Чтение онлайн

На этом введение к «Сказу о Сиавуше» завершается. Мы видим, что тут есть соответствие (впрочем, не очень яркое) с историей библейской Сусанны (то есть Есфири из XVI века).

Туранская красавица (имя не названо), жена иранского шаха Кавуса, рожает младенца, названного Сиавушем. «Гадал о младенце седой звездочет, и вскоре поведал ему небосвод свое предсказанье: гласило оно, что МНОГО ЦАРЕВИЧУ БЕД СУЖДЕНО… И шаха-родителя предостерег, поведал, что К СЫНУ НЕМИЛОСТИВ РОК… Года миновали» [876:2г], с. 101-102.

Как мы вскоре увидим, речь тут идет об Иване Молодом, сыне Ивана Грозного. Действительно, как мы знаем из русской истории, судьба его была трагической.

Далее Фирдоуси говорит, что Сиавуш какое-то время воспитывался вдали от престола, но потом вернулся и был ласково встречен отцом. «Как только увидел царевич отца на царском престоле, в сияньи венца, к престолу припал… Поднявшись, к Кавусу приблизился сын, и ласково обнял его властелин. С собой усадил на сапфировый трон… Очей не сводил с молодого вождя… Был счастлив и горд повелитель держав» (876:2г), с. 104.

Кавус вовлекает сына в управление страной и собирается венчать его на царство. Но тут неожиданно умирает мать Сиавуша. Вероятно, здесь сказано о смерти Анастасии, первой жены Грозного [776], с. 207. Именно она, 28 марта 1554 года, родила царевича Ивана, названного в иранском Эпосе Сиавушем.

Далее в Шахнаме следует раздел под названием «Судабе влюбляется в Сиавуша». После смерти матери Сиавуша, шах женится на другой. Но тут оказывается, что новая жена шаха Кавуса без ума от его сына. Мачеха рискует своим положением, но ничего не может с собой поделать. А дело было так.

«Шло время, душой расцветал властелин; его утешеньем был доблестный сын. Однажды сидел, с ним беседуя, шах, как вдруг Судабе показалась в дверях. Едва увидав Сиавуша, она любовью внезапно была пронзена. Томилась и таяла, стала, как нить… К царевичу вестника шлет: «От меня спеши передать, осторожность храня, "В гарем заглянул бы к отцу своему, никто удивляться не стал бы тому"».

Слуге Сиавуш, возмущен и суров, промолвил: … "В гарем повелителя я не ходок; мне хитрость чужда, ненавистен порок".

Всю ночь пролежала царица без сна, наутро к царю поспешила она» [876:2г], с. 106-107.

Она расхваливает Кавусу его сына, а потому просит разрешить Сиавушу посещать гарем, поскольку в гареме его все уважают и любят, будут рады беседовать с царевичем. Не подозревая подвоха, шах Кавус соглашается, призывает сына и, ничего не подозревая, рекомендует ему появляться в отцовском гареме: «С тобою ведь в близком родстве Судабе – недаром душой потянулась к тебе… В царице найдешь благосклонную мать…»

«В тревоге, в смущении слушает сын и так размышляет, молчанье храня, печаль и глухое сомненье гоня: "Царь, видно, испытывать верность мою задумал"…

Начало такое недобрый конец ему предвещало; страшился мудрец, что в сеть попадет он к жестокой судьбе – в гареме ПОГУБИТ ЕГО СУДАБЕ» [876:2г], с. 107-108.

Тем не менее, царевич подчиняется желанию шаха Кавуса и соглашается посещать его гарем. Так Сиавуш сделал первый шаг по ошибочной дороге. Шах Кавус, сам того не понимая, подталкивает ситуацию к роковой развязке. Он искренне требует от своего слуги, чтобы тот передал Судабе свое пожелание получше встретить его сына.

Сиавуш приходит в гарем. Его роскошно встречают красавицы: «Дирхемы царевичу сыплют к ногам. Путь устлан китайской парчой золотой… Кружится пленительных дев хоровод… На троне, блистая красой неземной, сидит Судабе, ликом схожа с луной. Светила Йемена затмила она!… Лишь князь к престолу направился… царица поспешно с престола сошла… И вот у прекрасной в объятиях он. ЦЕЛУЕТ ОНА МОЛОДОГО ВОЖДЯ, и молвит, с прекрасного глаз не сводя…» [876:2г], с. 110.

Далее начинается откровенное обольщение Сиавуша мачехой-царицей – «объятья горячие царской жены…», с. 111. Испуганный царевич удаляется, оставив гарем в восхищении его красотой.

Сиавуш докладывает отцу о посещении гарема. Царь затем спрашивает жену о ее впечатлениях. Та – в полном восторге. Однако Сиавуш продолжает уклоняться от визитов к Судабе, заявляя царю: «"Незачем впредь мне к царице ходить". Кавус улыбнулся; В ТОТ МИГ РОКОВОЙ ОН ТОПЬ НЕ СУМЕЛ РАЗГЛЯДЕТЬ ПОД ТРАВОЙ. Сказал он: … "Царица, заботясь о благе твоем, тебя обласкает, поможет во всем"… Но думы царевича все же смутны, он чует: ТО ЗАМЫСЕЛ ЦАРСКОЙ ЖЕНЫ, ТО ЕЮ РАСКИНУТЫ ЗЛЫЕ СИЛКИ. И сердце – в тисках затаенной тоски» [876:2г], с. 113.

Драма развивается быстро. Нетерпеливая Судабе направляет посланца к Сиавушу, страстно призывая его к себе. «Известьем таким Сиавуш удручен… смятеньем объятый, не видит пути, как злую беду от себя отвести, к царице направил стопы, наконец» [876:2г], с. 114.

Фирдоуси подробно рассказывает о красоте женщин гарема и о беседе Судабе с Сиавушем. Наконец, все деликатно удаляются, оставляя их наедине. Царица сначала предлагает ему выбрать себе в жены ее малолетнюю дочь, но тут же, не утерпев, открывает свои подлинные желания и предлагает себя в качестве любовницы: «"Опасения прочь! Уста разомкни для обета любви, моей благосклонности счастье лови… Меня ты лелей до скончания лет. Стою пред тобою, ЛЮБВИ НЕ ТАЯ, ДУШОЮ И ТЕЛОМ ОТНЫНЕ ТВОЯ. Рабою к тебе я попала во власть, – сама в твои сети желала попасть". И шею царевичу крепко обвив, целует его, о стыде позабыв.

Но стыд Сиавушу ланиты обжег, из глаз заструился горячий поток. Он думает: "Сети раскинул мне бес… Могу ль вероломно отца обойти, предать его – с дьяволом дружбу свести! Но если красавицу я оскорблю, холодным ответом в ней гнев распалю – прибегнет к коварству бесовских сетей, владыку опутает ложью своей. Нет, лучше с ней ласково речь поведу, ее ублажив, отвращу я беду"» [876:2г], с. 115-116.

Сиавуш начинает лавировать и многоречиво пытается успокоить возбужденную Судабе. Через некоторое время он поспешно покинул покои царицы.

«Меж тем все сильней ПРЕСТУПНАЯ СТРАСТЬ РАЗГОРАЕТСЯ В НЕЙ», с.117. Наконец, она решается: «Открыто и тайно я к средствам любым прибегну; красавца, что мною любим, коль силою чар не сумею привлечь – решусь на позор всенародно обречь», с. 117.

Она воссела на трон и призвала Сиавуша в третий раз. «Речами его начала искушать… «Найдешь ли предлог, чтоб отвергнуть меня… А если не хочешь покорность явить и юной любовью меня оживить – тебе отомщу я: престола лишу»…

В ответ ей царевич: «Тому не бывать. Мне ль, страсти покорствуя, честь забывать! Отца обмануть, добродетель поправ… Нет, чужд вероломству мой нрав!… Подобным грехом ты гнушаться должна!» …