Чтение онлайн

УКАЗАННО СОВЕРШЕННО ЯСНО И ПРОЗРАЧНО — этой Литвой может быть только Литва лютичей со столицей в Менцлине. Она действительно была «с обеих сторон» Балтийского моря окружена «великой Руссией». Восточнее Менцлина — город Волин, южнее — Щецин, севернее — остров Русин-Рюген, западнее — города ободритов Велиград (Мекленбург), Любица (Любек), Староград (Ольденбург).

Наша Литва ВКЛ не подходит к этому географическому определению, так как граничила с Киевской Русью только через север Волыни (а в районе болот Припяти в то время было огромное судоходное озеро, т. н. море Геродота). Восточнее Литвы Новогрудка было Полоцкое государство (Крива кривичей) — которое никто, включая летописцев Киева, «Русью» не звал, западнее — Мазова, юго-западнее — Польша ляхов, на северо-западе — Пруссия, на севере — чащобы Жемойтии. Наконец, Литва ВКЛ не находилась на побережье Балтийского моря, где ее определял Рожер Бэкон. Да и Киевская Русь как единственная пограничная с ВКЛ Русь — у западных авторов тогда считалась «греческой колонией», так как исповедовала греческую веру, в то время на Западе никто Киевское государство «Русью» не называл.

Забавно, что историки Республики Летува выдвинули свое предположение: дескать, в указанных случаях речь шла о Жемойтии. Мол, ее тогда и называли «Литвой». Однако этот регион всегда назывался только Самогитией (Жемойтией по-латыни), впервые его стал спекулятивно причислять к якобы «Литве» только Витовт во время споров с немцами за право обладать этой тогда совершенно туземной территорией (жемойты не знали до их захвата нами в ВКЛ даже гончарного круга, не знали городов, жили в земляных норах в чащобах, носили звериные шкуры, воевали каменными топорами). И географически Жемойтия не подходит на роль Литвы Рожера Бэкона: она не окружена со всех сторон «великой Руссией»: на севере Латвия, на юге Пруссия, на востоке Крива кривичей — то есть Полоцкое государство западных балтов. Причем в этом регионе все побережье Балтийского моря на огромном протяжении уже не имело, как в Полабье, ничего русского: там жили пруссы, жемойты, латыши, эстонцы, чудь, саамы и другие финские племена.

Ну и, конечно, ни в ту эпоху, ни потом никто не путал Пруссию с Литвой. И хотя Миндовга принято именовать создателем ВКЛ, он, со всей очевидностью, только взял власть в нашей Литве в середине XIII века, так как являлся прусским королем, бежавшим сюда от польско-германской экспансии, как это описывает «Великая Хроника Польская». То есть, у нас Литва появилась до прихода Миндовга. А этому приходу предшествовала миграция около 1221 года русинов из Менцлина (то есть лютичей Лютвы-Литвы), которые «перебрались жить на новое место между Неманом и Мазовией».

И это заставляет уже в новом свете взглянуть на названных в договоре 1219 г. князей родов Булевичи и Рушковичи (или все-таки правильно Рускевичи). Николай Ермолович правильно обратил на них внимание — судя по всему, именно они являлись мигрировавшими сюда (со своими дружинами и народом) — князьями лютичей из Менцлина, которые и создали тут (на землях ятвягов) незадолго до прихода пруссов Миндовга ВТОРУЮ ЛИТВУ как свою колонию, «землю обетованную». И это, очевидно, и есть те «пришельцы из Европы и создатели нашей Литвы», о которых писал в XV веке Михалон Литвин.

Историки давно спорят о том, откуда появилась Литва (что аналогично такому же старому спору о том, откуда появилась Русь). Со всей очевидностью — ее истоки в Полабье, в Центральной Европе.

Попробуем теперь более внимательно разобраться в том, что понималось под Литвой и Русью в «Хронике земли Прусской» Петра из Дусбурга. На первый взгляд, все кажется нагромождением загадок и настоящим историческим детективом.

Относительно определения ИСТОКОВ ЛИТВЫ Петр Дусбургский нам никак помочь не может, так как жил в Пруссии и творил в уже сравнительно поздний период, когда само понятие «Литва» закрепилось за территорией ВКЛ и включало в себя весьма обширные земли.

В предисловии книги (Петр из Дусбурга. Хроника земли Прусской. М. Ладомир. 1997) говорится:

««Хроника земли Прусской» Петра из Дусбурга, первый крупный памятник историографии Тевтонского ордена в Пруссии, была завершена в 1326 г.

…Первая [часть] повествует об основании Ордена бременско-любекскими купцами ок. 1190 г. при осаде крестоносцами Акры в Палестине; вторая — о вторжении крестоносцев в Пруссию, после того как император Фридрих II «пожаловал» Ордену в 1226 г. в качестве феода прусские земли; третья — о войнах с пруссами до 1283 г. и с Литвой до 1326 г.; четвертая — о различных событиях всемирной истории, что позволяет вписать историю Ордена в Пруссии в более широкий контекст.

…Как современник описываемых событий Петр из Дусбурга выступает лишь в главах, относящихся к 1290–1326 гг. Именно они (главы 221–326 части III) содержат наиболее ценный и богатый материал, поскольку в них автор старается дать детальное освещение событий». Таким образом, автор хроники не только никак не мог являться современником появления Литвы (в рамках гипотезы о ее полабских истоках и создании ее у нас полабцами в самом начале XIII века), но и сами крестоносцы вторглись в Пруссию только после создания у нас Литвы. А что касается «Руси» — то тут просто завал загадок.

Могли ли лютичи из Менцлина являться теми «рутенами», которые прибыли на землю скаловитов в устье Немана примерно к 1221 году? Действительно, согласно хроникам, ободриты, лютичи, украны, лужичане и другие народы Полабья — уходили массово от экспансии немцев на восток, в Пруссию. Для немцев лютичи считались частью Руси, так как говорили для немецкого уха на языке полабских славян. Поэтому мигрировавшую Лютву лютичей немцы вполне должны были считать лишь частью общей миграции русинов Полабья.

Однако Скаловия в Пруссии находилась на ее севере по устью Немана, а вот уже в истоках Немана — и была наша историческая Литва Новогрудка, первая столица ВКЛ. Видимо, мигранты (русины-ободриты и лютичи) поднялись за несколько лет от Скаловии по Неману до Новогрудка, где окончательно и осели. Во всяком случае, такая версия объясняет кажущиеся «нестыковки», в которых Новогрудок выступает в хронике одновременно и как Руссия, и как Литва.

В главе «ОПИСАНИЕ ЗЕМЛИ ПРУССКОЙ» в Хронике говорится:

«Земля Прусская границами своими, внутри которых она расположена, имеет Вислу, Соленое море [Балтийское], Мемель [Неман], землю Руссии, княжество Мазовии и княжество Добжиньское. Висла — это река, текущая из Краковии в землю Померанскую [Поморье], впадающая в море у крепости Данциг, отделяя Польшу и Померанию от Пруссии. Мемель — тоже река, вытекающая из королевства Руссии, впадающая в море рядом с замком и городом Мемельбургом, самую Руссию, Литву и Куронию, также отделяющая от Пруссии».

Видимо, на основании этого отрывка профессор А. Г. Кузьмин писал: ««Земля Руссия» помещается автором между Мемелем (Неманом) и Мазовией».

Однако данное описание является поздним и относится к 1326 году (году написания книги), а не к началу XIII века, когда понятия «Руссия» и «Литва», полагаю, были еще иными. Например, бросается в глаза упомянутый в этом описании «Земли Прусской» город Мемельбург (Memelburgh, ныне Клайпеда) — это самая северная крепость Тевтонского ордена в Пруссии, она основана в 1252 г. До прихода сюда тевтонов этой крепости не было. Получается нонсенс: Пруссия включает в себя и Руссию, и Литву, и крепости немцев — что кажется какой-то кашей.