Чтение онлайн

По крайней мере, так было до тех пор, пока я не услышала, как Нолан кричит мое имя, и его голос, вопреки всему, становится все ближе.

— Харпер! — зовет он, звеня велосипедным звонком, чтобы привлечь мое внимание. Я поворачиваюсь и вижу, как он яростно крутит педали детского розового велосипеда с разноцветными кисточками на руле. — Целься в кусты и прикрой лицо!

— Не управляется, — кричу в ответ, безрезультатно тряся руль. — Тормозов нет!

Он приближается, всего в паре метров позади. Ленточки «Трупика» хлещут его по лицу, но он хватает одну из них и дергает так сильно, что отрывает манекену руку, бросая ее на дорогу. Когда он снова переводит взгляд на меня, на его лице по-прежнему паника, и он не отводит от меня глаз. До тех пор, пока его взгляд не проносится дальше и не расширяется от ужаса.

Я поворачиваюсь лицом вперед. Я оказалась ближе к концу тупика, чем думала. Ближе к тропе, ведущей к Мысу Вдовы. К обрыву в море.

Блять.

— Нолан…

— Расстегни ремни!

Нажимаю первую застежку. Пряжка застревает в механизме.

Машинка набирает скорость. До конца дороги всего квартал.

— Ремни…

— Не расстегивается…

— Ты же сказала, что проверяла эту штуку…

— Сейчас не время! — отчаянно кричу я, нажимая большим пальцем на кнопку и дергая за ремни, но он только сильнее впивается в тело.

Грохот волн, бьющихся о скалы, заглушает скрип колес и тяжелое дыхание Нолана, который изо всех сил крутит педали. В ушах стучит кровь, я чувствую запах соленой воды, и дыхание перехватывает, будто я уже тону.

Машина несется прямо к узкому пути, ведущему к краю обрыва. С каждым судорожным вдохом я все ближе к пропасти. Нет, нет, нет…

— Продолжай пытаться! Полностью ослабь ремни и вылезай… — слышу я голос Нолана.

— Нолан! — я поворачиваюсь к нему, он прямо позади меня. Борюсь с ремнем, трясущимися руками пытаюсь его расстегнуть, но ничего не выходит. Подавляю паникующий всхлип. — Я не умею плавать!

В его глазах мелькает страх. Но он тут же исчезает, сменяясь непоколебимой решимостью. Он налегает на педали, удваивая усилия, чтобы догнать меня. Ему удается поравняться с моей машиной, он протягивает руку, пытаясь дотянуться до меня. Я тянусь в ответ. Его голос доносится словно в замедленной съемке:

— Возьми меня за руку.

Все остальное размывается. Я вижу только линии на его ладони. Страх в его глазах Татуировку на предплечье — пасть змеи, пожирающей собственный хвост.

И в тот момент, когда его пальцы почти касаются моих, я наезжаю на кочку.

Я кричу, когда машина врывается на каменную тропу. Каждая косточка в моем теле вибрирует от удара, но это едва ли замедляет скорость. Нолан исчезает из поля зрения. Я слышу, как он кричит от боли и отчаяния, и оглядываюсь назад — он упал с велосипеда на камнях.

Моя самодельная машина подпрыгивает на неровной земле и камнях. Вода на горизонте переливается золотистыми оттенками. Она была черной, когда я столкнула настоящую Харпер Старлинг со скалы в море. И теперь судьба пожирает свой собственный хвост, поглощая саму себя. И меня вместе с ней.

Машина съезжает с тропы. Она качается, высоко подпрыгивая, и я надеюсь на то, что она может опрокинуться. Но она выравнивается. Встает ровно, приземляясь на гладкий гранитный выступ у края обрыва.

Четыре. Три. Два. Один.

Я хватаюсь за ремни безопасности и закрываю глаза, когда машина срывается с обрыва.

Ветер хлещет по лицу. Я словно невесомая. Внизу бушует океан. Вспоминаю крик Харпер Старлинг в то мгновение, когда ее машина ударилась о скалы и перевернулась, устремившись в неистовые волны.

И когда я ударяюсь о воду, из моих губ вырывается только одно слово. Имя. Оно удивляет меня почти так же сильно, как удар, который выбивает воздух из легких. Я кричу это имя, когда ледяная вода врывается в кабину и топит мою разбитую машину быстрее, чем я могла себе представить. Оно все еще звучит эхом в моем сознании, когда волна накрывает мою голову и с ревом врывается в уши, в открытый рот. Это единственная ясная мысль, когда я тянусь к поверхности, хотя ухватиться не за что — металл, в котором я застряла, тянет вниз, а последние ленточки трупика кружатся в течении, пока я погружаюсь в бездну.

Нолан.

БЕЗДНА

~

НОЛАН

Я отбрасываю велосипед и бегу. Ладони горят, камни врезаются в ссадины на руках, оставляя огненные следы на разорванной коже. Но боль — ничто по сравнению со страхом, который сжимает грудь, пока я смотрю, как Харпер летит со скалы, а за ней развеваются розовые, пурпурные и золотые ленты. Этот ожог ничто по сравнению с ее криком, в котором звучит мое имя.

Она исчезает из виду. Я все еще в нескольких ярдах, когда слышу, как она падает в море.

Последнее, что я вижу, прежде чем спрыгнуть со скалы — это Харпер, отчаянно бьющуюся в ремнях безопасности. Машина уже под водой, салон затоплен. Волна накрывает ее с головой.

Я вскидываю руки, готовясь к прыжку. Делаю глубокий вдох. Закрываю глаза. Она все еще зовет меня по имени, когда я врываюсь в воду.

Холод пронзает каждую мышцу. Вода наполняет уши. Пропитывает одежду, утяжеляя ее. Я борюсь с мощными течениями и плыву. Когда поднимаюсь над волнами, слышу только плеск воды. Отдаленно кричат чайки. Рядом проплывают лодки. Доносится смех с праздника. Но Харпер нет. Нет эха моего имени. Только молчание. Как ни странно, оно страшнее ее отчаянного крика.

Волна приподнимает меня, и я вижу обломки дерева и ее очки, плавающие на поверхности. А потом — конец золотой ленточки, прежде чем она погружается в черную воду.

— Харпер!

Я ныряю и открываю глаза, следуя за ней.

Лучи солнечного света преломляются в волнах. Они высвечивают разноцветные нити и поднимающиеся пузыри. Руки Харпер, тянущиеся к поверхности. Она извивается и бьется, но не может освободиться от тележки, что тянет ее в глубину. Ее плечи свободны от ремней, но пояс, видимо, застрял на ногах. Свет с поверхности слабо рассеивается в воде, но дна не видно, только нарастающую тьму, которая утягивает ее прочь от меня. Мокрая одежда тянет ко дну, а судорожные толчки ног лишь медленно продвигают меня вперед. Но я уже знаю — не успею добраться до нее вовремя.