Чтение онлайн

— Почему проклятое дерево все еще так далеко?! — Мими наигранно захныкала и недовольно пнула гравий, разлетевшийся во все стороны. — Они хотят, чтобы мы умерли от усталости?

— Потерпи. Еще день пути, и будем на месте.

Люцифер попытался приободрить всех, но перспектива целого дня в дороге звучала как самый настоящий кошмар.

Увы, выбирать не приходилось.

Так мы и шли, ведомые размытым ориентиром где-то на горизонте. Но с каждым шагом казалось, что Древо отдаляется. Энтузиазм постепенно угасал. Насколько было бы проще, если бы мы могли взлететь и не беспокоиться ни о чудовищах, ни о преследователях! Как все-таки жестоко со стороны учителей перевязать нам крылья. Знали ли они, что нас тут ожидает? Были ли уверены, что мы справимся? Тревога не отпускала ни на минуту.

Чтобы отвлечься, Дино предложил поразмышлять вслух, чем каждый из нас займется, когда вернется в Школу. Люцифер, разумеется, пообещал приложить максимум усилий, чтобы ни один из честной компании больше не попался ему на глаза. Мими и я громко фыркнули в ответ, а Дино намекнул, что будет только рад такому развитию событий. Мими решила, что, как только мы заполучим Яблоко Познания, отправимся на самые дальние парящие острова и устроим пикник. Я в красках представила, как расстелю плед, достану из корзины фрукты и сэндвичи, наемся и проваляюсь целый день под яркими лучами солнца, потягивая холодный лимонад. Дино думал дольше всех и рассудил, что хотел бы провести вечер у Мыслительного дерева. Это желание трудно было не разделять: Мыслительное дерево, растущее на одном из плавающих островов, обладало целебной силой. Даже короткое время, проведенное под его мерцающей кроной, помогало уменьшить тревогу, отогнать мрачные мысли, очистить разум.

Стемнело, поднялся знойный ветер. Над головами скрипели ветви, под ногами шуршал песок и сухая хвоя. За каждым стволом притаился пугающий мрак. Когда в потемках стало трудно разглядеть дорогу, ничего не оставалось, кроме как разбить лагерь. Все вымотались и хотели спать.

Глазастая Мими заметила чуть в стороне небольшую возвышенность и скалистую пещеру, укрытую густыми зарослями. Убедившись, что она никем не занята, Дино, бурча себе под нос, набрал валежника и застыл над ним, как памятник самому себе. Я вдруг поняла, что ни один мой спутник никогда в жизни не разводил костер так, как люди. Обыкновенными спичками, не говоря уже о банальной силе трения палки о палку. Фыркнув, я достала из сумки зажигалку. Пламя разгоралось неохотно и то и дело грозилось потухнуть, но его света хватало, чтобы почувствовать себя в относительной безопасности.

Пока остальные копошились в сумке, перебирая те немногие вещи, которые оставались, я устроилась у входа в пещеру, опершись спиной о большую корягу. Я боялась, что мы зря развели костер, — да, так мы разогнали темноту перед пещерой, но и нас стало видно издалека.

— Ты ведь понимаешь, что тебе тоже нужен отдых? — Мими устроилась рядом, приобняв и положив голову на мое плечо. — Проклятый браслет. Я так устала, прямо с ног валюсь. Никогда не испытывала ничего подобного. Точно выдержишь?

— Все нормально, Мими, — я старалась, чтобы мой голос звучал уверенно, — ты ведь сменишь меня через пару часов. Всего-то и надо вглядываться в кромешную темноту, да высматривать монстров.

Подруге ответ точно не понравился. Она сморщила носик, но вдруг разулыбалась и кивком показала на парней: те уже провалились в сон. Люцифер подложил сумку под голову, как подушку. Дино обошелся разлапистой веткой можжевельника. Представляю, как ему колет шею.

Ветер стих, наступила тревожная тишина. Мы сидели вдвоем, напряженно прислушиваясь.

— Скоро станет совсем холодно, так что перебирайся поближе к костру, — тихонько сказала Мими.

— Разве здесь бывает холодно?

— В аду все не так, как ты себе представляешь. От этого холода даже бессмертные не могут защититься.

Я пожала плечами. Гораздо больше мороза меня пугали ушибы на теле, которые дико разболелись, как только я перестала двигаться. Ноги гудели, и несмотря на то, что я подобрала действительно удобную обувь, за столько часов безостановочной ходьбы ботинки натерли стопы. Демоница еще немного посидела рядом со мной, приятно согревая бок, но вскоре устала бороться с сонливостью. Измученная, она уютно устроилась рядом с Люцифером и засопела.

Глаза начали слипаться; один только вид мирно спящих друзей навевал сон. Я с трудом встала, охнув от боли в ребрах, и подбросила немного сучьев в угасающий костер. Всполохи огня озарили лицо Дино, такое беззащитное и расслабленное. Его красота поражала, к ней невозможно было привыкнуть. Так хотелось прикоснуться к его высоким скулам, провести пальцами по щеке...

Я села неподалеку, вытянув руки к огню. Как и предупреждала Мими, с наступлением темноты резко похолодало. Если днем бесконечно дул суховей, то в ночи свистели пронизывающие ледяные порывы ветра.

Чуть согревшись, я развернулась к огню спиной и вдруг заметила в темноте деревьев пару крошечных огоньков, пульсирующих в ветвях. Вглядевшись, я начала тут и там различать и другие огонечки. Они напомнили мне светлячков; для того, чтобы скоротать время, я начала их считать. Когда светлячки заканчивались, я начинала отсчет заново.

«Сто пятьдесят один, сто пятьдесят... Опять сбилась. Ладно, еще разок. Один, два, три...»

Но понемножку светлячки стали пропадать. Все вокруг накрыла кромешная тьма, такая плотная, что даже костер не разбавлял ее. Зрение бессмертных острее человеческого, но даже с ним я не могла ничего разглядеть. Словно в аду тьма особенная, абсолютно непроглядная. Смирившись с тем, что ничего не вижу, я стала вслушиваться в окружение. Потрескивание костра, скрип веток от резких порывов ветра. Мирные звуки, знакомые по прошлой жизни.

Иногда мы с отцом ходили в походы. Закидывали палатку, удочки, газовую горелку и припасы в багажник автомобиля и отправлялись на природу. Разбивали лагерь на берегу реки, удили рыбу и, если везло, жарили наловленное на ужин и говорили обо всем на свете.

— Если потеряешься в лесу, нельзя поддаваться панике, — часто повторял отец. — Есть такая штука, как «лесной шок». Вот вроде и карта есть, и место знаешь, а все равно до одури пугаешься, что заблудился.

— Ну пап, не говори ерунды. Как я смогу в лесу потеряться, тем более с тобой? Ты же все знаешь.

— А если меня рядом не будет? Что тогда? — папа засмеялся. — Так вот, слушай...

Тогда я еще не знала, что он окажется прав. Однажды я окажусь посреди «леса», не имея ни малейшего понятия, куда идти дальше.

По щекам невольно потекли слезы. Я никогда не скучала по отцу так, как сейчас. Будучи немыслимо далеко от него, я чувствовала себя такой одинокой и затерянной в темноте. Этот дурацкий Турнир, учеба в Школе, ангелы-демоны — как все это бессмысленно и глупо, когда ты не можешь просто обнять родного человека.

Позади послышался шорох. Я быстро смахнула слезы. Мими зашевелилась, широко зевнула и, потерев глаза, встала и подошла ко мне.

— Сколько я проспала?

— Не знаю. Может, пару часов, — прошептала я, с трудом подавив зевок.

Веки отяжелели, а внимание стало рассеиваться: я расслабилась оттого, что теперь есть кому дежурить, и зевнула. Казалось, что вокруг шныряют мутные тени. Встряхнувшись, я подбросила еще пару сучьев в костер и поворошила угли. Пламя недовольно зашипело, сноп искр взлетел в воздух, растаяв в багровой темноте.