Чтение онлайн

Тиммонс сейчас выглядел так, как будто перенес схватку с борцом сумо. Его волосы были взъерошены, лицо раскраснелось. Он тяжело дышал и дул на палец.

Увидев Джулию, он недовольно спросил:

— Тебе чего здесь надо? По–моему, ты уже могла бы отправиться домой. Время вообще-то уже довольно позднее.

Джулия язвительно улыбнулась.

— Но сам ты, как я вижу, на работе. У меня тоже есть дела. Мне нужен рапорт о наезде, совершенном Сантаной Кастильо. Но прежде я бы хотела поговорить с Крузом. Пока ее не привезли сюда, мне нужно ознакомиться с документами.

Тиммонс торопливо взглянул на Джину, и одного этого взгляда для нее было достаточно, чтобы понять, что произошло.

— Сантану арестовали? — с горящими от безумного любопытства глазами она взглянула на Джулию. Тиммонс поспешно воскликнул.

— Я сейчас принесу тебе все материалы по делу.

Джулия улыбнулась.

— Я была бы тебе очень благодарна, если бы ты сделал это побыстрее. У меня совершенно нет времени. Надо еще ознакомиться с показаниями свидетелей и заключениями экспертизы.

Сделав вид, что только сейчас заметила Джину, Джулия одарила ее ослепительной улыбкой.

— Привет, а ты что здесь делаешь в такое время? Или для свидания с окружным прокурором у вас не нашлось другого места, кроме его кабинета?

Но Джине было сейчас не до словесной перепалки с Джулией. Все мелкие неприятности подобного рода отошли для нее сейчас на задний план. Произошло самое главное, то, чего она так ждала такое долгое время — соперница в борьбе за Брэндона была в полушаге от тюремной решетки. Это открывало весьма обширные возможности и рисовало заманчивые перспективы. Наконец-то планы Джины начали осуществляться. Она так долго мечтала об этом. Разумеется, в такой обстановке мелкие комариные укусы, вроде едких замечаний Джулии, были абсолютной ерундой для Джины. Она совершенно спокойно проигнорировала эти питюки.

— Просто невероятно, Сантана в тюрьме, — пробормотала она задумчиво.

Затем повернулась к Джулии.

— Ты будешь ее адвокатом, Джулия? Да, адвокат ей сейчас понадобится.

Джулия пожала плечами и отвернулась.

— Я пока не решила, браться мне за это дело или нет. Мне пока еще неизвестны все обстоятельства наезда.

Джина внутренне ликовала, но старалась держать себя в руках. Виляя бедрами, она прошлась по кабинету вальяжной походкой.

— Джулия, а почему ты сомневаешься? — с мстительной улыбкой на устах полюбопытствовала она. — Ты же выиграла процесс Дэвида Лорана? Теперь можно и проиграть.

Джулия, конечно, не могла стерпеть такое.

— Джина, ты меня убедила. Я беру это дело из-за одного только желания сделать тебе удовольствие.

Джулия обратилась к окружному прокурору, который, мрачно насупившись, сидел за своим столом и с дотошным вниманием изучал следы зубов Джины на собственном указательном пальце.

— Кейт, мне пора идти, оставь, пожалуйста, все у меня на столе в кабинете. Потом я как-нибудь загляну к тебе. Пока.

Не дожидаясь ответа, она покинула кабинет Тиммонса. Джина не удержалась от едкого замечания.

— По–моему, мисс Уэйнрайт проявляет инстинкт самоубийцы. Только идиот или сумасшедший может сейчас защищать Сантану. По–моему, это безнадежное дело, и ни одному адвокату не удастся добиться даже того, чтобы ее просто выпустили под залог.

Она повернулась к окружному прокурору и одарила его обворожительной улыбкой.

— Если, конечно, сторона обвинения не будет слишком настойчива. Ведь ты наверняка попытаешься обелить Сантану? Или я ошибаюсь?

Тиммонс скривил лицо в гримасе глубокого отвращения. Озабоченно разглядывая начавший опухать палец, он буркнул:

— Ты что здесь делала? Я так и не услышал от тебя ответа? Какого черта ты рыскала по моему кабинету?

Она элегантно опустилась на стул перед его столом, вытащила из сумочки сигареты и закурила, пуская кольцами клубы дыма.

— Это касается именно того дела, о котором только что шла речь, — улыбнулась она. — Мне было очень интересно, почему окружной прокурор так стремится защитить Сантану. Я хотела убедиться в том, что ее посадили в тюрьму.

Тиммонс вскочил из-за стола и стал возбужденно расхаживать по кабинету. Он захлопнул дверь, оставшуюся открытой после ухода Джулии Уэйнрайт, и, остановившись у порога, обличительным тоном воскликнул:

— Джина, тебе говорили, что ты похожа на гиену? Ты готова броситься на любую падаль в надежде хоть чем-то поживиться. Знаешь, где-то неподалеку, на задворках какого-то ресторанчика я видел большую помойку. Не лучше ли тебе было отправиться туда?

Джина невозмутимо вдохнула дым ментоловой сигареты и, выдержав эффектную паузу, махнула рукой.

— Прекрати, Кейт, меня на это не купишь. Такие дешевые уловки годятся разве что в разговоре с Сантаной. Это она может дергаться и визжать от каких-то слов. Меня на это не купишь.

Как ни странно, это произвело впечатление на окружного прокурора. Хотя ничего странного в этом не было, потому что Джина сказала правду. Она действительно относилась к тому довольно редкому типу женщин, которые готовы выслушивать любые обвинения и оскорбления в свой адрес и даже игнорировать откровенные угрозы, лишь бы добраться до собственной цели. Джина была не из породы гиен или, если поискать более подходящее определение, из породы падальщиков, нет, Джина была самой настоящей хищницей, которая активно пользовалась тем, чем ее одарила природа — зубами и когтями. Тиммонс, как человек довольно не глупый, согласился с ее словами. Уже более спокойно он произнес:

— Мы с Сантаной знакомы давно, с самого детства. Ты же понимаешь, что я не могу оставить в беде человека, которого знаю со школьной скамьи.

Джина брезгливо скривилась.

— Кейт, все это старая песня. Я слышала все это не один десяток раз. Выросли вместе, — кривляясь, передразнила она его, — мы друзья. Что за чушь? Я знаю тебя не первый день, и никогда не замечала за тобой особой сентиментальности. Это наводит на мысль, точнее сказать, на подозрение о том, что ты что-то скрываешь. Очевидно, тебе многое хотелось бы скрыть.

Тиммонс криво усмехнулся.

— Неужели? Я так не думаю.

Джина закинула ногу за ногу и, выпуская дым изо рта, сказала:

— А я так думаю. Я даже уверена в этом. Я уверена в том, что тебе известны гораздо более любопытные подробности об этом наезде, чем те, о которых можно прочитать в материалах дела. Может быть, ты расскажешь мне о них? Я тебя очень внимательно слушаю.

Тиммонс нахохлился, как будто его внезапно ударили по голове чем-то тяжелым.

— Я вообще не собираюсь с тобой разговаривать, Джина, — глухо сказал он. — И не понимаю, почему ты сидишь в моем кабинете. По–моему, твое место за дверью.