Чтение онлайн

– Вы уверены?

Офицера, подтянутого, бородатого мужчину лет тридцати с лишним, с жестким лицом и выступающим подбородком, возмутил этот вопрос.

– Прошу прощения, - конечно же, уверен.

– Благодарю вас. Я не хотел вас обидеть. Вы здесь старший?

– Да, госпожа Тода оказала мне такую честь. Конечно, я понимаю, что вы для меня тоже старший.

– Я командую, но здесь старший - вы.

– Благодарю вас, Ябу-сан, но здесь распоряжается госпожа Тода. Вы старший офицер, с вашего разрешения, я сочту за честь быть вашим помощником.

Ябу мрачно приказал:

– Я разрешаю, капитан. Я очень хорошо знаю, кто здесь командует нами. Сообщите мне, пожалуйста, ваше имя.

– Семиери Табито.

– А первый из серых сегодня тоже был Самиери?

– Да, Ябу-сан. Он мой двоюродный брат.

– Когда все приготовите, капитан Семиери, пожалуйста, соберите всех офицеров на совещание.

– Конечно, капитан. С разрешения госпожи Тода. Оба самурая оглянулись: во двор крепости, хромая и опираясь на трость, входила очень старая, седая дама-самурай - она направлялась прямо к Киротсубо. Служанка несла зонтик, закрывая ее от солнца.

– Ах, Киритсубо-сан, - заговорила она льстиво, - я Маэдо Эцу, мать господина Маэды, я разделаю взгляды госпожи Тода. С ее разрешения, не окажут ли мне честь подождать ее?

– Прошу вас, садитесь, мы вам рады, - откликнулась Кири. Служанка принесла еще подушку и помогла старой даме устроиться поудобнее.

– Ах, так лучше, намного лучше... Госпожа Эцу старалась не застонать от боли.
– Суставы у меня болят, с каждым днем - все больше... О, вот так лучше... Благодарю вас.

– Вам не хотелось бы зеленого чая?

– Сначала чая, потом саке, Киритсубо-сан, много-много саке. После таких усилий необходимо освежиться.

Из толпы, покидающей двор, отделились женщины-самураи и через ряды серых прошли в затененное место, спасаясь от солнца. Кто-то из них заколебался, кто-то передумал, но вскоре на веранде оказались уже четырнадцать дам, две принесли с собой детей.

– Простите, я Ачико, жена Кийямы Нагамассы, и тоже хочу уехать домой, стесняясь, обратилась к Кири молодая женщина, держа за руку маленького сына.
– Мне нужно вернуться домой, к мужу. Могу я попросить разрешения подождать с вами?

– Но господин Кийяма будет очень недоволен, госпожа, если вы останетесь.

– О, извините, Киритсубо-сан, но дедушка вряд ли узнает. Я всего-навсего жена младшего внука. Я уверена, что он не обратит внимания, а я несколько месяцев не видела мужа и мне все равно, что он скажет. С нашей госпожой все в порядке?

– Все в полном порядке. Ачико-сан, - ответствовала старая госпожа Эцу, твердо захватывая роль главы компании.
– Конечно, мы с радостью примем вас, дитя мое. Проходите, садитесь вот здесь, рядом со мной. Как зовут вашего мальчика? Какой прекрасный ребенок!

Все дамы хором с ней согласились. Тут раздался жалобный голос мальчика лет четырех:

– По-жалуй-ста... я тоже плекласный лебенок... Все дружно засмеялись, и всем стало легче.

– Ты и правда прекрасный мальчик!
– согласилась госпожа Эцу и снова засмеялась. Кири вытерла слезы.

– Ну, вот так-то лучше, а то я стала уж слишком серьезной. Ах, милые дамы, я так польщена, что мне позволили приветствовать вас от имени госпожи Тода. Вы, наверное, проголодались... Вы правы, госпожа Эцу, - сегодня такой день, что просто нельзя не освежиться.
– Она отправила служанок за едой и напитками, познакомила тех, кто еще не был знаком, похвалив у кого кимоно, у кого зонтик с красивым рисунком... Вскоре женщины, отдохнувшие и оживленные, болтали как стайка попугаев...

– Ну, кто может понять женщин?
– поразился Самиери.

– Да уж!
– согласился Ябу.

– Только что они были напуганы и все в слезах и вот... Когда я увидел, как госпожа Марико подняла меч Ёсинаки, я подумал, что умру от гордости за нее.

– Да. Жаль, что последний серый был так ловок. Мне хотелось бы посмотреть, как она его убьет. Менее ловких она уже убивала.

Самиери поскреб бороду, - пот, подсыхая, раздражал кожу на лице.

– Что бы вы сделали на его месте?

– Я бы убил ее, а потом принял командование над коричневыми. Слишком много крови пролито. Это все, что можно было сделать, не перебив всех серых на стене.

– Иногда убивать - хорошо. Очень хорошо! Иной раз это совсем особенное ощущение - намного острее, чем наслаждаться с женщиной...

Оттуда, где собрались дамы, донесся взрыв смеха: это дети в своих развевающихся ярко-красных кимоно, стали важно вышагивать взад-вперед между мамами.

– Славно, что здесь опять появились дети. Я рад бы снова оказаться в Эдо...

– Да-а...
– Ябу задумчиво смотрел на женщин.

– Я думаю о том же самом, - спокойно сказал Самиери.

– И что вы решили?

– Ответ может быть только один: если Ишидо позволит нам уйти прекрасно. Если же сеппуку госпожи Марико окажется бесполезным - тогда... тогда мы поможем этим дамам отправиться в Пустоту и начнем сражение. Они не захотят жить.

Ябу заметил:

– Ну, кто-нибудь захочет...

– Мы решим это позднее, Ябу-сан. Для нашего господина лучше, если они все совершат здесь сеппуку. Вместе с детьми.

– Да, конечно.

– Потом все мужчины выйдут на стены, на рассвете мы откроем ворота и будем сражаться до полудня, а те, что останутся в живых, вернутся обратно и устроят пожар в этой части замка. Если я останусь в живых, сочту за честь принять ваши услуги помощника при совершении сеппуку.

– Можете на меня рассчитывать.

Самиери ухмыльнулся:

– Это всхолыхнет всю страну... Все это сражение, сеппуку... Распространится как пожар, захватит всю империю... Вы думаете, это отложит приезд Возвышенного? У нашего господина именно такой план?

– Не знаю... Самиери-сан, я на несколько минут пойду к себе. Если госпожа вернется, сразу же пошлите за мной.

Ябу направился к Блэксорну, который, задумавшись, сидел на ступеньках главной лестницы.

– Анджин-сан, - многозначительно зашептал он, - у меня, кажется, появился план... Тайный... Понимаете?

Колокола отбили очередной час. Все в крепости внимательно прислушивались к бою часов: начинался час обезьяны - шесть ударов после полудня, три часа. Многие поворачивались к солнцу и, не отдавая себе в том отчета, проверяли по нему время.