Семья напрокат
Шрифт:
— Ты волнуешься за герцога?
— Немного.
— Он вернется, — уверенно сказала девочка. — Обещал же.
Я погладила ее по голове. Устами младенца...
— Завтракай. А я... я сейчас вернусь.
Вышла из комнаты. Постояла в коридоре. Прислушалась. Тишина. Слишком тихо. Прошлась дальше, к лестнице. Все так же тихо. "Ну же. Возвращайся. Пожалуйста."
И вдруг — звук. Тихий. Снаружи. Карета?! Бросилась к окну. Выглянула. Да! Карета! Наша карета! Уезжает! "Нет! Подожди!" Но экипаж уже скрылся за поворотом аллеи. Я опоздала. Гадство!
Развернулась, побежала обратно в комнату.
— Зулана!
Девушка обернулась, испуганно.
— Да, миледи?
— Побудь с Алисой, пожалуйста. Мне нужно...
– запнулась. — Мне срочно нужно кое-что узнать.
Не дожидаясь ответа, выбежала из комнаты. По коридору, вниз по лестнице слетела за секунды. Как не убилась — не понятно. В холле стоял Гур. Огромный, молчаливый. Стряхивал снег с плаща.
— Гур! — кинулась к нему. — Как... как все прошло? Герцог... он...
Гур поднял голову. Посмотрел на меня. На лице — усталость, беспокойство.
— Жив, цыпа. Ранен, но жив.
У меня подкосились ноги. Схватилась за перила, чтобы не упасть.
— Ранен? Как? Что случилось?
Гур тяжело вздохнул.
— Маркиз, подлая душонка, тысяча дохлых кошек! Пропитал клинок ядом. Медленнодействующим. Герцог получил царапину на ребрах в самом начале дуэли. Неглубокую, но яд начал действовать.
Холод сковал меня изнутри.
— Яд? — прошептала я. — Он... он отравлен?
— Был, — поправил Гур. — Дуэль прервала королевская гвардия. Помешали, зараза, свершиться правосудию. Герцог уже собирался добить мерзавца и тут они. Маркиза арестовали и уволокли. Вопили что-то про государственную измену и покушение на жизнь лорда. Герцогу оказали первую помощь прямо на месте — противоядие, промывание раны, перевязка, вся эта лекарская ерундень.
Я слушала, чувствуя, как немеют руки.
— Но он... в порядке? Яд...
— Противоядие подействовало. Лекарь сказал, что опасность миновала. Но герцог... — Гур нахмурился. — Слушай, ну я всяко повидал. Но, по мне, он вел себя странно. Если хочешь знать мое мнение, конечно.
— Странно? Это как?
— Равнодушно, — Гур покачал головой. — К своему здоровью. Когда лекарь говорил о лечении, о необходимости покоя, о том, что яд мог быть смертельным, герцог слушал так, будто его это не касается. Будто ему начхать на собственное здоровье. Учитывая его молодость и богатство, по мне, это странно.
— Где он сейчас? — спросила.
— Пошел к себе. Сказал, хочет переодеться и отдохнуть.
Я кивнула.
— Спасибо, Гур. За то, что был рядом с ним.
Великан неловко пожал плечами.
— Да чего уж там... всегда рад. Если что.
Я развернулась и пошла к лестнице. Быстро. Почти бегом. Покои герцога. Нужно найти его покои. Поднялась на второй этаж. Свернула направо. Мимо каких-то дверей. Еще одних. Третьих. Нет, не здесь.
Развернулась. Пошла в другую сторону. Мимо библиотеки. Мимо гостиной. Лестница. Другое крыло. Еще коридор. "Господи, да где же он?!"
И вдруг — приоткрытая дверь. В конце коридора. Я почти бежала. Рывком толкнула дверь. И замерла на пороге.
Посреди комнаты стоял Северин. Спиной ко мне. Голый по пояс. Я не дышала. Просто смотрела.
На широкие плечи. На мышцы спины, перекатывающиеся под кожей. На линию позвоночника, уходящую под пояс черных брюк. На белую повязку, обмотанную вокруг ребер.
Герцог медленно повернулся. И наши глаза встретились. Я видела его грудь — широкую, с четкими линиями мышц, повязку с небольшим темным пятном сбоку. Видела его лицо — бледнее обычного, напряженное. И глаза. Золотые огни вспыхнули в них — ярко, обжигающе.
Северин замер. Просто стоял, глядя на меня. Его взгляд медленно скользнул вниз. По моей фигуре — без корсета, обтянутой тонким домашним платьем. Задержался на груди. На талии. На бедрах. Потемнел.
Сглотнула. Заставила себя поднять глаза обратно на его лицо.
— Простите, — выдохнула. — Я не знала... не подумала...
Я должна была развернуться и уйти. Прямо сейчас. Немедленно. Но ноги не слушались. Северин молчал. Просто смотрел. Не пытался прикрыться. Не отворачивался. Стоял, напряженный, с горящими глазами.
— С вами... — запнулась. — С вами все в порядке?
Глупый вопрос. Света, где твои мозги? Мелешь ерунду, как девочка-малолетка! Герцог стоял передо мной с перевязанными ребрами. Явно же не в порядке.
— Да, — ответил хрипло.
Пауза.
Мой взгляд снова предательски скользнул вниз. К повязке. К темному пятну на ней.
— Гур сказал... про яд...
— Противоядие подействовало, — отрезал Северин. — Все в порядке.
Он сделал шаг в сторону. К креслу, на спинке которого висела белая рубашка. Взял ее. Медленно развернул. Я смотрела, как движутся его руки. Как перекатываются мышцы на спине. Как он осторожно, стараясь не задеть рану, продевает одну руку в рукав. Потом пытается просунуть вторую. Это ему не далось. Ни с первого раза, ни со второго. Заметила, что Северин морщится при повороте туловища.
— Позвольте, — услышала свой голос. — Я помогу.
Он замер. Посмотрел на меня через плечо.
— Не нужно.
— Нужно, — шагнула в комнату. Еще один шаг. — Вам сложно самому. Рана мешает.
Он молчал. Смотрел на меня долго. Потом медленно кивнул. Я подошла ближе. Остановилась перед ним. Наверное, слишком близко. Чувствовала тепло его тела. Слышала его дыхание — прерывистое, неровное. Видела, как вздымается грудь под распахнутой одеждой.
Протянула руки. Взялась за воротник, подтянула ткань. Пальцы коснулись его кожи. Случайно. Едва заметно, но Северин вздрогнул. Я замерла и бросила быстрый взгляд на герцога.
Он смотрел на меня сверху вниз. Золотые огни в глазах разгорелись ярче. Челюсть напряжена. Дыхание сбилось.
— Простите, — прошептала. — Это случайно.
— Все в порядке, продолжайте, — оборвал меня.
Я сглотнула. Потянула рубашку, сводя края вместе. Пальцы немного дрожали. Нервы ни к черту! Надо будет купить в аптеке лавандовый чай. Застегнула первую пуговицу. Вторую. Третью. С каждой пуговицей мои пальцы невольно касались его кожи. Горячей. Гладкой. Упругой.
Северин не двигался. Просто стоял, глядя на меня. Дышал тяжело, как после бега. Четвертая пуговица. Пятая. Я дошла до повязки. Остановилась.
— Дальше не нужно, — произнес он тихо.
Подняла глаза. Мы стояли так близко, что я видела каждую золотую искру в его зрачках. Видела, как дрогнули его губы. Как напряглась шея.
— Хорошо, что вы вернулись, — прошептала.
Его взгляд упал на мой рот. Задержался там. Надолго. Нервно сглотнула. Надо много, очень много лавандового чая!
— Иветта... — выдохнул он.
Мое имя. Без "леди". Просто Иветта. Хрипло. Интимно. Я должна бы отступить. Прямо сейчас. Пока еще могла. Но не отступала.