Чтение онлайн

Страшнее всего из гендерных санкций действует коллективный унижающий смех, если провокатор или предатель попал в щекотливую ситуацию, например, не успел добежать до туалета. Эти естественные гендерные акции часто пугают педагогов и настораживают родителей, которые усматривают в них зачатки человеконенавистнической идеологии. На самом деле, чтобы почувствовать себя мужчиной надо не только проявить силу и смелость, но и ежедневно «по капле выдавливать из себя» все женское. Отсюда и дистанция, «минное поле» между гендерными группами. Все женское (одежда, занятия, манеры) абсолютно не приемлемо мальчиками, как и все мужское – девочками. Любые индивидуальные отношения между полами жестко табуируются «мужским» сообществом («С бабами дружишь – сам бабой стал»), а если предупреждение не действует, могут и побить.

Не менее брутально любые половые шашни осуждаются и в «женской» среде («Жених и невеста тили-тили тесто, тесто засохло – невеста сдохла»), но в качестве санкций обычно практикуется бойкот, точнее эмбарго на взаимные дружеские услуги («Мы с тобой больше не играем»). Для ребенка подобный приговор и отлучение от гендерной группы страшней смертной казни для отпетого преступника. Впрочем, если мальчик и девочка встретились вне гендерной группы (например, на даче, где нет сверстников), их отношения могут складываться вполне позитивно. Но стоит коварным смотрящим появиться на горизонте, бедные дети должны отпрянуть друг от друга как ошпаренные. По мнению Мани (Money, 1980) – это просто период сексуальной стыдливости и осмотрительности, когда сексуальным играм дети предаются тайком. Свидетельством хорошо скрываемого интереса к романтическим отношениям могут быть реакции мальчиков на показ эротических сцен в кино или по телевизору. Некоторые из них избегают посещения подных фильмов. Выбегают из комнаты дома, в кинотеатре закрывают лицо руками или прячутся под кресло. Подобная сенситивность, непереносимость таких сцен убедительно свидетельствует о критическом периоде гендерной социализации. Перекрестные культурологические исследования однозначно показывают, что в обществе, допускающем сексуальные упражнения детей, такие игры продолжаются и нередко становятся более частыми именно в предподростковом возрасте (Ford, Beach, 1951; Marshall, Suggs, 1971; Carrier, 1981).

Одна из проблем этого возраста взаимоотношения между братьями и сестрами, между братьями и между сестрами. Наиболее полные данные по сексуальным играм детей-родственников сообщил Финкелхор. Он выяснил, что 13% опрошенных студентов колледжа в детстве участвовали в сексуальных контактах со своими братьями и сестрами (данные, по его мнению, сильно занижены). Примерно три четверти этих отношений были гетеросексуальными (брат – сестра), и одна четверть – гомосексуальными (сестра – сестра или брат – брат). Сексуальные контакты между братьями и сестрами не ограничиваются только ранним детским возрастом; в 73% случаев одному из детей было больше 8 лет. Наиболее распространенная форма сексуальных действий между детьми-родственниками – генитальные прикосновения и только в 4% случаев встречаются половые акты.

Сексуальные контакты могут иметь различную продолжительность. Примерно 1/3 приходится на однократные контакты, и в то же время в 27% случаев наблюдаются длительные, продолжающиеся, по крайней мере, год. В 25% случаев мотивом таких сексуальных экспериментов было принуждение, чаще со стороны брата. Среди участников половых контактов более 25% составляют дети с разницей в возрасте около 5 лет.

Еще в первом классе до начала эпохи гендерного противостояния, а немного позже и немного задержанным в развитии или рано пошедшим в школу мальчикам могут серьезно нравиться яркие, опрятные «мальвиноподобные» девочки с трогательными косичками и пышными бантами. Однако формы выражения этих симпатий в группе довольно сомнительны: мальчик выражает агрессию, «пугает» девочку, она «пугается» и убегает. Тогда он догоняет ее и толкает. Одно время были попытки обозвать эту практику «пушингом» от английского push – толкать, но сейчас это понятие вытеснено из лексикона аналогичными названиями некоторых приемов в покере и финансовом менеджменте. От избытка чувств этот толчок получается довольно энергичным, и девочка может получить травму при падении, зато у «ухажера» в страхе наказания все лирические иллюзии моментально улетучиваются и он долгое время избегает повторения подобных опытов. Отголоски подобных форм ухаживания, неотреагированных в препубертате, иногда прослеживаются во взрослом возрасте в виде неосознанной тенденции «уронить» партнершу во время танца или опрокинуть ее на постель в преддверии полового акта.

Но постоянные зачистки в себе ростков женской роли лишь малая часть чудовищно сложной работы, которую должен проделать мальчик, чтобы обрести мужские качества. Сама жизнь подбрасывает ему ежедневные испытания: залезть на самое высокое дерево, прыгнуть на «тарзанке» с крутого берега в воду, научиться гонять на велосипеде на одном колесе, разбить окно в игре в футбол и убежать от разъяренного соседа, дразнить злую собаку с риском для жизни, выйти «стенка на стенку» с захватчиками из соседнего двора, посетить ночью кладбище с призраками. В масштабе скромных личностных возможностей эти повседневные испытания превосходят любой триллер. Жизнь отрока буквально наполнена экстремальным опытом, и он не вправе от него отказаться, чтобы не прослыть слабаком и «бабой». Эти ежедневные подвиги гораздо важней учебы и похвальных грамот за примерное поведение. Выговор и трепка от родителей тоже входят в программу испытаний будущего «мачо». Некоторые из подобных экспериментов не столь безобидны, например, почти обязательная попытка тайно от взрослых и сверстников курить или пробовать алкоголь, особенно если подвыпившие родители забывают убрать его со стол, провожая гостей. В этот момент ребенок может стянуть ключи от машины и попытаться полихачить где-нибудь на пустыре. Объектом его интереса может стать небрежно хранимое оружие, петарды и другие мужские фетиши, высоко почитаемые в мальчишеской среде, обладание которыми резко повышает рейтинг соискателя «ордена мужества». Если мальчик имеет реальные достижения в спорте, его социализация протекает спокойней, в остальных случаях эта комичная пародия на мужественность в виде драчливости, курения и нецензурной брани, лишь иллюстрирует народную мудрость: «Не перегнешь – не согнешь». Разумеется, эти внешкольные уроки вполне доброкачественны и бесследно проходят уже в пубертате, оставляя мужской костяк в характере, без которого мужчина легко становится тряпкой и подкаблучником. Если мальчику удается разминуться с этими испытаниями и не сдать экзамен по мужественности, его репетитором становится сама жизнь.

Гендерная социализация девочек менее драматична, «хорошей девочке», достаточно быть опрятной, послушной, прилежной в учебе, приветливой со старшими, иногда помогать маме и умиротворять отца. Эти несложные требования вполне реализуемы на индивидуальном уровне и не требуют групповой солидарности. Физическим наскокам мальчиков девочки в этом возрасте успешно противостоят, так как физически развиваются примерно на год быстрее и превосходят их в силе. Групповая солидарность в основном наблюдается перед высшим, учительским судом как коллективный иск к проштрафившимся мальчикам, или как коллективная защита от их нападок. К сожалению, традиционная педагогика далека от психологических реальностей детского возраста. Педагогическим идеалом мальчика считается послушный, вежливый, внимательный к девочкам, уважительный к старшим, помогающий маме по-хозяйству, присматривающий младших с семье, хорошо успевающий и не дружащий с «плохими мальчиками» гендерный урод. Педагогический идеал девочки: «комсомолка, отличница, спортсменка» является грубой экспансией на традиционно мужскую гендерную территорию: лидерство, силу, достижения, связанные с постоянным напряжением и подавлением конкуренции. Деформация ролевых установок, возможно, приближает профессиональный успех, но создает массу проблем в эмоциональные отношения с противоположным полом во взрослой жизни.

В. Е. Каган подчеркивает, что и для девочек и для мальчиков данный период половой гомогенизации – это время полоролевого развития через самоопределение в системе полоролевых стандартов и отношений..Гендерная дифференциация в этот период развивается довольно стремительно. Если в 7 лет достоверные различия между мальчиками и девочками не выражены, то в 8—9 лет мальчики уже более склонны к риску, храбры и беспечны, а девочки рассудительны, благоразумны и осторожны. В 10—11 лет мальчики более нетерпеливы, легко возбудимы, напористы, храбры, склонны к риску, беспечны, недобросовестны, необязательны, безответственны, раздражительны, напряжены и обладают низким самоконтролем. А девочки более сдержаны, послушны, уступчивы, благоразумны, рассудительны, добросовестны, исполнительны, ответственны, нежны, зависимы, спокойны и лучше контролируют свое поведение. Однако не следует представлять среднестатистического мальчика исчадием ада, да и среднестатистическая девочка вовсе не сущий ангел. Позитивные и негативные черты переплетаются очень тесно, и что одному гендеру хорошо, то другому смерть. Гендерная социализация – путь между Сциллой и Харибдой: пусть мальчики менее послушны и старательны, но зато более искренни, а девочки менее шумные, но и менее дружелюбные. Глазами мальчиков все девочки – подлизы, а глазами девочек все мальчики – дерзкие, но только учитель знает, что мальчики хулиганят, много бегают, невоспитанные, а девочки ласковые, послушные, приветливые. У маскулинных мальчиков складываются условия для конфликта с учителями, а фемининные страдают от низкого социального статуса в группе сверстников. Причем, в школе может быть одна ситуация, а в спортивной секции или танцевальном кружке – противоположная. Подобная ситуация складывается иногда и у девочек.

Половая сегрегация особенно заметна во внеклассных формах досуга и увлечений: маскулинные игры у мальчиков (в войну, в казаков-разбойников, спортивные игры, компьютерные стрелялки) и фемининные у девочек (шитье, косметика, обмен кулинарными рецептами, компьютерные наряжалки); приключенческая и детективная литература против стихов и дневников в тетрадках.

Новое долгосрочное исследование индивидуальных черт детского характера и интересов показывает, что особенности личности, основанные на половой принадлежности, развиваются у девочек и мальчиков по-разному. Авторы из университетов Пенсильвании и Гавайев посредством домашних интервью собирали более 7 лет информацию, анализировали дневники развития детей и измеряли уровни тестостерона в слюне. В исследовании приняли участие пары детей, рожденные один за другим, от преимущественно белых американцев, и не удивительно, что особенности характера и интересы мальчиков и девочек различались. Девочки показали более ярко выраженные доброту и чувствительность, а также интерес к чтению и искусствам, а мальчики выявили предприимчивость и независимость, и предпочитали заниматься спортом и математикой. Типично женские черты не менялись у девочек в течение долгого времени. И, напротив, чувствительность и доброта мальчиков сначала тускнели, а в поздней юности, напротив, стали более ярко выраженными. Так, к 19 годам и юноши, и девушки выявили близкие уровни «типично женских» черт. Типично мужские черты, такие как независимость и предприимчивость, у девочек возрастали лишь в период среднего детства, а у мальчиков их интенсивность повышалась всю юность. К окончанию средней школы у мальчиков эти особенности явно превалировали по сравнению с девочками. Также в ходе исследования выяснилось, что изменения в индивидуальных особенностях и интересах мальчиков и девочек были связаны с тем, как дети проводили большую часть времени. Девочки, которые большую часть суток проводили с женщинами, развивали женские черты, а мальчики, общаясь с мужчинами – мужские. Исключением явилось лишь то, что если и мальчики, и девочки проводили большую часть времени в общении именно с девочками, то возрастали типично мужские черты – независимость и предприимчивость. Кроме того, обнаружилось, что интересы и черты характера по-разному формировались у детей, рожденных первыми и вторыми. Так, вторые дети в семье выявили увеличение уровня независимости и предприимчивости в течение юности, тогда как у первенцев они не менялись в течение долгого времени. Данные результаты не противоречат идее, что первенцы обычно приспособлены, в то время как вторые дети – бунтари. Наконец, те дети, у которых в ранней юности был зафиксирован прирост тестостерона, оказались не подвержены социальным влияниям на развитии индивидуальности. Правда, вопрос о том, что является первичным – маскулинизация поведения или структура коммуникаций, остался открытым.

Сексуальное поведение этого возраста включает в себя демонстрацию половых органов в однополых группах, вульгарные сексуальные игры, фрустрационную псевдомастурбацию. Число мастурбирующих мальчиков с возрастом увеличивается, особенно за счет вовлечения их в более взрослые группы. Иногда такие истории происходят в детских лагерях во время каникул. Но и уличный секс-просвет, особенно со стороны старших подростков с криминальным налетом может сыграть свою роль. До пубертата некоторые мальчики уже способны переживать некое подобие оргазма, хотя и без эякуляции. А часть девочек с высокой сексуальной возбудимостью самостоятельно к 10 годам открывают для себя мастурбацию, манипулируя с собственным телом. В основу классификации мастурбации у детей и подростков Д. Н. Исаев и В. Е. Каган положили представления о различных механизмах мастурбаторного поведения и назвали её следующие виды у детей:

1. Младенческая – встречается на 1-м году жизни, чаще у девочек. Она связана с мозговыми дисфункциями, которые могут быть преходящей фазой развития, но иногда должны настораживать в плане более серьезных мозговых нарушений.

2. Пубертатно-юношеская.

3. При психических расстройствах. В зависимости от их специфики различны и ее проявления: вычурная – при шизофрении; как проявление расторможенности при органическом психосиндроме – импульсивная, нередко с сопутствующей агрессивностью; брутально-дисфорическая, а иногда как вариант припадка – при эпилепсии; демонстративная – при маниакальных состояниях и т. д.

4. Симптоматическая – в результате прямого раздражения генитальной или близких зон при инфекционно-соматических заболеваниях, чаще гельминтозах, зудящих дерматозах, а также при отсутствии необходимой гигиены тела.

5. Фрустрационная – возникает в дошкольном и препубертатном возрасте в ситуациях депривации (например, при длительных астенизирующих соматических заболеваниях) и эмоционального дискомфорта, связанного с нарушенными отношениями в семье. Ребенок, как правило, не ищет возможности мастурбации, но в одиночестве или не занятый чем-либо интересным обращается к ней, что наблюдается преимущественно в дошкольном возрасте.