Чтение онлайн

В переулке было тихо. По обеим сторонам выстроились серые, они же стояли на всех крепостных стенах. Она рассмотрела Анджин-сана на стене, за ним - Ябу, во дворе ее ждала вся их дорожная колонна, с Кири и госпожой Сазуко. Все коричневые, во главе с Есинакой, были при полном снаряжении, кроме двадцати, стоявших с Блэксорном на крепостной стене, и двух у каждого окна во двор. В отличие от серых, никто из коричневых не имел доспехов или луков, единственным их оружием были мечи.

Много женщин-самураев наблюдали за происходящим: кто из окон домов, выстроившихся вдоль переулка, кто с крепостных стен, а кто стоял во дворе среди серых, захватив с собой ярко одетых детишек. Все женщины прятались от солнца под зонтиками; у тех, кто имел на это право, были самурайские мечи.

Кийяма стоял у ворот во главе полусотни своих людей - серой формы на них не было.

– Доброе утро, господин, - приветствовала его Марико и поклонилась. Он ответил поклоном, и Марико прошла под аркой.

– Привет, Кири-сан, Сазуко-сан! Вы обе прекрасно выглядите! Все готово?

– Да-да!
– ответили они с напускной живостью. Марико вошла в открытый паланкин и села, выпрямив спину.

– Ёсинака-сан! Пожалуйста, трогаемся!

Капитан сразу же прохромал вперед и стал выкрикивать приказы. Двадцать самураев в коричневой форме вышли вперед в качестве авангарда и тронулись в путь. Носильщики подняли открытый паланкин Марико и последовали за коричневыми через ворота, за ними вплотную понесли паланкины Кири и госпожи Сазуко - молодая женщина держала на руках ребенка.

Как только паланкин Марико появился на освещенном солнцем пространстве за крепостными стенами, между авангардом и паланкином появился капитан серых и стал прямо на пути. Авангард остановился, носильщики тоже.

– Прошу меня извинить, могу я посмотреть ваши документы?
– обратился он к Ёсинаке.

– Простите, капитан, но мы ни в ком не нуждаемся, - ответил Ёсинака среди внезапно наступившей тишины.

– Прошу прощения, но господин генерал Ишидо, правитель замка, командир телохранителей наследника, с согласия регентов ввел пропуска для выхода из замка, которые должны быть оформлены.

Марико официальным тоном заявила:

– Я - Тода-Марико-нох-Бунтаро, и мне приказано моим сюзереном, господином Торанагой, сопровождать его дам для встречи с ним. Будьте добры пропустить нас!

– Я был бы рад, госпожа, - гордо ответил самурай, выбирая более удобную позу, - но у нас приказ: без документов нашего господина никого из Осакского замка не выпускать. Прошу меня извинить.

– Капитан, скажите, пожалуйста, ваше имя, - попросила Марико.

– Сумиори Донзенси, капитан четвертого легиона; мой род не менее древний, чем ваш.

– Извините, капитан Сумиори, но, если вы не уйдете с дороги, я прикажу вас убить.

– Все равно вы не пройдете без документов!

– Пожалуйста, убейте его, Ёсинака-сан.

Ёсинака не колеблясь сделал выпад, его меч описал дугу, и он ударил ошеломленного капитана серых. Лезвие глубоко вонзилось в бок, мгновенно было выдернуто, и второй, еще более яростный удар отрубил ему голову, которая, прежде чем остановиться, еще немного прокатилась в пыли...

Ёсинака начисто вытер лезвие и вложил меч в ножны.

– Вперед!
– приказал он идущим впереди.
– Поторопитесь! Стоящие впереди опять построились и с громким топотом зашагали. Вокруг, неизвестно откуда, в грудь Ёсинаки вонзилась стрела. Кортеж смешался и остановился. Ёсинака молчал дергал древко стрелы, но через мгновение глаза его остекленели и он повалился на землю.

С губ Кири сорвался слабый стон... Ветер трепал концы тонкого шарфа Марико... Где-то в переулке шикали на кричащих детей... Все, затаив дыхание, ожидали.

– Казуко-сан!
– окликнула Марико.
– Пожалуйста, примите командование!

Казуко, молодой, высокий, горделивого вида юноша с чисто выбритыми впалыми щеками, вышел из группы самураев в коричневой форме, стоявших рядом с Кийямой у ворот. Обогнул носилки Кири и Сазуко, встал рядом с Марико и церемонно поклонился.

– Да, госпожа. Благодарю вас. Эй вы!
– крикнул он людям впереди. Трогайся!

Сбросив оцепенение, они повиновались, постепенно заражаясь напряжением предстоящей борьбы. Процессия тронулась. Казуко шел рядом с носилками Марико. Но двигались они недолго... В ста шагах впереди от плотных рядов самураев отделились двадцать человек в серой форме и молча встали поперек дороги, промежуток заняли самураи в коричневом. Кто-то споткнулся, и идущие впереди постепенно остановились.

– Уберите их с дороги!
– прокричал Казуко. Тут же вперед кинулся самурай в коричневом, за ним - остальные, и началось быстрое и жестокое убийство... Каждый раз, едва падал один серый, из толпы ожидающих выходил другой и присоединялся к сражающимся. Все происходило со страшной скоростью, четкостью и согласованностью движений: вот бьется воин против воина, пятнадцать против пятнадцати, восемь против восьми... Несколько раненых серых сражаются в пыли... Трое коричневых - против двоих серых... Выходит еще один серый... Скоро он остается один на один с последним коричневым забрызганным кровью, раненым, победившим уже в четырех схватках... Последний серый легко убивает его и остается один среди поверженных тел... Смотрит на Казуко... Все коричневые погибли, четверо - ранены, восемнадцать убиты... Казуко выходит вперед, обнажает меч... Наступает полная тишина...

– Подождите!
– прозвучал голос Марико.
– Пожалуйста, подождите, Казуко-сан!

Он остановился, но не спускал глаз с серого, готовясь к схватке. Марико вышла из паланкина и вернулась к Кийяме.

– Господин Кийяма, я официально прошу вас разрешить пройти этим людям.

– Извините, Тода-сан, приказы по замку должны выполняться. Они вполне законны. Но если вы хотите, я созову собрание регентов и попрошу принять специальное решение.

– Я - самурай. Отданные мне приказы ясны, соответствуют Бусидо и освящены нашим кодексом. Они должны выполняться и отменяют любой официально установленный другими порядок. Закон может отклонить причину, но причина не может отменить закона. Если мне не позволяют выполнять приказы сюзерена, я не смогу жить с таким позором!

– Я немедленно соберу собрание!

– Прошу извинить меня, господин, то, что вы сделаете, - это ваше дело. Я думаю только о приказах моего господина и о своем позоре.
– Она повернулась и спокойно прошла в голову колонны, - Казуко-сан! Я приказываю вам вывести нас из замка!

Казуко вышел вперед:

– Я - капитан Казуко из рода Серато, Третья армия господина Торанаги. Прошу вас, освободите дорогу!

– Я - Бива Дзиро, капитан, гарнизон господина Ишидо. Моя жизнь не имеет никакого значения, тем не менее вы не пройдете, - отвечал человек в серой форме.

С внезапным ревом "Торанага-а-а-а! " Казуко кинулся в бой. Мечи яростно зазвенели, нанося и парируя удары, бойцы заметались по кругу. Серый был сильным бойцом, но Казуко ему не уступал. Мечи звенели при каждом ударе... Остальные замерли. Казуко одержал верх, но был тяжело ранен и стоял над своим врагом, едва держась на ногах... Здоровой рукой он поднял меч к небу и издал боевой клич, торжествуя победу:

– "Торанага-а-а-а! " Никто его не поддерживал, - все знали, что это не соответствует ритуалу, в который они все втянуты. Казуко с трудом сделал шаг... другой... спотыкаясь, приказал: