Чтение онлайн

— Семьсот! — кто-то в глубине зала.

— Семьсот пятьдесят! — графиня не сдавалась.

Я сжала кулаки. Смотрела, как эта женщина борется за моего мужа. МОЕГО. И что-то внутри начало закипать.

— Восемьсот золотых! — выкрикнула молодая девушка в голубом, вся красная от возбуждения.

— За восемьсот можно купить дом, — пробормотала я. — Небольшой, но дом!

— Восемьсот пятьдесят! — графиня уже теряла голос, но не сдавалась.

— Девятьсот! — заорала какая-то дама так громко, что люстра звякнула.

Зал замер. Девятьсот золотых. Огромная сумма. Ну что сказать? Один только Северин обеспечил приют на весь год всем необходимым.

— Девятьсот золотых! — торжественно объявила герцогиня Розанна. — Раз!

Я посмотрела на Северина. Он стоял на возвышении, но взгляд его был прикован ко мне. Только ко мне. В его глазах плясали золотые искры.

— Два!

— Девятьсот пятьдесят, — влезла графиня.

— Девятьсот пятьдесят золотых! — торжественно объявила герцогиня Розанна. — Раз! Два!

Графиня самодовольно улыбалась. Ждала. Ещё немного — и герцог её.

Что-то внутри меня щёлкнуло. Лопнула какая-то невидимая нить.

Нет.

Чёрта с два!

Денег у меня, конечно, нет. Но у мужа-то есть. Вот пусть и платит! Уверена, он не горит желанием танцевать с графиней.

— ТЫСЯЧА ЗОЛОТЫХ! — выкрикнула я, сама не веря в происходящее.

Зал замер. Абсолютная тишина. Даже музыканты перестали настраивать инструменты.

Все — абсолютно ВСЕ — повернулись ко мне.

Графиня открыла рот. Закрыла. Открыла снова. Похожа была на задыхающуюся рыбу.

— Тысяча?! — переспросила герцогиня Розанна, расплываясь в широкой улыбке.

— Тысяча, — подтвердила я, чувствуя, как горят щёки. — Золотых.

Северин... Северин смотрел на меня так, что я пожалела о своем неумении пользоваться веером. Сейчас бы помахать себе на лицо, остудиться немного. Да боюсь, намахаю еще что-то не то. Потом скажут, что герцогиня Вэлтор с кем-то нагло кокетничала прямо на глазах у мужа.

— За тысячу я могла купить особняк, — пробормотала я себе под нос. — С садом. И прудом. И лебедями в этом пруду!

Кто-то рядом фыркнул.

— Тысяча золотых от герцогини Вэлтор! — объявила хозяйка вечера довольным голосом. — Есть ставки выше?!

Повисла гробовая тишина.

Графиня открывала и закрывала рот. Лицо из багрового стало фиолетовым. Потом белым. Она попыталась что-то сказать, но вместо слов вырвалось только шипение.

— Тысяча раз! — начала отсчет герцогиня. — Два!

Я сжала руки в кулаки. Пусть только кто-то попробует сейчас влезть!

— Три! ПРОДАНО!

Зал взорвался аплодисментами. Северин медленно сошел с возвышения. Шел прямо ко мне. Не отрывая взгляда. В его глазах все еще плясали золотые огни. Но теперь к ним примешалось еще что-то более темное, обжигающее.

Он остановился передо мной. Так близко, что я чувствовала тепло его тела.

— Тысяча золотых, — произнёс он тихо, чтобы слышала только я. — Это очень щедрая цена, леди Иветта.

— Это деньги из вашего кошелька, — призналась. — Извините. Верну. Когда разбогатею.

— Не нужно, — лицо герцога смягчилось, перестав выглядеть высеченным из куска льда. — Это мизерная плата за удовольствие участвовать в подобном развлечении. И быть купленным собственной женой.

И я не стала добавлять «фиктивной женой». Промолчала.

— Это для сирот! — сказала. — Благотворительность!

— Конечно, — он протянул руку. — Позволите? Раз вы так дорого за меня заплатили, я обязан отработать каждую монету.

Я положила ладонь в его. Он притянул меня ближе, увлекая за собой. Для нас открыли двери, а когда мы в них зашли, я ахнула. Зимний сад! Вокруг благоухают цветы, растут деревья и кусты. Мы словно среди зимы внезапно оказались в лете. Двери за нами закрылись.

Заиграла музыка. Медленный вальс.

Мы закружились. Его рука на моей спине — тёплая, крепкая. Пальцы сплелись с моими.

— Знаете, что можно купить на тысячу золотых? — прошептала я.

— Что? — его губы были так близко к моему уху, что дыхание обжигало кожу.

— Особняк. С садом. С прудом. С лебедями.

Герцог хмыкнул.

— Тогда я польщён, что вы предпочли меня лебедям.

Его рука на моей спине скользнула выше, туда, где кончалось кружево платья. Пальцы коснулись голой кожи — легко, почти невесомо, но я почувствовала это прикосновение всем телом. Волна жара прокатилась по позвоночнику.

Мы кружились между цветущими деревьями и кустами. Воздух был напоен ароматами — розы, жасмин, что-то ещё, сладкое и пьянящее. Но сквозь все эти запахи я чувствовала его. Холодный, как зимний лес, с лёгкой ноткой пряностей. Этот запах окутывал меня, заставлял дышать глубже, жадно ловя каждый оттенок.

— Вы дрожите, — тихо заметил он.

— Здесь прохладно, — соврала я, хотя на самом деле дрожала совсем не от холода.

Его большой палец снова провёл по моему позвоночнику. Медленно. Вверх. Вниз. Совсем чуть-чуть. Но этого хватило, чтобы у меня перехватило дыхание.

Я подняла глаза. Встретилась с его взглядом. Льдисто-голубые глаза полыхали золотом. Яркие языки пламени плясали в их глубине, становясь всё больше, всё ярче.

Мы продолжали кружиться. Наши тела двигались в идеальной синхронности. Шаг вперёд — он вёл. Шаг назад — я следовала. Поворот — мы двигались как одно целое. Словно танцевали вместе всю жизнь.

Его рука, державшая мою, сжалась крепче. Большой палец нашёл пульс на моём запястье. Замер там. Почувствовал, как бешено колотится сердце.

Его лицо было совсем рядом. Я видела каждую ресницу. Каждую золотую искру в глазах. Видела, как напряглась его челюсть. Как дрогнули губы.

Он притянул меня ещё ближе. Настолько, что между нашими телами не осталось даже воздуха. Я чувствовала каждый изгиб его тела. Твёрдые мышцы под тонкой тканью рубашки. Тепло, исходящее от него.

Мы не просто танцевали. Мы двигались в каком-то другом ритме. Более медленном. Более интимном. Его бедро скользнуло между моих бедер, когда мы делали очередной поворот. Я задохнулась.