Чтение онлайн

– Да. Он не самый большой поклонник Брэди. Судя по всему, Брэди говорил о тебе гадости своей жене.

Усмехнулась. – Ну, в этом нет ничего нового.

Его челюсть сжалась. – Может быть, и нет, но когда мой сын подслушивает, это становится проблемой. Он должен прекратить это дерьмо, если хочет иметь хоть какую-то надежду на отношения с Трэвисом. Ты же его мать. И если бы он был таким человеком, то уважал бы это и постарался укрепить эту связь, а не разрушить ее.

Мой рот был настолько быстр, что мой разум не имел возможности отфильтровать мой грубый тон, прежде чем я выпустила слова на волю. – Это то, что ты собираешься сделать для Ханны?

Его подбородок резко дернулся в сторону. – Что?

Я зажал рот и откатился в сторону.

– Шарлотта, какого черта? – спросил он, когда я начала поднимать свою одежду с пола.

Я повернулась к нему спиной, чтобы он не смог прочитать ложь на моем лице. – Нам с Трэвисом пора домой.

– Сейчас час ночи, и ты сказала ему, что останетесь на ночь.

Услышав скрип матраса, я поспешила натянуть рубашку через голову, пока он не успел меня остановить.

– Да, но я только что вспомнила…

Комната погрузилась в темноту, которая послала цунами паники, обрушившейся на меня. Я не хотела видеть Кэтрин в темноте. Это было мое, и она не могла его получить.

– Нет. Включи его снова! Включи его! Включи!

Благословенный свет залил комнату, и все мое тело задрожало от облегчения.

– Что, черт возьми, происходит? – пророкотал он.

– Мне нужно домой, - выдавила я, бросаясь к своим туфлям, обуваясь.

Я не успела сделать и двух шагов, как он внезапно заключил меня в объятия.

– Ты должна поговорить со мной.

– Портер, остановись! – крикнул я.

Он отпустил меня, но затем встал передо мной, преграждая мне путь к двери. – Впусти меня, Шарлотта.

– Мне нужно уйти.

Он покачал головой и упер руки в бока. – Что бы ни отравляло твою голову всю ночь, ты должна поделиться со мной, милая. Я не могу это исправить, если не знаю, что это такое.

Мои глаза наполнились слезами. Он был прав. Она отравляла меня. Она уже разрушила мою жизнь. А теперь она собиралась разрушить и мои отношения с Портером.

 - Я должна… избавиться от нее, - признался я.

– От кого? – выдохнул он, делая шаг ко мне, его руки легли на мои бедра и притянули меня ближе.

– От Кэтрин, - прохрипела я.

Его руки судорожно сжались, но лицо смягчилось. – Детка, ее здесь нет.

– Она вырастила моего ребенка в этом доме, Портер. Я не могу этого сделать. Я не подумала об этом, прежде чем согласился приехать сюда. Но это все, о чем я могу думать.

Он громко и протяжно выдохнул. – Пойдем со мной, Шарлотта.

Я покачала головой, но когда он взял меня за руку и переплел наши пальцы, мне ничего не оставалось, как последовать за ним.

Без рубашки, в одних пижамных штанах, он провел меня через дом и вышел через парадную дверь.

– Портер, дети. Мы не можем уйти.

– Мы никуда не пойдем, - сказал он. Проводив меня до тротуара, он шагнул мне за спину и указал на симпатичный одноэтажный кирпичный дом в конце тупика. – Это был дом, который мы с Кэтрин купили вместе.

– Что? – выдохнула я.

Он придвинул меня ближе к себе и положил подбородок мне на макушку. – Помнишь тот день у пруда Таннера, когда я пытался затеять драку с водой? Ну, это был день, когда мы с детьми съехали. Этого дома у меня еще не было, но я отказывался оставаться в том месте. Ее обман душил меня, как бы я ни старался двигаться дальше. Я делал все возможное, чтобы сохранить жизнь детей стабильной после ее потери, но я не мог закрыть глаза, не видя, как она удерживает сына под водой. Мы переехали в дом моих родителей, пока я размышлял, что делать дальше. Я хотел оставить Трэвиса в той же школе, чтобы у него было несколько друзей по соседству. В ту минуту, когда этот дом появился на рынке, я сразу же купил его.

Он повернул меня к себе и прижался лбом к моему лбу. – Кроме нескольких вещей в детских спальнях, в моем доме нет ничего от Кэтрин. На протяжении последних трех лет у меня на комоде стояла фотография, где она держала Трэвиса, когда он был ребенком. – Он помолчал, прежде чем поправиться. – Настоящего Трэвиса, а не твоего Лукаса. Я оставил фото там, чтобы дети не чувствовали, что им тоже придется вычеркнуть ее из своей жизни. Но на прошлой неделе, когда вернулся домой из полицейского участка, я разбил рамку о стену.

У меня перехватило дыхание, и я обвила руками его шею. – Я так ненавижу ее за то, что она сделала. Она разрушила мою жизнь, Портер. Она забрала единственное, ради чего я готова была умереть.

– И я никогда не буду винить тебя за это. Я тоже ее ненавижу. Но какая-то часть меня все еще чувствует вину за то, что не осознал, что у нее были серьезные психологические проблемы. Господи, Шарлотта. Я бы избавил нас всех от многих душевных страданий, если бы…

Я зажала ему рот ладонью. – Не делай этого. Этот круговорот «что-если», который поглотит тебя целиком, если ты ему позволишь. Не ходи туда, Портер. Останься со мной.

Он наклонился ко мне, и его глаза стали стеклянными.

Я выдержала его взгляд, пока он не кивнул.

Убрав руку от его рта, я призналась. – Я чувствовала, что сегодня ночью я проскальзываю в ее жизнь.

– Господи, Шарлотта. Это какая-то полная хрень. Почему ты ничего не сказала?

Я пожал плечами. – Потому что это была бы не твоя вина. Не знаю. В течение многих лет меня обвиняли в том, чего я не могла изменить. Наверное, я не хотела так же поступать и с тобой.

Он обнял меня еще крепче. – Я бы никогда не попросил тебя прийти сюда сегодня вечером, если бы в моем доме был хотя бы намек на ее присутствие. Ханна – это все, что осталось от Кэтрин в моей жизни, и она – единственная часть той женщины, которую я когда-либо ожидал, чтобы ты приняла.

– Это не вина Ханны. Она невинная маленькая девочка, Портер.

– Я чертовски рад, что ты так считаешь. Потому что каждый раз, когда она приближалась к тебе сегодня вечером, я волновался, что она подавляет тебя. Я люблю тебя, Шарлотта. Но это моя дочь.

– Портер. Ханна меня совсем не беспокоит. И если бы она это сделала… я бы ушла. Я никогда не поставлю тебя в ситуацию, когда тебе придется выбирать. Вот почему, когда я боролась с тем фактом, что у тебя есть дети, я так старалась найти способ быть с этим в порядке. Я знаю, что ты любишь своих детей. – Я медленно и благоговейно поцеловала его в губы. – И если ты хочешь знать правду, это может быть самой большой причиной, почему я люблю тебя. В мире, где люди говорили мне двигаться дальше и забыть, я не должна была чувствовать себя виноватой за то, что все еще люблю своего сына так сильно, потому что, если бы ты был на моем месте, ты был бы так же опустошен.