Чтение онлайн

И тут меня осенило, что там, куда я не отрываясь смотрела, упал Гутри. Лайла следовала за ним и упала правее. Я попыталась мысленно зафиксировать точку, где должна была находиться она.

Рядом со мной возникли полицейский и мужчина с трансивером.

– Динни, - обратился ко мне мистер Боннер, - мы должны попытаться указать им, где, по нашему мнению, могут быть Гутри и Лайла. Я сначала решил, что у меня получится сделать это, но все пространство такое белое, все кажется совершенно одинаковым… Как думаешь, ты смогла бы показать это место?

– Спасателям надо переместиться ниже и левее, - сказала я.

К этому времени я ощупала всю бахрому на обоих краях моего шарфа, и мне пришлось начать заново. В голове вертелось: “Ну же, шарф, ну же, шарф, делай свое волшебство!”

Мужчина поднял ко рту трансивер и сказал что-то по-итальянски. Спасатели съехали ниже и левее, и тут же наверху закипела лихорадочная деятельность. Они засекли сигнал с передатчика и принялись раскапывать снег.

Я по-прежнему стояла на нижней отметке и знала, что спасатели находились ближе к месту падения Лайлы, а не Гутри. Но я молилась, чтобы это был Гутри, чтобы я ошиблась, чтобы Гутри спасли первым. Мне мгновенно стало стыдно. “Найдите ее, - стала мысленно просить я, - найдите ее поскорее, а потом сразу найдите Гутри, и пусть оба будут живы и здоровы”.

Я не могла оборачиваться, но краем глаза видела, что синьора Палермо отходила к автобусу за номером телефона дежурного по школе, а теперь шла обратно и по дороге обращалась с чем-то важным к каждому участнику нашей группы. Ко мне она подошла в последнюю очередь.

– Динни…

– Мне не видно. Не загораживайте, пожалуйста. Я смотрю на то место…

– Динни, твой передатчик у тебя?

Я похлопала себя по поясу.

– Да.

– О, боже милостивый, помилуй нас… - начала она.

– Что?
– спросил мистер Боннер.
– Что еще?

Она показала ему желтый передатчик.

– Это было в автобусе. У всех присутствующих передатчики с собой. Значит, либо Гутри, либо Лайла оставили свой в автобусе.

Белен заплакала.

Синьора Палермо поспешила к полицейскому и проводнику. Оба снова стали расспрашивать меня о том, кто где упал. Проводник передал по трансиверу новые инструкции:

– A sinistra! Sopra!*

______________

* Левее! Выше! (Итал.)

Он сообщил спасателям, что передатчик может быть только один, тот, чьи сигналы уже пойманы.

– Почему они не начинают копать в другом месте?
– взмолилась я.
– Скажите им, чтобы начинали копать!

– Они же не могут копать повсюду…

– Но я знаю, где Гутри. Я знаю, что у него нет с собой передатчика. Ниже и левее. Я знаю где.

– Динни, - остановил меня мистер Боннер, - лавина могла протащить его на пятьдесят метров в сторону от того места, где ты его видела. Площадь слишком широкая…

– Пусть копают!
– закричала я.
– Скажите им, чтобы копали!

Казалось, прошло около часа, но потом мне сказали, что всего лишь десять минут, прежде чем мы увидели розовую куртку Лайлы. Ее положили на салазки и спустили вниз к поджидающему вертолету.

– Она жива?
– крикнула я спасателю с трансивером.
– Е viva?

Он что-то сказал в свою рацию, затем выслушал ответ. Опять сказал, опять послушал.

Потом потряс кулаком в воздухе:

– Е viva!

Все вокруг радостно закричали.

Я поцеловала свой шарф, но по-прежнему не могла сдвинуться с места. Спасатели теперь копали ниже и левее.

Синьора Палермо разузнала, что Лайла была жива, но без сознания. Вся наша группа к этому времени стояла, сбившись в тесную кучку. Кто-то держал меня за левую руку, не помню кто. Мари сказала:

– Все говорят, хорошо, что это случилось в начале дня - света достаточно…

Мистер Боннер обратился ко мне:

– Динни, мы дозвонились до твоего дяди Макса. Он и Сэнди приедут так скоро, как только смогут.

Я стала держать в уме эти три вещи: Лайла жива, света достаточно и дядя Макс с тетей Сэнди скоро будут здесь. Они были как три хороших знака и, может быть, свидетельствовали о том, что Гутри найдут живым и невредимым.

Стоя в неподвижности на снегу, я вдруг вспомнила рождественское пение, voci bianche в церкви Святого Аббондио. Я стала думать о тех белых голосах и об этом белом снеге, и мне до боли захотелось услышать белый голос живого Гутри.

37. Продолжение

Сзади меня какой-то англичанин сказал:

– Этой девочке повезло. Ее задело краем лавины. Ужасно повезло, что не попала под основную массу.

Все вокруг стали говорить что-то, соглашаясь с ним.

– Если бы она попала под основную массу, то оказалась бы погребенной под тоннами снега! Ее вряд ли откопали бы сегодня и, я бы сказал, абсолютно невероятно, что откопали бы живой!

Я услышала, как Мари сказала ему:

– Там еще один человек под снегом.

– Да?
– переспросил англичанин.
– Не хотел бы я оказаться на месте этого человека! Совсем не хотел бы!

Белен спросила:

– Сколько времени человек может находиться под снегом и выжить?

Англичанин ответил:

– Если его откопают не позже, чем через пять минут, есть гарантия, что выживет…

Я не знала точно, сколько времени прошло, но была уверена, что больше пяти минут, даже больше десяти…

– … Через двадцать - двадцать пять минут тоже есть вероятность, но если позже - вряд ли можно на многое надеяться, на мой взгляд.

Мари схватила меня за руку:

– Динни, прошло пятнадцать минут. Только пятнадцать!

У меня в глазах словно маленькие иголочки закололи. Я все старалась представить себе Гутри там, внизу, под снегом, и жалела, что невнимательно слушала его рассказ о том, как выжить, попав в лавину. Кажется, он говорил, что под снегом вокруг себя можно создать воздушное пространство. Но как это сделать, если сверху на тебя давит вся эта чудовищная снежная масса? Может быть, снег тает от температуры тела? И насколько возможно двигаться под снегом?

Подошел Кейсуки и положил голову мне на плечо.