Чтение онлайн

Я видел страх на лицах раньше. Видел смерть. Сам приносил ее своими руками. Но никогда прежде не ощущал, как чей-то ужас прорезает мышцы и кости, чтобы добраться до самого сердца. Ее глаза так расширены. Рот открыт в крике, последний воздух вырывается из легких потоком пузырей. Я хочу крикнуть ей: «Держись! Я уже рядом.» Она борется с ремнем, прежде чем снова потянуться ко мне. Ее слезы теряются в океане, но я знаю, что она плачет.

Я не могу ее потерять. Только не так.

Движения Харпер меняются — начинаются судороги. Сначала в груди. Распространяется на плечи. Она сгибается в талии, снова выпрямляется. Это неконтролируемые рефлексы, последний электрический разряд в клетках. Магия жизни угасает. Напряжение уходит из ее пальцев, когда они касаются моих. Ее руки расслабляются, следуя за течением, пока машина уносит ее все дальше. Страх исчезает с ее лица. Остается лишь мгновенная печаль. Отпечаток последней мысли. И как только я беру ее за руку, свет в ее глазах гаснет.

Я тяну ее за руку, подтягиваясь к безвольному телу. Давление нарастает, закладывает уши. Легкие горят, когда я достаю из кармана складной нож и начинаю резать ремень, опутавший ее ноги. В отчаянии случайно задеваю лезвием ее бок — она не реагирует. Кровь окрашивает воду вокруг. Но я не останавливаюсь ни на секунду. Режу плотную ткань, пока последние нити не рвутся, и тело Харпер высвобождается из сиденья, попадая в мои объятия.

Я отпускаю нож. Он тонет, следуя за тележкой в темноту, а я, обняв Харпер, машу ногами, устремляясь к свету.

Она не помогает мне. Не цепляется за меня.

Паника сжимает горло. Мускулы горят огнем. В легких не осталось воздуха. Я борюсь за свет, мерцающий на поверхности, которая кажется недостижимой.

Вырываюсь наверх с хриплым вздохом, кашляю, сердце грохочет в ушах. Запрокидываю голову Харпер, отводя волосы с ее лица. Ее прекрасные черты неподвижны. Спокойны. Глаза полуприкрыты, взгляд стеклянный и пустой. Влажные ресницы не трепещут под теплым солнцем. Вода стекает с ее посиневших губ, капает с носа.

— Очнись. Давай же, — я сильнее машу ногами, чтобы высвободить руку и шлепнуть ее по щеке. Она не реагирует. — Нет, Харпер. Нет, — бью снова, но кожа даже не краснеет. В ее сердце нет крови, что могла бы прилить к месту удара. Глубоко в груди во мне разверзается бездна, и я издаю звук. Полный муки крик. Такой я слышал от себя лишь однажды — когда мой брат умирал рядом, а я мог только лежать и смотреть. — Помогите! Кто-нибудь!

— Сюда, сынок! — раздается голос позади меня. Я оборачиваюсь и вижу приближающуюся парусную лодку. За штурвалом стоит мужчина, а на носу — подросток с спасательным кругом в руках.

Он бросает круг мне, и я ловлю его с первой попытки. Парень с неожиданной силой подтягивает нас к лодке, а его отец подходит к нему, чтобы подхватить Харпер под руки. Я поднимаю ее насколько могу в бурной воде, но тяжесть ее неподвижного тела грозит утянуть нас обоих вниз, словно море не готово ее отпустить.

Но я не позволю ему забрать ее. Буду бороться.

С помощью парнишки я забираюсь на палубу, и как только оказываюсь на борту, сразу бросаюсь к Харпер.

— У вас есть дефибриллятор на борту? — спрашиваю я, разрывая на ней рубашку, пуговицы разлетаются по палубе, подтяжки соскальзывают с плеч.

Мужчина качает головой. Когда я смотрю на него, в его обветренном лице читается тревога.

— Нет, только стандартная аптечка первой помощи.

— Несите ее.

Пока мужчина спускается под палубу, я снова сосредотачиваюсь на Харпер, ее глаза полуоткрыты, взгляд расфокусирован. Годы тренировок дают о себе знать, мои движения стали автоматическими. Но все происходит словно за завесой тумана. Я проверяю пульс. Приказываю мужчине отправить сигнал бедствия. Прошу парня принести одеяла. Начинаю непрямой массаж сердца, отсчитывая каждое ритмичное нажатие на грудь Харпер, каждое движение выталкивает воду из ее рта и носа. Но за всем этим бушует волна отчаянной паники.

Я смотрю, как она умирает. Об этом я когда-то мечтал. Ради этого я проделал весь путь и ждал все время, а теперь готов отдать что угодно, лишь бы остановить происходящее.

— Только не так, Харпер, — шепчу я, надавливая на ее грудь.

— Ну что? — спрашивает мужчина, когда я останавливаюсь проверить пульс. Я качаю головой, продолжая массаж, и он кладет руку мне на плечо, сжимая его. — Не сдавайся, сынок.

Слезы застилают глаза, но с каждой секундой угасающей надежды я не сдаюсь. Не остановлюсь, пока кто-нибудь не оттащит меня от нее, и даже тогда буду бороться, чтобы вернуться к ней. Буду продолжать попытки.

Я смотрю на ее прекрасное лицо, умоляя вселенную дать знак. Хоть какой-то проблеск. Свет в тумане.

Воспоминания о Харпер проносятся в мыслях. То, как она улыбнулась мне при первой встрече. Как яростно сверкали ее глаза, когда мы столкнулись в саду. Но сейчас кажется, что бездна все еще крадет мои мысли о ней. Когда я надавливаю ладонями на ее грудь, меня преследует воспоминание о том, как ее грудь содрогалась, наполняясь водой. Когда прижимаюсь губами к ее губам, чтобы вдуть воздух в легкие, чувствую ее вкус и запах, но они испорчены солью и ароматом моря.

— Ты не можешь уйти вот так, — цежу я сквозь зубы, ритмично нажимая на ее грудь. — У нас остались незаконченные дела, Харпер Старлинг. Ты не можешь просто сдаться. Давай же. Ну же.

Зажимаю ей нос, запрокидываю голову и делаю вдох. Еще один.

И когда отстраняюсь, чувствую это. Судорога в груди. Спазм, перерастающий в кашель. Белая пена пузырится на ее губах и носу, я поворачиваю ее набок, каждый кашель становится все сильнее. Зажимаю пальцами ее челюсть и чувствую слабое биение сердца. Оно становится ровнее с каждым ударом.

Держу ее голову, не давая ей двигаться, пока она кашляет и рвет пенистой жидкостью. Каждый ее моргающий взгляд кажется настоящим чудом после того, как всего мгновение назад ее глаза были безжизненны.

— Ты меня слышишь? — спрашиваю я, и ее глаза сжимаются от боли, прежде чем сфокусироваться на мне. Она дезориентирована, в шоке, на грани сознания. — Сожми мою руку.

Ее глаза трепещут и открываются. Она смотрит на свою руку, заключенную в мою, и, хоть слабо, но отвечает на пожатие. Я слышу, как к нам мчится другая лодка, с силой рассекая волны при повороте. Капитан парусника хлопает меня по плечу: