ЖАНРЫ

Сбежавшая истинная для дознавателя
Шрифт:

— Но… — хотел было возразить я, но девушка меня перебила.

— Самое худшее, что ты можешь сделать для близкого тебе человека — это беречь его от правды, думая, что он эту правду не выдержит, что она ему не нужна. А на самом деле, ты просто сам боишься озвучить эту правду вслух.

— Ничего не я не боюсь! — возмутился я.

— И почему ты тогда до сих пор с ней не поговорил? — задала очередной вопрос Франческа.

— Времени не было, — брякнул я первое, что пришло в голову.

— Ну, вот как время найдешь, так и поговоришь, — сказала, как отрезала.

И тут я понял, что могу сколько угодно времени бегать от самого себя и спрашивать совета у окружающих, но если просто не открою рот и не скажу, что хочу сказать уже очень давно, то ничего в моей… нашей с Лилит жизни не изменится.

Поэтому я резко встал и решительно пошел в сторону выхода из гостиной, как мне навстречу вылетела Лилит.

“Как удачно, далеко ходить не придется!” — радостно подумал я про себя.

— Лилит, я хотел с тобой поговорить!

— Нас во дворце ждет супруга короля, — в голос со мной сообщила девушка. — Немедленно!

Глава 25

Глава 25

Лилит

Королевский дворец встретил нас тишиной (на удивление) и спокойствием. На входе нас с Ксавьером разделили, сказав, что его ждет король в своем охотничьем домике. Поэтому я шла к королеве по молчаливым коридорам, сопровождаемая стражой, и думала о том, чего же такого срочного понадобилось ей от меня.

Слуга, стоящий у высокой резной двери, сделал небольшой поклон, но я успела прочесть в его взгляде некое презрение в мой адрес.

— Ее Высочество ожидает вас! — сообщил слуга и отворил дверь.

За дверью открылась большая гостиная, где каждый предмет словно дышал роскошью и властью. Высокие потолки украшали резные карнизы с позолотой, а стены были покрыты густыми бархатными драпировками глубокого изумрудного цвета. В углах комнаты стояли массивные вазы с живыми цветами, которые казались слишком яркими и живыми на фоне строгой обстановки.

Ковер под ногами был настолько мягким и густым, что казалось, будто ступаешь по облакам. В центре комнаты, на изящном диване, сидела она — женщина, чья красота не поддавалась времени.

Королева была словно воплощение самой власти и неприкосновенности. Её кожа сияла бледным фарфоровым светом, а глаза, холодные и острые, словно льдинки, пронзали меня насквозь.

Волосы, цвета спелого золотого яблока, были собраны в сложную прическу, подчеркивая ее изящную шею и горделивую осанку. Ее наряд — роскошное платье из тончайшего шелка, украшенное вышивкой из серебра и драгоценных камней — говорил о статусе, который она не собиралась никому уступать.

Она не просто была красива — она была безупречна. В её взгляде читалась уверенность, жесткость и холодная решимость, и я вдруг поняла, что передо мной не просто женщина, а хищник, который ни перед чем не остановится.

“Моя мама ей, конечно, даже в подметки не годилась”, — с горечью подумала я, без особого желания проходя внутрь комнаты.

— Лили-ит, — безэмоционально протянула королева, отставляя на стол чашку, что держала в руках. — Вот мы и встретились.

— Было бы чудесно, если бы я понимала, зачем, — давая понять, что я не боюсь Ее Холодное Величество, твердо ответила я.

— А ты не из робкого десятка, — ухмыльнувшись уголком губ, заметила женщина и показывая рукой на кресло напротив, добавила: — Присаживайся!

Решив, понаблюдать за тем, что же мне приготовила эта надменная женщина, я молча опустилась в предложенное кресло и сложив руки перед собой на колени, внимательно посмотрела на нее.

— Не буду долго ходить вокруг да около, — начала свою речь королева. — Надеюсь, ты понимаешь, что ни ты, ни твоя не сможете претендовать на престол, даже не смотря на то, что Теодор вас признал?!

Она не столько спрашивала, сколько утверждала, но даже сам факт того, что этот разговор состоялся говорил о том, что королева нервничает.

— Вы этого опасаетесь? — в лоб спросила я.

— Я? — ее брови едва ли высказали удивление, казалось, что у нее фарфоровая маска вместо лица и это насторожило меня еще больше. — Что ты, милочка? Просто мой супруг слаб и недальновиден, в принципе, как и все мужчины, именно поэтому я разговариваю здесь с тобой, а не с твоим верным псом.

— Я не считаю отца слабым! — спокойно возразила я, сделав акцент на слове “отца”. Отчасти, чтобы отследить свою собственную реакцию на это, ну и, конечно же, чтобы позлить эту бесчувственную куклу.

Мой хитрый план удался и глаза королевы вспыхнули мимолетной искрой гнева. Ее самообладанию можно было позавидовать.

— Скажи, Лилит, на что ты готова ради своего ребенка? — задала вопрос королева, видимо решив теперь меня заставить понервничать.

— Причем тут мой ребенок? — благо навык отвечать вопросом на вопрос был у меня отточен хорошо.

— А при том, милочка, — беря в руки чашку, растягивая слова ответила женщина. — Что любящая мать пойдет на все ради своего ребенка. Ты сделаешь все, чтобы спасти свою необыкновенную малышку от Ордена, а я — чтобы мой Кристиан получил престол.

На словах про Орден мои глаза мгновенно сузились. О том, что Орден Эмоционального сопротивления стал активно охотиться за Софией знали только шесть человек и ни один из них не мог проболтаться об этом королеве. А это значило лишь одно…

Видимо, мое лицо озарилось осознанием, потому что на лице королевы появилась довольная мерзкая улыбка.

— Какая догадливая, — из ее уст это слышалось почти похвалой. — Тут ты, конечно, в мать пошла. Она очень быстро догадалась, что если хочет жить и спасти тебя, ей нужно не высовываться.

— Вы из Ордена, — прошептала я.

— Нет, милочка, — делая небольшой глоток из чашки, возразила королева. — Я не из Ордена. Я — и есть Орден.

Глава 26

Глава 26

Лилит

“Вот это поворот!” — ошарашенно подумала я про себя, сердце забилось быстрее, а в голове роились тысячи вопросов.

— Но зачем тогда нужно было шантажировать короля, если власть и так в ваших руках? — выдала я, пытаясь скрыть дрожь в голосе. Удивление смешалось с тревогой, и я ловила себя на том, что не могу отвести взгляд от королевы.

Поделиться с друзьями: