Чтение онлайн

Но до этого времени еще долго, очень долго ждать! Еще даже и не начал сыпаться песок в громадных часах Вселенной.

Пока же было, что было: подьехавший к воротам замка экипаж и выбежавшие встречать хозяев Марта и прислуга.

И позже, намного позже, когда уснули уже все, разморенные заботами дня и обильным ужином, в окно спальни Меридит и Элиджара заглянула любопытная Аления.

Принцесса обняла любовника за шею и прикрыла глаза, вдохнувши запах его кожи: как всегда терпкий, какой - то кофейно - коньячный, с ноткой горечи, ощутимой на языке.

– Что, конфетка?
– прошептал лимбрий ей в волосы - Весь день маслила глазками дракона, а ластишься ко мне?

Меридит скользнула рукой по крепкому, поджарому мужскому животу вниз, под простынь.

– Никого я не маслила, не придумывай.
– ванильный шепот обжег шею Элиджара - Глупый ты, как пробка...

Рука девушки нежно легла на напряженный член, горячий и пульсирующий. Оборотень выдохнул со стоном, повернул голову и нашел губы девушки, раскрытые как цветок, еще сладкие от конфет и вяленных фруктов.

Она приняла его, тронула языком его язык, ответила на поцелуй со всей нежностью, на какую была способна.

– Ты такой замечательный!
– вырвалось у нее, тонкие пальцы переплелись с волосами лимбрия, губы его захватили сосок и принцесса застонала - Еще, мне так нравится...

Он подсунул руки под ее спину, под сложенные лопатки - крылья и осыпал круглые груди поцелуями, как мелкими цветами.

Девушка уперлась затылком в постель, сминая простыни. Разметав по ним волосы, она прикрыла глаза. Свела бедра, втянула живот, ощутив губы любовника, касающиеся горящей кожи. Рука оборотня легла на худенькое бедро, поглаживая и сжимая его.

– Разведи ноги, Меридит.
– хриплый шепот и, вслед за ним легкий укус - Разведи, я хочу смотреть на тебя!

Принцесса выполнила его просьбу; упершись маленькой сильной, чуть шершавой ступней в жесткое плечо. Вторая ступня сдвинула покрывало.

Секунда - и горячие мужские пальцы развинули тугие пылающие губки и двинулись вглубь, в текущую влагой суть, подушечка большого пальца погладила комочек клитора. Девушка вздрогнула и сжала груди руками.

– Ты с ума меня сведешь...

– Ты тоже, конфетка. Какая же ты красивая!

Она застонала в ответ на слова, погладившие сердце и выгнулась в ответ на прикосновения руки, безумствовавшей между ног.

Меридит распахнула широко глаза, до этого прикрытые, но вокруг была лишь тьма, пересеченная тонкими сияющими нитями ночного света и пересыпанная блестками свечей и звезд.

Ночь вторглась в спальню, выбив дверь пинком ноги. Забросала блеском пол и постель, притушила огни настенных факелов, расцветила и перекрасила глаза лимбрия из кофейных в серебрянные.

А может, и не вторглась так грубо...

Может, просто вошла, как входил сейчас Элиджар в желанное тело: мягко, но требовательно одновременно. Лаская и подчиняя.

– Еще, - требовала Меридит то ли у него, то ли у ночи, оплетая поясницу любовника ногами и устремляясь навстречу - Еще, пожалуйста!

Это было потрясающе! То, что происходило сейчас - было просто потрясающе. С ним всегда было потрясающе, как и ему с ней, но сейчас... просто, как в первый раз!

В самый первый.

И этого потрясения никогда не понять тому, кто любит лишь тело и совокупляется только телом и с телом - бесполезно.

Он вышел из нее, но только лишь за тем, чтобы лечь на спину и привлечь к себе расплавленную лаской женщину.

Меридит выдохнула, когда оказалась сверху и почувствовала в себе раскаленную жгучую мощь.

Двинулась, сперва осторожно, затем осмелев. Уперевшись ступнями в стальные плечи, отклонилась слегка назад, облив волосами ноги любовника.

– Красота... какая...
– оборванно и жарко прошептал он.

Пальцами разведя губки блестевшие от влаги, погладил клитор и вдруг, резко перевернувшись, прижал любовницу к постели.

Чуть сжав горло рукой, а поцелуем губы, вторгся языком в рот, а членом в суть, вошел до конца, резко и даже как - то хамски, словно стараясь слиться с парой полностью, отдать ей себя и забрать ее себе. Стать единым целым, переливаясь и вливаясь в нее.

– Кончай, - прошипел едва слышно, чувствуя уже близкие спазмы содрогающегося от невыносимой сладкой боли тела - Не жди меня, кончай...

Меридит взвыла раненым зверем, изливаясь мирриадами тонких струек и распадаясь на миллионы острых блесток, как всего лишь тысячи секунд назад распадалась ночь...

Вслед за этим взрывом немедленно последовал и другой, ударивший внутрь, в суть сильной струей и...

...взорвался Мейрд!!!

Больше не было ничего.

Ровно тысячу секунд.

...Когда тысяча секунд прошла, Меридит открыла глаза, почему - то боясь увидеть разорванное, разбитое ночное небо...

Но увидела только темный потолок со скользящими по нему сполохами каминного пламени.

– Где ты был раньше, Элиджар?
– вопрос - выдох, одновременно с биением загнанного сердца - Где ты был раньше, где ты шлялся, когда я еще была глупой и умела любить?! Почему ты так опоздал?

Она разрыдалась. Грязно и отвратительно разрыдалась, как пьяная баба в дешевом кабаке. Меридит Брангдорская сейчас ревела коровой, не в силах унять слез.

Первый раз в жизни. Сердце плавилось и текло наружу сквозь глаза огненными каплями.

– ГДЕ? ТЫ? БЫЛ?

И, прижав к себе трясущееся, смятенное истерикой тело пары (теперь уже совершенно определенно - пары!), он ответил глухо и тяжело:

– В зверинце, Меридит. В Удаайпуре. Прости... я не хотел говорить.

Глава 19

Если вспоминать все до мельчайших подробностей, можно сойти с ума. И знаете, почему?

Нет, дело не в каких - то тайнах или ограниченных возможностях нашего разума, или в лени, или в страхе...

Дело в другом.

Воспоминания это не картинки, застрявшие в голове, как штопор в рассыхающейся винной пробке.

Воспоминания это стекло. Разбитые разноцветные части жизни, перемешанные между собой. А иногда перемолотые в труху... Иногда мы достаем их с полок и тщетно, долго, раня руки, пытаемся сопоставить в рисунок.