревнями - дело в какие-то времена едва ли не обыкновенное.

В летописях, как известно, принято писать не о "рядовых событиях", характеризующих время, а о том, что удивляет современников, огорчает или радует летописца. Летописи переписываются, да подправлялись поздними переписчиками, чтобы церкви были белее белого, маковки сияли золотом, а пастыри писались в святые без сомнений.

У нас отнимали буквы, чтобы обеднить звучание, у нас отнимали слова, чтобы лишить образов, у нас отнимали историю, чтобы уничтожить будущность. Все это продолжается сейчас, только неясно - прошли мы точку невозврата, или еще нет? Настоящее русское слово говорит образами - оно, каждый слог его, и есть информация, что говорит о себе памятью, заложенным в нем РА-сказом о значениях.