Чтение онлайн

Лейн пошевелилась под ним и почувствовала бедром, как он напряжен и тверд .

– Ну могут же у меня быть маленькие слабости наедине с любимой женой.
– Миролюбиво согласился Седрик.

Он любовался женой, ее красивым лицом, ее потрясающими волосами, золотым покрывалом разметавшимися по ковру.

Костяшками пальцев он погладил ее щеку, спустился к шее, потом к грудям. Поиграл ими, такими мягкими, большими. Прикусил слегка сосок, потом другой, потом обвел их языком и подул на них и соски затвердели. Влажными губами он проложил восьмеркой дорожку вокруг грудей жены. Лейн застонала и вцепилась пальцами в густые темно-медовые волосы мужа.

– Седрик.
– Даже не выдохнула, едва прошелестела она.

– Да любимая.
– Завладел он ее губами и замер, когда руки жены нежно скользнули по его телу. И постепенно их игра превратилась в мощный зов желания, страсти и любви.

Часть II

Глава 55

Седрик назначил отъезд в замок Осборн на третий день после ярмарки. Здоровью Джеффри ничто не угрожало, силы возвращались к нему с каждым днем все больше. Уже не было слабости головокружения от потери крови. К тому же Джеффри согласился проделать часть пути лежа в повозке, а на коня садиться очень мало. Седрику и Айлентине приходилось спешить, дел было много, их ждала Бургундия.

Айлентина хлопотала, руководя сборами в дорогу из Лондона домой в Осборн. Часть вещей было решено прямо из лондонского дома отправить в замок Линдс. Хозяин Линдса, граф Ферфекс, был другом Седрика и предложил им на пути из Осборна в Дувр, где они должны были сесть на корабли, остановиться на ночлег в своем роскошном замке Линдс.

Седрик и Айлентина наносили прощальные визиты друзьям и знакомым. Айлентине было немного грустно от бедущего расставания с друзьями, с детьми Седрика, но страха перед трудностями пути не было. Почему-то она была уверена в Седрике, в том, что они преодолеют все трудности, что все закончится хорошо.

Было и радостное событие - Кэтрин Рэтленд, переносив почти две недели больше срока объявленного повитухой, родила прелестную девочку. Хьюго Рэтленд таял от счастья и почти не отходил от колыбели дочери. Рэтленды уже имели двух сыновей семи и девяти лет, и рождение девочки их очень обрадовало.

Прощаясь с супругами Сомерсби, Хьюго буквально потребовал от своего кузена Седрика, чтобы они с Айлентиной через год вернулись в Англию. Хьюго хотел отдать своего старшего сына в пажи только в дом Седрика. Заранее будучи уверенным в том, что в замке Седрика его сына никто не обидит, но научат всему, что положено знать мальчику от девяти до четырнадцати лет, когда юноше придет время поступать в оруженосцы. Рэтленд хотел чтобы Седрик принял мальчика и в оруженосцы. Седрик обещал.

В общем Седрик и Айлентина были уже готовы ехать домой. Оставался последний вечер в Лондоне, предстояло пережить очередной прием у короля и наутро уже можно было отправляться домой.

Пока Меган одевала свою госпожу, чтобы ехать во дворец, Седрик прошел к раненому Джеффри. Сын полулежал в кровати, рядом с ним в кресле сидел Джозеф, перед ними стоял шахматный столик.

– Вы едете во дворец, отец?
– Поднял голову от шахмат Джозеф.

– Да.
– Кивнул Седрик.
– Но миледи Айлентина еще собирается, женщинам надо немного больше времени, чтобы одеться. А ты, Джо, не едешь с нами?
– Спросил сына Седрик.

– С вашего позволения нет, отец.
– Покачал головой Джозеф.
– Предвижу, что прием будет скучным, хоть и дается в вашу честь. И потом Джеффри одного оставлять не хочу.

– Я бы тоже с удовольствием никуда не ездил, а провел вечер дома, да вот приходится.
– Развел руками Седрик, садясь в другое кресло.

Но поговорить им не удалось. В дверь постучали и вошла Айлентина. При ее появлении Седрик и Джозеф встали. И все трое мужчин - отец и сыновья смотрели на нее восхищенными глазами.

Айлентина светилась от счастья. Ее улыбка, глаза, кожа, казались сами излучали свет. Впечатление усиливало ярко - малиновое платье из бархата с длинным шлейфом и рукавами до пола, подбитыми малиновым шелком. Квадратный вырез платья был в меру низким и в меру расшит рубинами. Несколько золотых цепочек с разным плетением со вставками из рубинов украшали ее шею и спускались с высокой груди до самой талии. Волосы Айлентины покрывал недавно купленный на ярмарке головной убор в форме узкого разломленного сердца, цвета топленного молока, с такой же вуалью. Но все же главным украшением Айлентины были глаза - сверкающие счастьем и радостью!

– Дорогая, ты великолепна!
– Воскликнул Седрик, целуя пальцы жены.

– Вы тоже.
– Как эхом отозвалась Айлентина и не стесняясь пасынков погладила мужа по гладко выбритой щеке. Потом она повернулась к Джеффри.
– Как настроение у моего защитника и рыцаря? - и она склонилась, чтобы ощупать лоб и повязки Джеффри.

– Благодарю вас, миледи, все хорошо.
– Джеффри слегка был смущен заботой и вниманием оказываемыми ему мачехой.

– Ты готов завтра ехать?
– Спросила Айлентина поправляя повязку туго стягивающую грудь старшего пасынка.

– Да, миледи.
– Все больше почему-то смущался Джеффри.

– Боюсь, как ты перенесешь дорогу, Джеффри.
– Озабоченно сказала Айлентина.
– Раны твои не опасны, но болезненны.

– Ничего такого, миледи, чего не мог бы перетерпеть рыцарь.
– Вскинул голову Джеффри.

– Наша миледи просто заботиться о тебе, брат, - Пришел на помощь Айлентине Джозеф.

Она благодарно улыбнулась ему.

– Ты не едешь с нами во дворец?
– Удивилась Айлентина.

– Нет, миледи, - слегка склонился Джозеф.
– Предпочту остаться с братом.

– Это будет большим огорчением для придворных красавиц.
– Весело вмешался Седрик подавая жене руку.
– Мы тоже с большим удовольствием остались бы дома.

– Будем надеяться, что нам удастся уйти из дворца пораньше.
– Вздохнула Айлентина.

Когда дверь за ними закрылась братья переглянулись.

– Посмотри, как они оба переменились за несколько дней.
– Задумчиво заметил Джеффри.

– Да.
– Согласился брат.
– А ты-то что так задумался?
– Джозеф внимательно посмотрел на Джеффри.
– Уж не появилась - ли хорошенькая леди, которая и тебя может изменить так?

Джеффри покраснел и отвел глаза.

– У-у,-у, братец!
– Весело хлопнул себя по бедрам Джозеф и пересел на кровать поближе к брату.
– Кто же эта счастливица?

– Я еще сам ничего не решил.
– Пробормотал Джеффри.
– Я не готов еще говорить об этом.

– Хорошо.
– Миролюбиво согласился Джозеф и вернулся в кресло.
– Продолжим?
– Он кивком указал на шахматы.

– Да, надо доиграть партию до конца.
– Ответил Джеффри.

Зал приемов в Тауэре был полон придворных и гостей. Король и королева восседали под балдахином. Герольд трижды постучал своим жезлом об пол, привлекая внимание и громко объявил: