Чтение онлайн

— Нет…

Однако Джулия Уэйнрайт не сдавалась — ей не хотелось домой, ей хотелось побыть с Мейсоном еще хоть немножко…

Обернувшись, она спросила:

— Но почему же?..

— Уже поздно.

— Ну и что?..

— У тебя завтра тяжелый день… Да и у меня, честно говоря, тоже…

— Что же делать?..

Кэпвелл предложил:

— Пойдем домой…

После чего посмотрел на Джулию…

Как она была прекрасна!..

Нет, она была просто восхитительна!..

И почему же он раньше этого не замечал?..

Этот серебристый туман делал ее, словно легкий аромат, еще более очаровательной…

Мейсон, участливо посмотрев на свою спутницу, поинтересовался:

— Ты не устала?..

Та отрицательно кивнула.

— Нет еще…

Они подошли к павильону с какой-то японской электроникой. Павильон был открыт.

Кэпвелл, осмотрев электронные игрушки, произнес:

— Нет, не будем сегодня играть… И они пошли дальше через парк…

— Где-то тут должны быть клумбы… — Задумчиво произнесла Уэйнрайт.

— Да, запах слышен…

— И совсем отчетливо, — согласилась та. Мейсону захотелось найти пустую скамью, чтобы посидеть еще немного, и он осторожно посмотрел по сторонам. То ли из-за запаха роз, то ли потому, что вечер был такой теплый, ему тоже не хотелось возвращаться домой.

Однако ни одной пустой скамейки он не нашел — повсюду сидели пары.

— Который час?.. — спросила Джулия, покосившись на Кэпвелла.

Тот, закатав белоснежную манжетку своей рубашки, посмотрел на часы.

— Почти полночь…

В этой фразе явно угадывалось: «Пора отдыхать, Джулия…»

Она только улыбнулась в ответ — Уэйнрайт могла гулять с Мейсоном до самого рассвета…

Они еще немного постояли, после чего, Мейсон, растерянно посмотрев по сторонам, произнес:

— Ну все, надо по домам… Джулия несмело предложила:

— Может быть, останешься у меня?..

В этой фразе явно прочитывалось: «К чему все эти глупые условности?.. Мы ведь с тобой взрослые люди, Мейсон…»

Однако Кэпвелл сделал вид, что не расслышал этой реплики…

Они пошли обратно — Мейсон посчитал своим долгом проводить Джулию до ее дома.

У Линкольн–Парка Кэпвелл и Уэйнрайт увидели неожиданное зрелище.

Армия спасения, подтянув резервы, перешла в решающее контрнаступление. Теперь сестры у входа в парк стояли в четыре шеренги, впрочем, тут были не только сестры, но и братья в форменных мундирах. Вместо резкого двухголосья пение шло уже на четыре голоса, и хор звучал, как настоящий орган.

В полночном тумане парка неслось в темпе медленного вальса:

Покайся, неправедный,

В своих грехах…

От оппозиции ничего больше не осталось — она была начисто сметена.

Джулия почему-то вспомнила слова своего бывшего возлюбленного Дейла Уэбстера: «Упорство и прилежание лучше, чем беспутство и гений…»

Проводив Уэйнрайт до подъезда, Мейсон ласково посмотрел на нее и сказал:

— Спокойной ночи, Джулия…

Она улыбнулась в ответ.

— Спокойной…

Мейсон, опустив голову, тихо–тихо, одними только губами добавил:

— Я очень благодарен тебе…

— За что?.. — удивилась та.

Не отвечая, Кэпвелл резко развернулся и зашагал прочь…

Как ни странно, но на третье слушание по делу Кэпвелла–Лайт любопытных пришло гораздо меньше, чем на первые два — видимо, волна интереса к этому делу постепенно пошла на убыль.

«Это и хорошо, — подумала Уэйнрайт, глядя на зал, — чем меньше посторонних людей, тем обычно спокойней атмосфера…»

Уэйнрайт внимательно смотрела в зал, стараясь найти глазами Брэфорда — ей почему-то казалось, что Гарри обязательно должен появиться сегодня тут.

Однако его не было. Зато, к своему немалому удивлению, Джулия обнаружила Генри Джакоби…

Хозяин фирмы «Джакоби и К» сидел в первом ряду. Почувствовав на себе пристальный взгляд Уэйнрайт, он обернулся и, пока слушание еще не началось, поднявшись, подошел к ней…

— Рад видеть вас…

Холодно кивнув в ответ, адвокат нарочито–небрежно произнесла:

— Здравствуйте… После чего отвернулась.

Метнув в Генри косой взгляд, Джулия подумала: «Наверное, неспроста он пришел сюда сегодня…»

К сожалению, Уэйнрайт не ошиблась в своем предположении…

Судья Джаггер позвонил в колокольчик, стоявший на его столе, и слушание началось.

И вновь первым слово взял Кейт Тиммонс.

— Ваша честь, — произнес он, обращаясь к судье, — насколько я понимаю, цель нашего слушания — установить, виновен ли подсудимый, — он коротко кивнул в сторону Мейсона, — или же невиновен в преднамеренном покушении на жизнь Лили Лайт…

Мэл, пожевав губами, кивнул.

— Разумеется…

Тиммонс продолжал:

— Насколько я понимаю, нам следует не отвлекаться на разные пусть и сопутствующие этому делу обстоятельства, которые, тем не менее, являются второстепенными, а на главном…

«Ага, — решила про себя Уэйнрайт, — стало быть, он просто избрал другую тактику… Все теперь понятно. Теперь Кейт Тиммонс прекрасно понял, что делать ставку на это письмо — гиблое дело, и потому решил больше не акцентировать на нем внимание — ни окружного судьи, ни жюри присяжных… Значит… Значит, мне надо как можно больше заострить внимание именно на этом…»

Поднявшись со своего места, Джулия сказала, обращаясь к судье:

— Ваша честь, я хотела бы задать один вопрос господину окружному прокурору…

Джаггер, поправив очки, произнес:

— Да, пожалуйста…

Уэйнрайт обернулась к Тиммонсу.

— Я хотела бы узнать, какие именно обстоятельства вы считаете второстепенными?.. Насколько я понимаю — то самое письмо, которое потерпевшая Лили Лайт написала… — сделав небольшую, но весьма выразительную паузу, она добавила, — или не написала вам…