Чтение онлайн

– Не стоит, Ис, - произнёс Альрик.
– Мы не дикари, чтобы все решать силой.
– Затем он взглянул на старшего брата: - Если бы ты не попробовал ее убить, мы бы, наверное, вняли этим словам, Регин. Но сейчас мы будем верить Тэниль и фактам. Ответь на вопрос: второй экземпляр завещания у тебя?

Несколько минут тишины, за которые в глазах первого принца сменилось несколько эмоций. Гнев, отчаяние, решимость. Он не стал падать на колени и вымаливать прощение, вскинул голову в твердой уверенности, что все в своей жизни сделал правильно и выдохнул:

– Да, он в моих покоях, - а после прожег меня ненавидящим самоуверенным взглядом и добавил практически без эмоций, как сухую констатацию факта: - Надо было прирезать тебя лично еще в тот раз, а не доверять все глупой служанке.

– Убью, - прошипел Исвард, но сумел сдержать себя в руках и остаться на месте. Лишь сжал кулаки, низко склонил голову, а дыхание стало более поверхностным. Я продолжала смотреть на опасного зверя, который уже был загнан в угол клетки, и понимала, что мне нужно закончить все это сегодня.

– Это ты перехватил письмо от дочери Освальда, которое она отправила без королевской печати, - произнесла скорее утверждая, нежели спрашивая, ведь в этом была практически уверена.
– Из него узнал о завещании и то, что Варг направится в столицу? Попытался найти и Абигейл, но часть письма с ее местонахождением была утеряна?

– Нет, - вздохнул Регин, как мог вздохнуть гарай, осознавший, что препираться и скрываться больше нет смысла. Он расслабился и заговорил: - О завещании я узнал случайно. От отца. Подслушал его разговор с Вихо. Когда пришел поговорить с королем лично, он заявил, что сейчас его айристи и дети в Карои, и приедут лишь через год, когда Варг станет совершеннолетним. Хотел их спрятать, старый идиот. Но я даже поверил. Не стал искать… Из письма я узнал, что на самом деле грязнокровки в Шархаме, и вскоре мальчишка явится в Офрай, несмотря на то, что его отец мертв. Смелость граничащая с глупостью.

– Смерть отца на твоих руках?
– прорычал Петтер, глядя на брата из-под густых бровей. Но Регин не ответил ему. Наши взгляды сцепились так надежно, словно их завязали морским узлом.

– Откуда ты знаешь об утраченной части письма?
– спросил первый принц так вкрадчиво и ядовито, что мне показалось, будто мы в один миг поменялись местами, и теперь я тот самый зверек, которого загнали в угол клетки. Я не шевельнулась, не зная, что сказать, а взгляд Регина метнулся в сторону и снежной лавиной упал на невестку. Принц поцокал языком: - Майрис, - он протянул ее имя так, что у меня задрожали пальцы.
– Мы ведь договаривались хранить секреты друг друга.

Цвет кожи принцессы в один миг сравнялся с цветом ее серебристых волос, но лицо не выразило ни единой эмоции.

– О чем ты, Регин?
– угроза в голосе Альрика была такой явной, что ее заметил бы глухой, но первый принц продолжал ухмыляться и качать головой:

– Ты ведь знаешь, что король может быть женат лишь на сире, которая не осквернила свою репутацию, - он замолчал всего на мгновение, но для меня оно длилось целые сутки. По щеке Майрис скользнула одна единственная слезинка, показавшаяся алмазом, что скатился со снежной вершины. Регин обернулся к Альрику: - Ты знал, что твоя жена родила ребенка в своем родном городе? Она отказывала тебе полгода, потому что вы встретились в момент, когда она носила под сердцем чужое дитя. Она бросила его на попечение родителей и теперь ежеквартально отправляет на содержание деньги. А тебе она так и не сподобилась родить сына.

Я едва не задохнулась от той горечи, что внезапно показалась из-под покрывала, которым Майрис укрыла все свои чувства. Принцесса поднялась с места и едва смогла протолкнуть сквозь перехваченное спазмом горло:

– Я бы не решилась рассказать сама, но рада, что тайное стало явным, - вторая слеза сорвалась со светлых ресниц, и Майрис перевела взгляд на ошарашенного Альрика, выдохнув одно единственное слово: - Прости…

Затем она развернулась и почти бегом покинула зал.

Я вскинула руку к лицу, понимая, что за этот день подставила еще и принцессу. Ведь могла промолчать об утерянной части…

Альрик провел ее взглядом и обернулся к брату, выплюнув с ненавистью:

– Ты всегда был подонком, Регин. И если Ис все же решит тебя убить, я поддержу его.

Сказав это, мужчина сорвался с места и кинулся следом за женой.

– Это ты убил отца?
– голос Исварда был холоден. Казалось, он даже не заметил отсутствия брата и невестки. Но так лишь казалось.

– Ты не понимаешь!
– вдруг эмоционально воскликнул Регин.
– Он хотел передать трон какому-то сопляку, вычеркнув из своей жизни всех нас! Из-за каких-то грязнокровок! Посмотри, он выбрал своей женщиной ларки!

– Она была его айристи!
– повысил тон в ответ шестой принц.
– Истинной. Какой у тебя никогда не было, и ты не смог бы его понять!

Регин вздрогнул, будто эти слова ударили его больнее, чем до этого ранили кулаки. В глазах мелькнула тоска, но мужчина упрямо сжал челюсти и мотнул головой.

– Я спасал наше право на трон, брат. Хотел защитить Шархам от чужеземцев и врагов. А ты сам привёл в наш дом рамми, будто решил повторить ошибку отца.

– Это не было ошибкой, - прошептал Исвард с той болью, которую может испытать любой, чей мир в одночасье рушится и превращается в руины, которые еще долго придется разгребать и отстраивать. А затем спросил: - Смерть королевы Инге на твоей совести?

– Ооо, нет, это вы на меня не повесите. Я боготворил ее, Ис, ты прекрасно знаешь. Даже подумать бы не смог о том, чтобы причинить ей вред. А вот кто виновен в ее гибели пусть лучше расскажет Вихо.

Регин поморщился от боли в рассеченной губе и обернулся к старейшине.

Пожилой гарай был задумчивым, но спокойным. Какая-то глухая тоскливая решимость читалась в его позе. Молчание не продлилось долго. Вихо поднял голову и вымолвил:

– Я обещал королю Освальду, что унесу этот секрет в могилу, но я ощущаю, что мой час уже близок, а Шархаму сейчас больше нужна правда, чем секреты.

***

Освальд Тирио все же решил признаться своей супруге в том, что Первый Барс избрал для него другую. Он сообщил это, когда они были в отъезде, ведь в глубине души король знал, что Инге просто так не примет эту новость, не спустит мужу с рук измену. Освальд не хотел втягивать в скандал сыновей, потому их разговор состоялся в Файорге. Он был тяжелым, но недолгим. Инге вышла из себя. Супруг ни разу не видел ее в таком гневе. Она кричала как ненормальная, требовала убить поганую ларки и ее детей, не желала слушать о метке, убеждала мужа, что это все злые чары.

Вихо ждал за дверью их комнат и понял, что произошло нечто страшное, когда королева вдруг замолчала. Старейшина затаил дыхание. Один удар сердца, два, три. За дверью больше ничего не происходило. Буря мгновенно сменилась до ужаса тихим штилем.

Освальд окликнул своего доверенного. Голос его показался неживым. Вихо вошёл внутрь и утратил дар речи. Но все же смог плотно прикрыть за собой дверь и перевести взгляд с бездыханного тела королевы на сидящего рядом с ней короля. Красивый статный мужчина словно постарел и угас за эту ссору, изменился до неузнаваемости. Его плечи поникли, голова была опущена, а руки тряслись. Монарх не стал объяснять как именно это случилось. Вихо никогда больше не спрашивал.