Сэнди Митчелл Смерть или Слава
Шрифт:
– В конечном счете, сюда, - сказал я.
Он издал короткий, гортанный и резкий возглас полный скептицизма, который я с легкостью проигнорировал, периодические покашливания Юргена и то являются более взрывоопасными.
– Но в ближайшей перспективе, - я увеличил масштаб, сделав карту окрестностей более подробной.
– Похоже это оптимальный маршрут.
Я прослеживал его, прыгая от одного склада поставки до следующего.
– Из пустыни здесь, через низменность и через горы.
Которые немного беспокоили, так как был только один главный проход, который я мог видеть, и по нему обязаны были ползать зеленокожие.
Хотя мы и столкнемся с этой проблемой, когда придет время.
– Тогда прыгнем через прибрежную равнину, по полуострову, и мы дома.
Если бы я сказал это достаточно быстро, это бы почти казалось вероятным.
Колфакс снова фыркнул.
– Вы не учли ''через армию Орков'', - сказал он.
Это было справедливое замечание.
Большинство из них собралось бы на прибрежной равнине, выливаясь в уплотненную массу из-за того, что они пытались топать через узкий перешеек на западный континент.
Я пожал плечами.
– Мы что-нибудь придумаем, - сказал я, пытаясь казаться уверенным.
– Пока что нет никакого смысла волноваться еще и об этом.
Коренастый кивнул.
– Правильно, - он согласился.
– Мы, скорее всего, будем уже мертвы к тому времени.
СТАРЫЕ ПРИВЫЧКИ удивительно трудно сломать.
Даже при том, что на одного нормального солдата в нашей группе приходилось десять гражданских, изображавших балласт, я обошел весь конвой перед отправлением, говоря ободрительные слова кому придется, в основном какую-то набожную банальность для подъема морального духа.
К моему удивлению, это, казалось, работало.
Похоже, настроение у всех улучшилось, и большинство бедняг, что мы спасли, скалились во все зубы перед отправкой.
В данных обстоятельствах, я полагаю, у них было достаточно оснований улыбаться, обменяв абсолютную уверенность в смерти на просто почти неизбежную.
Ощущение, которое было удивительно утешительным - могу уверить вас, испытав его лично за последний век множество раз - значительно чаще, чем хотелось бы.
Я начал с конца конвоя, где Гренбоу пытался привить некоторое подобие дисциплины в своем нежданном отделении ополчения, ему помогал суровый мужик в изодранной в клочья форме СПО, похоже, единственный знающий, с какой стороны браться за лазерное ружье.
Бывший вокс-оператор пожал плечами, когда я спросил его, как дела.
– Довольно неплохо, - ответил он.
Он, наконец, сбросил бесполезный рюкзак коммуникатора, оставив его в кузове грузовика под своим командованием, с частью нашего драгоценного груза, которым нагрузил их Норберт
К моему удивлению, наш хитрюга-каптенармус проявил достаточно здравого смысла, разместив еду и воду под охраной в пяти грузовиках с экипажем из военных, не делая слишком очевидным то, что было сделано все для уменьшения возможности хищений.
– Они готовы настолько, насколько возможно.
Его тона было достаточно, чтобы сказать мне, что он думал об их готовности, и я понимая кивнул.
– Я уверен, что вы удержите их вместе, когда дело дойдет до драки, - сказал я ему.
Гренбоу грустно улыбнулся.
– Я сказал им переключиться на автоматический режим, если орки нападут, - ответил он.
– И держать курок до тех пор, пока батарея не сядет.
Что-то из моих чувств, должно быть, отразились на моем лице, потому что он пожал плечами.
– Я знаю. Это - преступная трата боеприпасов. Но, по крайней мере, они могли бы держать зеленокожих подальше от наших спин в течение некоторого времени. И если они этого не сделают, нехватка боеприпасов будет наименьшей нашей заботой.
– Мы можем всегда перезарядить их позже, - уверил я его.
– И должно быть еще много батарей в складах.
– Мы доставим вас туда, - заверила меня одна из его новичков, это была тонкая как проволока молодая женщина с холодными глазами и татуировкой на лице, без сомнения одна из подозреваемых в бандитизме, о которых упоминал Тайбер.
Она ласково опиралась на смонтированное тяжелое орудие на машине, видимо на автопушку, и у меня сложилось однозначное понимание, что она отвергла стандартное маленькое оружие, в пользу наиболее разрушительной артиллерии, которую она могла достать.
– Не сомневаюсь, - заверил ее я.
– Привет, комиссар.
Фелиция приблизилась к нам. Большущий мешок, полный чего-то металлического был перекинут через её плече, в то время как она удерживала его рукой и своим механическим хвостом.
Как я предположил, с инструментами.
За ней тянулись двое гражданских, оба с такими же мешками, которые она один за другим побросала в бронированный кузов грузовика с лязгом, достаточным, чтобы особо нервные новобранцы дернули стволами в ее сторону, прежде чем расслабиться и изобразить беззаботность.
Двое ремесленников, как я понял, теперь стали ее помощниками на более-менее постоянной основе.
– Прибыл, чтобы проверить нас?
– Просто смотрю, как идут дела, - заверил я ее.
– Я бы не хотел, чтобы вы опоздали на автобус.
Она рассмеялась, когда изящно карабкалась на борт, сопровождаемая двумя ее подчиненными.
В теории, едущие на борту последнего транспортного средства, были бы в состоянии подъехать по обочине в помощь любому из других авто, у которых могли бы быть трудности, не разворачиваясь.
Почему-то Колфакс рекомендовал держать их свободными, и я доверял его мнению.
– Уж не опаздываю, во имя галактики, - она улыбнулась, но ее вниманием уже завладел разбитый вокс.
– Ух ты! Здорово поломали.
– Ты можешь его починить?
– спросил я, впервые подумав о такой возможности.
Если бы она смогла, мы бы могли использовать его как усилитель, увеличив дальность вокс-бусин и пытаться услышать переговоры любых других выживших Имперцев в окрестностях.
Если в окрестностях есть другие отряды СПО, им тоже пришлось бы направиться к опорным базам, так что можно было ставить на то, что они окажутся в зоне приема хотя бы часть времени.
– Я могу попробовать, - сказала Фелиция бодро, уже начиная шарить внутри кожуха с помощью ее механодендрита.
– Но никаких обещаний.