Чтение онлайн

Он попал в полосу лунного света, и тут мое сердце вначале подпрыгнуло, а потом опустилось так низко... как только смогло. Я узнала его.

– Катька! Что же ты сидишь, дура!
– заорала на себя, спохватившись и понимая, что если не успею - то это будет такая неудача...такая! Свалившись таки вниз, подскочила на ноги и бросилась наперерез всаднику, изо всех сил стараясь обогнать время. Почему, когда торопишься, оно бежит с еще большей скоростью, чем раньше?

Обливаясь потом и слезами, чувствуя, что сердце бьется где-то в горле, а воздуха не хватает. Я летела, не разбирая дороги, боясь опоздать, молила только об одном, чтобы не оступиться, чтобы успеть. Успеть!

Вылетела и зажмурилась, оказавшись прямо под копытами его коня. Заглатывая ртом воздух, выравнивая сбившееся дыхание, ждала реакции наездника и к своему облегчению, услышала отборную ругань - значит, все живы.

Ну как благородный дворянин может так ругаться? Я наслаждалась его голосом, его гневом, зная, что тот пройдет, лишь только всадник увидит меня. Чувство защищенности легло на плечи, и я опустилась на колени (едва удерживаясь от душивших слез), ноги - больше не держали.

– Какого черта?!
– возмущался господин де Бюсси. Спешившись, все еще в гневе, он подошел и встряхнул меня за плечи. Поднял, развернул к себе. Несколько мгновений изучал мое лицо, видно, в свете луны, сложно было признать во мне барышню высокого сословия.

– Катрин?!
– столько изумления смешанного с радостью и с чем-то еще послышалось в его голосе.

– Да, сударь, это я...
– сказала сквозь слезы.

– Бог мой! Не могу поверить!
– граф нежно обнял меня, притянул к себе, - Неужели, нашел?! Вы в таком виде, дорогая Катрин, что я не сразу вас узнал...

– Простите, сударь, бальные платья не попадались на моем пути, а то я бы...

– Молчите, молчите, счастье мое! Вы - живы и это самое главное! А платье...я куплю вам сотню, тысячу, сколько вам будет угодно.

– Обещаете? Ловлю вас на слове!

– Катрин, и в таком положении вы еще изволите шутить? Я люблю вас! Слышите, люблю...
– последние слова графа долетели до меня уже за пределами чувств.

Я потеряла сознание, наверное, от счастья.

Глава 31

Очнулась, но не спешила обнаруживать себя, наслаждалась заботой и теплом, что исходили от моего спутника. Тревоги отступили, и можно было теперь ни о чем не беспокоиться. Неспешно раскачиваясь, поняла, что нахожусь в седле, приоткрыла глаза: впереди - дорога, над головой лазоревое безоблачное небо. Щебет беззаботных птах известил о том, что уже давно утро. Я опиралась спиной на наездника, который управлял конем. Знала, что это граф, чувствовала его дыхание, стук сердца, который почти совпадал с моим собственным. Мне было хорошо и очень не хотелось тревожить это чувство.

Пора просыпаться, но... тогда последуют вопросы, и предстоит нелегкое объяснение.

Хотя, откладывая разговор, мне вряд ли удастся его избежать. Рано или поздно придется ответить на вопросы графа.

"Нужно подумать и изложить события так, чтобы Бюсси избежал поединка с Антуаном де Тривьером. Но как это сделать? Что сказать?" - размышляла, надеясь на то, что у меня еще есть хоть немного времени на подготовку к беседе с графом.

– Катрин...
– позвал он меня осторожно, словно ветром подув в правое ухо. Я вздрогнула, не ожидая так близко услышать его голос.
– Вы не спите?

– Нет, сударь. Доброе утро!

– Утро? Уже давно день, милая госпожа де Шнур. Утро вы благополучно проспали, - усмехнулся Бюсси.
– Не хотите ли остановиться на привал?

– Да, пожалуй...

Спешились у небольшой рощицы, в которой тонкие тополя перемежались с соснами и юными лиственницами. Я огляделась - небо, солнце, теплый ветер, играющий листвой, птичий перезвон, что еще нужно для того, чтобы поверить в жизнь? В то, что она прекрасна! Спокойствие и умиротворение окружили меня, даря уверенность в том, что уж теперь-то всё должно быть только хорошо.

Луи де Клермон, пока я наслаждалась единением с природой и размышлениями о будущем, соорудил на траве нечто похожее на скатерть самобранку, только в уменьшенном виде: фрукты, мясо, хлеб, вино - уютно разместились на небольшом узком полотенце, приглашая к трапезе.

– Вы настоящий волшебник!
– восхитилась я, усаживаясь к "столу".

– Это еще не все, на что я способен. Вас так приятно удивлять, сударыня, что я попробую сделать это еще раз, - граф подошел к скакуну и вернулся с... моим верным дружком.

– Роки! Боже мой, сударь! Вы, действительно, волшебник!
– воскликнула я, радостно прижимая к себе довольного крыса.

Ели молча, каждый погруженный в собственные мысли. Только Роки, беззаботно набивал свое брюшко съестным и украдкой поглядывал то на меня, то на графа.

Я первой осмелилась нарушить молчание:

– Куда мы едем, сударь? Судя по местности, мы верно ближе к Парижу, чем к Шалону.

– Да, сударыня, вы угадали. Мы едем в Париж. Я подумал, что не стоит возвращать вас туда, откуда вы сбежали...