Чтение онлайн

— А она никогда не пыталась попросить вас… Ну, скажем, сделать что-нибудь такое… Чтобы помочь ей избавиться от Мейсона?

Джакоби тут же поспешил изобразить на своем лице благороднейшее негодование.

— Нет!.. Об этом и речи быть не могло!.. Как вы смеете задавать мне подобные вопросы!..

«Смею, стало быть, — подумала Уэйнрайт, — ничего, ничего, это еще цветочки… Боюсь, что тебе придется отвечать и на другие вопросы…»

— Тогда поставим вопрос иначе: просила ли вас когда-нибудь Лили Лайт оградить ее от необоснованных, на ее взгляд, нападок мистера Кэпвелла?.. — поинтересовалась Джулия.

— Я уже сказал…

— Но я не понимаю, что именно вы хотели сказать, мистер Джакоби…

После этого Джакоби, вспомнив о своем праве не отвечать на вопросы, которые могут ему показаться лишними, быстро произнес:

— Я отказываюсь далее выступать на этом процессе в качестве свидетеля…

В ответ неожиданно раздался голос окружного судьи Джаггера:

— Почему, если не секрет?..

— Потому, что эти вопросы более смахивают на обвинительные, чем на те, которые в подобных случаях задают свидетелям.

Джаггер спокойно ответил:

— Это ваше право…

Джулия, сделав несколько шагов, подошла к Джакоби и произнесла:

— Да, мистер Джакоби… Вы, как всегда, весьма проницательны. Боюсь, что вскоре из этого кресла вам придется пересесть на скамью подсудимых — впрочем, об этом я уже как-то раз имела удовольствие вам сообщить, не так ли?..

Если бы эта реплика была брошена в частной беседе, то, вполне возможно, Джакоби и не уцепился бы за нее. Однако когда она прозвучала на официальном судебном слушании, да еще в присутствии такого количества людей, да еще в присутствии окружного прокурора…

Вскочив со своего места, Генри резко обернулся в сторону Кейта.

— Мистер Тиммонс, вы слышали?.. Вы слышали?.. Она оскорбила мои честь и достоинства!..

Тот, разумеется, тут же подтвердил правомерность претензий свидетеля:

— Да, действительно… Это может быть расценено, как оскорбление… Не вы ли, мисс Уэйнрайт, говорили мне, что обвинять человека в преступлениях, которые он не совершал — не только невозможно, но и преступно для настоящего юриста?..

Джакоби все продолжал, распаляя себя все больше и больше:

— Я хочу сделать заявление!.. Ваша честь!..

Внимательно посмотрев на него, окружной судья спокойно произнес:

— Да, мистер Джакоби…

— Я сейчас же вношу иск на… — он смерил ненавидящим взглядом Джулию. — Вношу иск на мисс Джулию Уэйнрайт…

«Неужели заявит, что я должна платить ему эту идиотскую неустойку в сто тысяч долларов?.. — пронеслось в голове Джулии. — Интересно, как он будет мотивировать свои претензии ко мне?.. Тогда мне придется рассказать еще кое-что… О его жульнических лотереях, например… Да и не только о них…»

Однако Джакоби то ли забыл о своих предыдущих претензиях к Джулии, то ли решил оставить это для следующего иска.

— Я вношу иск на мисс Уэйнрайт за оскорбление чести и достоинства, — произнес он, — и потому буду требовать компенсации за моральный ущерб. Сумму, в которую я оцениваю этот ущерб, я сообщу дополнительно…»

Джаггер вновь поправил очки.

— К сожалению, в настоящее время ваш иск не может быть принят к рассмотрению — идет судебное слушание. Когда оно закончится…

Несколько успокоившись, Генри уселся на свое место и сказал:

— Я дождусь окончания судебного слушания…

— Не возражаю, — ответил Джаггер.

Спустя полчаса он возвестил об окончании этого слушания. Следующее слушание по этому делу было назначено на четверг–Джулия медленно ехала на своем «олдсмобиле», не превышая пятнадцати миль в час. И не потому, что на улице было полно машин, и она не хотела в кого-нибудь стукнуться. Просто так ей лучше думалось…

Ситуация немного прояснилась, однако не совсем. Главное — теперь установлено, и установлено для всех, что Лили Лайт и Джакоби были знакомы… Что это дает?.. Очень многое…

Во–первых, таким образом всем стало понятно, что теоретически Джакоби мог быть сообщником Лили Лайт в этом деле.

Во–вторых, Джакоби сам признался в факте знакомства — стало быть, появилась возможность более аргументировано доказать, что он был заинтересован в том, чтобы у Мейсона появились какие-то неприятности…

Несомненно, что Джакоби в этой истории — ключевая фигура.

Он, а отнюдь — не Джулия.

Но для того, чтобы доказать его причастность, нужны улики. Какие?..

Ну, хотя бы черновик того самого письма, которое якобы Лили Лайт отправила в прокуратуру.

Разумеется, оно было набрано и распечатано в офисе Генри и, скорее всего, им самим.

Может быть, потребовать провести экспертизу ленты принтера или винчестера «Макинтоша» в офисе Генри?.. Ведь по ленте вполне можно определить текст, который был на ней распечатан… А специалисты без особого труда вычислят любой файл, который был записан на винчестере…

Впрочем, это бесполезно — Генри не так глуп, чтобы не предвидеть этого.

Ленты принтера он уже наверняка поменял, а винчестер компьютера вполне мог переформатировать — так, что теперь факт набора на нем того письма не установит ни одна в мире экспертиза.

Да, получается какой-то порочный круп с одной стороны — налицо организатор и вдохновитель этого преступления, который в свое время косвенно признался в этом самой Джулии…

Налицо его прямая заинтересованность во всем этом, налицо и связь с Лили Лайт…

Однако для того, чтобы суд и жюри присяжных поверили Джулии, нету только одного — какой-нибудь улики…

По своему опыту Уэйнрайт прекрасно знала, что для суда нужны только улики…

Нужны улики, во что бы то ни стало…

— Но где же их взять?..

И вновь у нее разболелась голова — на этот раз от сильнейшего перенапряжения…

Сколько же навалилось на нее!..

О, это просто невыносимо!..

Это просто невозможно стерпеть!..

Вот если бы Мейсон был рядом…

«Олдсмобиль» свернул с главной дороги и направился в сторону дома Джулии.

Войдя в дом она, не раздеваясь, сразу же бросилась к телефону.