Чтение онлайн

– Дай сюда, – выхватываю фотографию, едва не порвав драгоценный снимок. – Где ты это нашла?

Прижимая к груди постаревшую фотографию, смотрю на дочь с укором, а Юльке хоть бы что. Вместо раскаяния она хмурит брови и напряжённо дышит, раздувая крылья носа. Злится.

– В шкафу. Нашла в одной книге, – отвечает Юлька, обиженно поджимая губы. – Это мой папа, да?

– Нет. С чего ты взяла эту глупость?

– Тогда кто мой папа? И не говори мне про капусту и аиста. Я уже взрослая и понимаю, откуда берутся дети.

Сглатываю. Серьёзно? Девятилетняя девочка меня ещё не допрашивала.

– И откуда же? – набираюсь смелости спросить, представляя, какие перлы сейчас выдаст Юлька.

– Детей рожают мамы, а делают их папы.

Краснею до корней волос. Ну надо же…

– Так что, кто мой папа, мама? В моём классе у всех есть папа, а у меня нет.

Укор вины колет в самое сердце. Виноватая, да. Нужно было как-то подготовить дочь к этому факту. Только осознание собственной глупости приходит слишком поздно.

– Малыш, – беру Юлю за руку, поглаживаю, – понимаешь, твой папа и я расстались ещё до твоего рождения.

– Почему? Папа меня не хотел?

– Нет, что ты? – качаю головой, приказывая себе не врать, но и всей правды не говорить, иначе она может ранить. – Просто мы с ним… потерялись.

– Это как? – задумывается Юлька, не сводя с меня пристального взгляда.

Внутри меня всё обдаёт ледяным холодом. Завралась ты, Алёна. Теперь выкручивайся как хочешь.

– Он уехал, – пожимаю плечами, – и я не знаю куда.

– Мам, почему ты не скажешь правду? Папа же меня не хотел, да?

В больших глазах с радужной оболочкой голубого цвета, точь-в-точь как у меня, застыли прозрачные бусинки слёз. Да я и сама в любое мгновение готова всплакнуть, но не от того, что дочка не знает родного отца, а от того, что мои слова ни хрена не успокаивают дочь. Я делаю ей больно, наотмашь бью в самое сердце.

***

Ближе к вечеру вспоминаю о сообщении тренера. Хватаюсь за телефон и на ближайшие десять минут занята перепиской. Вадим предлагает сходить в кино этим вечером и я не против, в принципе. Мне нравится он, не так чтобы очень, но всё-таки. Тренер весьма привлекательный мужчина: высокий, стройный, шатен с большими добрыми глазами и таким же сердцем, дети его любят, как родного. И моя Юлька без ума от Вадима.

– И куда мы собрались? Опять вернёшься под утро? – недовольно бурчит мама, когда я доделываю последние штрихи в макияже.

– В кино иду.

– С мужчиной?

Киваю.

– Ну и как его зовут? – продолжает мама.

Засовываю кисточку в тюбик с тушью, поправляю волнистые локоны, упавшие на лицо. Вроде ничего так, вполне прилично выгляжу как для человека, который полдня промучался с похмельем.

Оборачиваюсь, смотрю на маму тёплым взглядом. Нет, врать я не буду, но и говорить правду опасно. Что себе подумает мама, если узнает, что её непутёвая дочь ночью была с одним, а в кино идёт с другим? Представляю с трудом.

– Мам, не могу пока сказать. У нас всё только начинается, не хочу сглазить.

– Ну-ну, – укоризненно, – нормальные люди не начинают знакомства в горизонтальной плоскости, а сначала на свидание идут. У тебя всё не как у людей, Алёна.

– Мамочка, – обнимаю маму, целую в щеку и лащусь, как детстве, когда хотела задобрить, – всё будет хорошо. Сделайте с Юлькой уроки, ладно? Мы немного не успели.

– Иди уже, гулёна, – говорит мама и я, пользуясь её добротой, в спешке бегу в коридор.

***

В кинотеатре Вадим покупает два больших ведёрка с попкорном и пару жестяных банок “Кока-кола”. Устроившись прямо по центру на предпоследнем ряду в кинозале, начинаю активно уничтожать запас попкорна. На громадном экране транслируют голливудский блокбастер. Вадим внимательно смотрит, а я откровенно зеваю, не понимая: кто эти человечки, бегающие за каким-то чёрным монстром с глазами, как у соседского пуделя, когда он каждый раз приветствует меня бодрым рычанием, стоит столкнуться в подъезде.

– Ещё хочешь? – наклонившись в мою сторону, Вадим придвигает своё ведёрко с попкорном. Ещё бы! Своё-то я уничтожила пару минут назад.

В любой другой раз я бы покраснела и вежливо отказалась, но не сейчас, ведь в данный момент моим единственным развлечением в кинотеатре является пополнение с бешеной скоростью быстрых углеводов. Да и пофиг на ту диету, и вообще, я себе нравлюсь, а кому не нравится – пусть не трогает и не смотрит. Но голос совести вместе с той красивой фигуристой моделью, что живёт внутри меня, твердит больше не жрать, иначе не видать в ближайшие месяцы мини-юбки, которая сведёт с ума самого Султанова. Тьфу ты… И чего я вспоминаю властного босса? Я просто хочу хоть раз надеть мини-юбку, а под неё офигенно сексуальные чулки, чтобы наклонившись, было видно красивую кружевную резинку. Это мой личный незакрытый гештальт и Султанов здесь совсем не причём.

– А давай, – махнув рукой на ту стройняшку, которая внутри меня всё ещё держит оборону, отбираю ведёрко с попкорном.

Вадим следит за мной заинтересованным взглядом, улыбается, а затем вдруг тянется к волосам. С замиранием сердца забываю, как дышать. Прикрываю веки, прислушиваюсь к ощущениям. Ну вот же он, романтический момент, а нет. Тренер, ловко орудуя длинными пальцами, достаёт из моих волнистых локонов попкорн и я огорчённо шмыгаю носом.

– Тебе понравился фильм? – спрашивает Вадим, когда мы после вечернего сеанса выходим на улицу.

– Угу, – задумчиво бубню, утыкаясь взглядом в телефон. Остановившись, тренер загадочно смотрит, чего-то ожидая. Прячу телефон в задний карман джинсов. – Спасибо большое, Вадим. Я в последний раз была в кино в далёкой молодости.

– Почему в молодости? На старуху ты как бы непохожа, – улыбается Вадим, вызывая на моём лице кривую ухмылку: если он хотел пошутить, то так себе шуточка. Лучше бы сказал, что я красивая и молодая. Султанов говорил, что я красивая буквально вчера.

– Ну как бы мне уже не двадцать, – хмыкаю.

– Алён, я должен тебе сказать… – мнётся, переступая с ноги на ногу.

– Ты женатый? – как выстрел вылетает из моего рта.

– Да, то есть, нет, – ерошит волосы на голове, зарывшись в них пятернёй, – официально я состою в браке, но на самом деле мы с женой не живём вместе.

Хмыкаю ещё раз!

Вот правду Нонка говорила: если мужик не носит на безымянном пальце кольцо, это ещё не делает его холостым. Вадим оказался очередным подтверждением моей собственной теории: мужики категории “тридцать плюс” – музейный экспонат, смотреть, пускать слюни, но не трогать, потому что одна строгая тётя сделает по попе а-та-та.