Чтение онлайн

Слова Динара бьют наотмашь, будто звонкая пощёчина. Меня моментально отрезвляет. Так вот, значит, как он считает? Простил мне всё, даже другого мужчину… Хочется спросить: а о каком мужчине идёт речь, но я вовремя прикусываю язык. Нельзя говорить, иначе он узнает правду про Юлю и я уверена, попытается отобрать у меня дочь, мою кровинушку, самую дорогую девочку.

Глотая обиду, ощущаю, как дерёт горло, словно израненное осколками битого стекла. Горечь и боль вызывают во рту оскомину, но я должна молчать. Столько лет молчала и теперь что, всё по ветру пустить?

– Принимаю молчание за согласие, – подытоживает Динар, отчего в моей груди образовывается воронка чудовищных размеров.

Видит бог, я держалась, пыталась быть спокойной, но Султанов перешёл черту. Это он разрушил наши отношения десять лет назад! И нечего теперь строить из себя великого мученика.

– Какой же ты циничный, Динар Шамилевич, – меня несёт на эмоциях, но останавливаться не намерена, – это ты мне причинил боль. Или ты забыл? Напомнить?

Динар заметно напрягается, вздыхает тяжело и, скрестив на груди руки, смотрит на меня с предупреждением. Его чёрные брови сведены в одну горизонтальную линию, а на скулах играют желваки.

– Хорошо, Алёна. Давай здесь и сейчас зароем топор войны, – говорит спокойно, но я-то знаю, что он злится, чувствую, как его бомбит не меньше, чем меня саму. – Ты знала, что я другой веры. Ты знала, что у меня к тебе было всё серьёзно, что я любил тебя и хотел общих детей. Ты согласилась стать моей женой и даже дошла до определённого момента, но потом просто опозорила меня, унизила перед всеми родственниками, когда сбежала за день до никаха.

– Ха! Ты так говоришь, будто не дал мне повода сбежать. Ты обманул меня, Динар. Если бы сразу сказал, что у тебя уже есть жена, то я бы ни за что. Слышишь? Ни за что и никогда не согласилась на этот брак или как там у вас называется? Ты мне врал! Нагло и подло. А если бы я случайно не услышала разговор твоих родственников то, что было бы потом, а? Как бы ты оправдывался? Кстати, как там твоя первая жена – всё время хотела спросить? Ах да… Ты же сказал: “Совсем-совсем неженатый”! Значит, развелись.

– Она умерла, – произносит с болью, пряча от меня взгляд, – в тот же год, когда мы расстались с тобой.

Я теряюсь, не зная, что сказать. У меня шок, будто десять лет назад вернулась, когда узнала, что любимый мужчина уже женатый. Это было больно и… подло. Но он так не считал!

– Асия была больна. Я говорил тебе это, – его голос, тихий и немного вибрирующий, задевает в моей душе печальные струны, – мы с ней поженились по воле родителей, но ничего из этого не вышло. Тебя я любил, Алёна. Всегда. И думал, что это взаимно. Жаль, что ты в силу своих амбиций так просто смогла отказаться от меня.

– Да потому что я не хотела быть второй женой! Для меня это неприемлемо, Динар. Ты поэтому врал мне, зная, как я отношусь к институту брака.

– Ты не оставила мне выбора. Я боялся тебя потерять.

"А я боялась потерять дочь", – хочется крикнуть, чтобы выплеснуть наружу всю боль, что скопилась за эти годы. Но я не кричу, а спокойным голосом говорю:

– Думаю, на этом мы ставим жирную точку, Динар. Если я выйду за тебя замуж, то только потому, что оказалась в трудной ситуации. Мой брат действительно должен много денег. Но я хочу, чтобы ты знал и не тешил себя иллюзиями… В моих глазах ты предатель, а предателей я не прощаю. Вызови мне, пожалуйста, такси. Я хочу уехать домой.

Разговор с мамой ни к чему не приводит. Я не могу достучаться до собственной матери, словно между нами глухая стена. В итоге после нашего конфликта у мамы поднимается давление и чувство вины накатывает на меня удушливой волной. Вынуждена отступить, а ещё признать, что своими действиями серьёзно подрываю здоровье и без того больной женщины.

– Нон, я в тупике, – за кружкой чая жалуюсь любимой подруге, – теперь я даже слово поперёк не могу сказать. Что делать – не знаю.

Уронив голову на ладони, прикрываю глаза, ощущая во всём теле слабость. Нона подходит сзади и обнимает меня за плечи успокаивая.

– Алён, у тебя только один выход и ты знаешь какой.

– Не хочется, подруга, ой как не хочется. Я как представлю, так сразу в холодный пот бросает.

– Да ладно тебе. Ты сильная, выдержишь. Лучше подумай о плюсах, у каждой медали есть обратная сторона, помнишь?

– У этой стороны медали только один плюс – деньги.

– А ещё отец, которого так не хватает твоей Юльке.

– Исключено! – оторвав лицо от ладоней, взглядом испепеляю подругу. – Динар ни за что не узнает правду.

– Боишься, что отберёт дочь? – киваю, а Нонка только шире улыбается. – Дурочка моя, он же тебе не просто так подсунул этот договор. У него планы большие – это же очевидно. Решайся, Алён. Хуже точно не будет. И думай о Юльке, а не о себе.

– Я только и думаю о дочери, иначе бы даже за один стол не села рядом с Динаром, – допив остывший чай, поднимаюсь со стула, – ладно, Нон, пойду я.

Подруга провожает до дверей и пока я завязываю на кроссовках шнурки, молча стоит в коридоре. На прощание целую подругу и ухожу. А оказавшись дома, предлагаю Юльке кое-куда съездить.

– А куда мы поедем, мамочка? – интересуется дочь, когда я заплетаю ей две косички.

– Юлька, не крутись, а то выйдет криво, – командую строгим тоном, – увидишь. Это сюрприз.

Закончив с причёской, заглядываю в спальню к маме и тихо вздыхаю, увидев, что она спит. Что ж так даже лучше. Значит, не придётся врать.

Домашний адрес Султанова я хорошо запомнила, а потому вызываю такси. И пока мы с Юлькой ожидаем машину, быстро звоню Динару на мобильный. Он отвечает практически сразу, мне даже не удаётся выстроить в голове возможный диалог.

– Что-то случилось, Алёна? – звучит вместо приветствия.

– Привет, ты дома? – спрашиваю сразу, игнорируя предательскую дрожь, заставляющую трястись мои пальцы, сжимающие телефон.

– Дома. Ты хочешь приехать?

– Хочу. Уже вызвала такси.

– Алён, – тяжело вздыхает, – надеюсь, ты без скандалов?

– Я с сюрпризом, Динар, – и не дожидаясь реакции Султанова быстро жму на красную трубку, завершая разговор.

К этому времени как раз подъезжает такси. Юлька запрыгивает на заднее сиденье, я устраиваюсь рядом и диктую водителю адрес, по которому следует ехать.

– Юль, – обняв дочь одной рукой, прижимаюсь губами к макушке, – я хочу тебя кое с кем познакомить.

Юлька заинтересованно поворачивает голову в мою сторону и, хлопая чёрными пушистыми ресницами, загадочно улыбается.