Чтение онлайн

Я тоже думаю только об этом.

Не произношу этих слов, но он читает их во мне — словно я проецирую их в пространство между нами. Его взгляд все еще прикован к моему, пока он задирает юбку выше, пока та не оказывается на бедрах.

— Позволишь мне попробовать?

— Нет, — говорю я, и он замирает, словно камень. Я испытываю облегчение из-за того, что он тут же остановился, не колеблясь ни секунды. В его глазах так ярко горят искренние вопросы и беспокойство, что я чуть ли не смеюсь. Мне нравятся его слова и все фантазии, которые они пробуждают. Но еще больше нравится злить его, возможно, потому, что я знаю: он никогда не перестанет принимать мои вызовы. В его глазах все еще мелькает страх, что он перешел черту, пока я не наклоняюсь чуть ближе с дьявольской ухмылкой. — Не просто попробовать. Я тебе не какая-то закуска.

Я шире раздвигаю ноги. На лице Нолана появляется хищное выражение.

— Если начнешь, то закончишь чертову трапезу.

СОЕДИНЕНИЕ

~

ХАРПЕР

В тусклом свете мелькает металл. В его руке нож с лезвием, изогнутым, как тигриный коготь.

— Ты такая задира, да? — Нолан приближается, своим жарким телом вставая между моих бедер. Он проводит пальцем по шву на моих колготках, ткань становится влажной, а затем сжимает мой клитор. Я вздрагиваю. Грань между болью и наслаждением истончается, когда он отпускает клитор, но ткань колготок и трусиков все еще зажата между его пальцами. — Ты знаешь, что бывает с задирами?

— Их наказывают?

— Да. Но я считаю, что наказание должно быть на втором месте… — острие лезвия пронзает ткань, которую он сжимает в руке. Каждая мышца напрягается, я замираю на месте, охваченная предвкушением. Тупой край изогнутого лезвия касается моей промежности, и это похоже на ледяной поцелуй. Он давит так, словно угрожает, предупреждает, чтобы я не двигалась. И я не двигаюсь. Я едва дышу, пока он приближается к моему клитору, медленно разрезая ткань. — Сперва задиру нужно приручить.

Я выдыхаю, когда лезвие отдаляется от моего центра, но направляется к правому бедру. Нолан смотрит на меня с такой интенсивностью, что она прожигает сгущающиеся вокруг тени. Он разворачивает лезвие, и теперь острие прижато к нежной коже в складке бедра. Затем он медленно ведет его вниз по внутренней стороне бедра к колену, разрезая ткань колготок по пути. Я остаюсь совершенно неподвижной, если не считать бешеного пульса и прерывистого дыхания, сотрясающего легкие. Кончик лезвия скользит по моей ноге, оставляя на коже болезненную полосу, но не до крови. Когда разрез доходит до щиколотки, он переходит к другой ноге, повторяя то же самое, но теперь снизу вверх. Его прикосновение — такая нежная противоположность легкой боли; его свободная рука скользит вслед за лезвием, успокаивающе лаская кожу.

Я сглатываю стон, когда лезвие оказывается у изгиба моей левой ноги. Он поддевает край моих трусиков, натягивая их и колготки на острие, пока они не рвутся.

Нолан убирает лезвие, складывает нож и убирает в карман. Я полностью обнажена перед ним. Дрожь пронизывает меня до костей. Я чувствую легкий мускусный аромат своего возбуждения, поднимающийся в прохладном бризе, что ласкает мою влажную промежность. Нолан облизывает губы, медленно улыбаясь.

— Какая послушная девочка. Ты так неподвижно сидела, а я даже не просил. Словно тебя… приручили.

Что ж… блять.

Его улыбка расширяется при виде моего хмурого взгляда.

— Только не привыкай, — говорю я.

В темноте едва видны его ямочки, когда он смеется. Он проводит рукой по волосам, и они снова падают на место, обрамляя скулы в той вечно растрепанной манере, от которой у меня замирает сердце.

Его улыбка гаснет. Он наклоняется ближе к моему центру. Струйка прохладного воздуха с его сомкнутых губ щекочет мою киску. Я вздрагиваю, и он отстраняется.

— Пожалуй, теперь пора наказать тебя.

Я рвусь вперед, хватая его за затылок, и наши лица оказываются так близко, что его смех окутывает меня всю.

— Гребанный Нолан Роудс…

— Надеюсь, следующим словом будет «пожалуйста», и ты прикажешь мне лизать твою киску.

Мои губы плотно сжимаются. Да, я хотела сказать что-то вроде «отлижи мне или я порежу тебя на лоскуты», но без какого-либо «пожалуйста». И когда он отдаляется, уперев руки в мои бедра, я понимаю, что он будет мной играть, если я не скажу то словечко, которого он ждет.

— Ты же сказал, что позаботишься обо мне, — наконец выдыхаю я.

Взгляд Нолана устремляется вверх, словно он роется в памяти, а на его лице задумчивое выражение.

— Вообще-то, я предложил, чтобы ты позволила кому-то о тебе позаботиться. Не говорил, что это буду именно я.

В груди у меня пылает ярость, а Нолан наслаждается каждой минутой моего безумия.

— Я правда тебя ненавижу…

— Но… — перебивает он, проводя одним пальцем вверх по внутренней стороне моего бедра, приближаясь к киске. Медленно и плавно он проводит по влаге, что выдает мое возбуждение, затем круговым движением касается клитора — прикосновение настолько легкое, что ощущается как издевка. — Если ты вежливо попросишь…

— Я... — любой протест, который я хотела высказать, застревает у меня на языке, а в мозгу происходит короткое замыкание, когда он чуть сильнее надавливает на мой чувствительный бугорок. Он хищно улыбается. В его глазах темный и опасный блеск. Он смотрит на меня так, будто знает, что вот-вот победит. — Нолан Роудс…

Он невинно хлопает длинными ресницами.

— Да?..

— Не мог бы ты, пожалуйста-препожалуйста, — я наклоняюсь ближе, не сводя с него глаз, — убрать руку с моей киски?

Он сглатывает, и, судя по внезапной боли, отразившейся на его лице, ему словно в горло засунули лезвия. Но он тут же убирает руку с моей промежности и колена.

Мне стоит неимоверных усилий, чтобы не улыбнуться. Если бы он все еще прикасался ко мне, то наверняка почувствовал бы, как учащается мой пульс, а по венам разливается адреналин.

Я откидываюсь назад. Развожу ноги шире.

— А теперь прижмись туда лицом и поглоти меня, — говорю я.

Я вижу, как в его сознании складывается смысл моих слов. За одно мгновение отчаяние сменяется таким всепоглощающим голодом, что прежние чувства кажутся лишь слабым отсветом. Он бросается вперед, лицом зарываясь между моих бедер, руками сжимая мои ягодицы.