Чтение онлайн

Не позабыв, но не обращая особого внимания на сгрудившихся позади учениц, чернокжник потянулся к своему главному труду, книге, что висела на поясе, прикрепленная тонкой цепью. Поочередно сняв проклятые скобы, не дававшие рукописи раскрываться, чаротворец бросил на двери последний взгляд.

«Тот, кто накладывал защиту, не дурак. И, похоже, не в последнюю очередь опасался самих имперцев. Он хорошо постарался, вычеркнув из магического восприятия все свое подземелье. При помощи Тайной Магии на породу не получится воздействовать, ведь ее „нет“. И даже элементаль не сможет ничего поделать, пока не сроднится с источником. Старший, наверное, управился бы, но и со мной он тоже может управиться» — более не отвлекаясь на посторонние мысли, демонолог раскрыл книгу и приступил к чтению, ища вдохновения в собственных записях.

…

Лиала, приложив усилие, оторвала зубами кусок сушеного мяса и принялась упорно жевать. Челюсти болели, откровенно устав от такой работы, но юная особа не придавала этому значения, смотря в одну точку перед собой. Ее лицо не выражало эмоций, однако мысли… мысли девушки были полны красок и эмоций.

— О чем думаешь?

Прозвучавший вопрос заставил младшую ученицу отвлечься и повернуть голову. Встретившись взглядом с рыжей красавицей, некогда подарившей ей достаточно смелости, чтобы разругаться с отцом и уйти под покровительство мага, Лиала почувствовала тепло. Необъяснимое тепло, от которого светлело в голове и проходили негативные помыслы. Хотя в последнее время ее одолевала сплошная тоска, тихая злость и ненависть, особенно обострившаяся в отношении всего, отличавшегося от людей.

А невероятной красоты женщина, сейчас призывно заглядывавшая ей в глаза, как выяснилось, человеком не была. Вот только, при всем желании, девушка не могла на нее злиться. Просто не могла. Присутствие Инфей будило в ней что-то светлое, из чего, казалось, состояла прошлая жизнь, до нападения эльфов. Но никак не нынешняя.

Лишившись отца, последнего живого родителя, почти всех знакомых и соседей, с которыми прожила большую часть жизни, юная особа почти потеряла саму себя.

— Как меня злит поведение Ларель. — бросила волшебница, прежде проглотив мясо. — Не понимаю, почему наставник терпит ее выходки, поведение и глупость.

— Он гораздо мудрее и опытнее нас. Если тратит на нее свое время, значит так надо. Мы с тобой не имеем того положения, которое позволяло бы сомневаться в нем или оспаривать решения. — демоница обворожительно улыбнулась, от чего Лиале и самой захотелось улыбаться.

— Поэтому и молчала. Хотя ее последняя выходка… — младшая ученица нахмурилась, сжав губы в тонкую полоску. — Дети и те знают, что так делать строго запрещено. Как бы ни было интересно. Идиотка… Не понимает, какая ей досталась возможность. Не хочет понимать, что без наставника ее удел — чистить навоз за животными. Чужаков нигде не любят, их не учат самому простому ремеслу, не дают хорошей работы. А эта сразу в учение к магу попала. — тихо цедила юная особа, опустив глаза. — Еще и ноет из-за каждого пустяка.

— Она идиотка, я согласна. — незаметно для Лиалы, во взгляде Инфей промелькнула жгучая ревность.

Вечная же, тихонько поскуливая и дрожа, сидела в противоположном углу, уткнувшись лбом в колени. Попытавшись заглянуть в книгу Тирисфаля, через его плечо, она получила наказание. Через чур слабое, как казалось двум другим ученицам. Проклятье было брошено небрежно, да и откровенно простенькое. Странница даже не успела ничего увидеть, только сделала шаг, как все для нее было кончено.

— Но раз наш господин еще держит ее у своих ног, нам надо либо научиться ее игнорировать, либо терпеть. Иначе эмоции и чувства будут пожирать нас изнутри. А чрезмерно сильные эмоции — большая слабость для мага. Они, знаешь ли, мешают сосредоточению. — демоница повернулась к собеседнице. — Ни к чему отвлекаться на нее, лучше сосредоточиться на обучении.

— Наш господин… тебе такое обращение привычнее?

— Оно вернее всего отражает положение, в котором мы находимся. — рыжая красавица приподняла края губ и самую малость сощурилась. — Мне не уйти от Тирисфаля, он способен распоряжаться моими жизнью и телом, как пожелает. А теперь и твоими.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Мое предложение еще в силе. — демон подмигнула. — Не стесняйся спросить совет. Я подскажу, как должна вести себя женщина и как лучше ублажить господина.

Щеки Лиалы обдало жаром, она не нашлась с ответом так сразу, только стыдливо отвела глаза.

— Выйдите в коридор. — прозвучал голос, наполненный эхо.

— Идем. — поднявшись на ноги, Инфей увлекла и младшую ученицу за собой. — Сейчас нам будет на что посмотреть.

…

Тирисфаль захлопнул книгу, остановившись на тысяче сто девяносто шестой странице. Особое зачарование корешка позволяло добавлять листы, до поры скрывающиеся в расширенном пространстве. Оно же обеспечивало дополнительную сохранность знаний. Посторонний, не разобравшись в плетении, не мог доставать сокрытые страницы. А защитный механизм, при любом нарушении структуры чар, незатейливо уничтожал все содержимое пространственного кармана.

Минувшие часы оказались плодотворными, принеся пару дельных идей.

Закрепив труд на положенном ему месте, предварительно не забыв надеть скобы, маг левой рукой раскрыл сумку и потянул за кольцо, неестественно расширяя горловину. Поднявшаяся в воздух груда молочно-белых кристаллов, за жалкие секунды ухнула в нутро сумки, под завязку забив все оставшееся пространство. Осталось всего пять друз, и те — в качестве обязательного минимума.

Чувствуя, что ученицы вышли из комнаты, послушавшись команды, даже Ларель, страдающая от Проклятья Горестных Видений, маг приступил к действию. Из его ауры вырвалась бледно-синяя волна, накрыв всю комнату. Мельчайшие крупинки камня, пылинки и всякая соринка поднялись в воздух. Ненадолго зависнув, они слетелись в один ком и, как из катапульты, выстрелили вглубь коридора, где и рассыпались, подняв тучу пыли, коей стала Распыленная плоть.

Очистив помещение от всего, что могло помешать тончайшей работе, колдун погрузил ладонь в сумку и вытащил золотистую крупицу. Она не была похоже на золото в прямом смысле, являясь мельчайшим кристалликом, но испускала схожего цвета свечение.

Крупица сущности Света, добытая из души хромовника. Он не был магом Силы, но мог обращаться к ней. Именно так всё и начинается, с малого.

«Можно попробовать прямо сейчас принести частицу в жертву Морене и попросить о милости, однако, думается, успеха не будет. Она и без того излишне благожелательна ко мне, невидимый долг все больше. И расплатиться в ближайшее время не выйдет. Поэтому стоит оставить прошение на крайний случай» — колдун похлопал себя по груди, по месту, где располагался амулет, скрытый за тканью одеяния. — «Либо пообещаю ему освобождение в обмен на помощь»

На вытянутую ладонь, левую, опустился молочно-белый кристалл, почти не пострадавший во время первой попытки вскрыть защиту источника магии. Остальные, разной степени истощения, начали быстро таять, расползаясь на потоки энергии. Проникая в ауру чернокнижника, они обращались в ману, которая устремлялась вниз, расползаясь по идеально чистому полу ярко-голубыми линиями и письменами. Приходилось прикладывать дополнительное усилие, чтобы преобразовывать ману не в привычную энергию Тьмы, а придавать ей нейтральный спектр, больше всего подходящий для Тайной Магии.

Когда формирование круга, пестрящего пустотами, но раскинувшегося на все помещение, включая нижнюю половину стен, было закончено, к нему потянулась мана. Она стекалась со всего помещения, но главным образом — от дверей. В шести точках, по числу сквозящих каналов на створках, образовались видимые обычным зрением вихри.

Маны было столько, что половина, по предусмотренным отводам, вытекала из круга в коридор. С остатком чернокнижник мог кое-как совладать, ритуальный круг способствовал. Окончательно перетянув на себя подпитку источника, он в еще большей степени минимизировал риски того, что вся сила хлынет к ядру печати. Перестав черпать чрезмерное количество маны, стабилизировался и паразит, пробивший и удерживающий дыры.