Чтение онлайн

Матрёна торговала овощами в самом начале рынка, у входа. Её лоток был небольшой — капуста, морковь, лук, свёкла, аккуратно разложенные.

Она увидела нас издалека — и сразу начала суетиться, отворачиваться, что-то искать под прилавком.

Я подошёл:

— Матрёна, мне нужно поговорить…

Она выпрямилась, посмотрела на меня — и в её глазах была мольба. Почти слёзы.

— Не проси, Александр, — сказала она тихо, умоляюще. — Пожалуйста, не проси меня. Ты уже подходил к Дарье и Игнату мне рассказали.

— Мне просто нужно чтобы ты…

— Знаю чего ты хочешь, — перебила она, голос дрожал. — И не могу. Не могу, Александр.

Она сглотнула, вытерла руки о передник:

— У меня дочь. Единственная. Весной замуж выходит. В хорошую семью, купеческую. Жених из почтенного рода, его отец в Гильдии состоит, член правления даже.

Она посмотрела на меня с отчаянием:

— Если я сейчас встряну в твой конфликт с Гильдией — жених откажется. Семья его не потерпит связей с тем, кто против Гильдии идёт. Дочь моя останется без жениха, без будущего. Понимаешь?

Голос сорвался:

— Не проси меня выбирать между тобой и счастьем моей дочери. Не проси. Я не герой. Я простая женщина, которая хочет чтобы её ребёнок был счастлив.

Она отвернулась, вытерла слёзы:

— Прости меня. Я тебя не знаю. Овощи тебе не продавала. Уходи, пожалуйста.

Я стоял посреди рынка Слободки, окружённый толпой любопытных, шепчущихся, показывающих пальцами людей. Все трое предали. Дарья, Игнат, Матрёна. Люди, с которыми я работал, которым платил вовремя и справедливо. Испугались и отреклись.

Варя стояла рядом, кулаки сжаты, лицо белое от бессильной ярости:

— Они… предатели. Трусливые предатели.

Я смотрел на этот рынок, на эти лица вокруг — испуганные, любопытные, равнодушные — и медленно выдыхал, успокаивая ярость, которая кипела внутри. Гильдия даже пальцем не пошевелила, не угрожала напрямую, не требовала ничего от этих людей. Достаточно было слухов и страха, который они посеяли как семена в плодородную почву.

Но я не сломлен. Просто этот путь не сработал. Значит, нужен другой.

— Идём, — сказал я спокойно, глядя Варе в глаза. — Домой. Мне нужно подумать.

Мы развернулись и пошли прочь с рынка твёрдым, ровным шагом, не торопясь, не убегая. Я не дам им удовольствия видеть меня бегущим, а я шёл и думал. Анализировал. Перебирал варианты.

Честная игра не работает против них — это стало очевидно. Правда бессильна против системы, построенной на страхе и контроле. Публичное подтверждение от поставщиков провалилось, потому что страх оказался сильнее любых аргументов и денег.

Значит, нужно играть по другим правилам.

Гильдия думает что загнала меня в угол, отрезала все пути, лишила союзников и возможностей. Они думают что я уже мёртв, просто ещё не упал.

Пусть думают. Я найду выход. Обязательно найду и когда найду — они пожалеют.

Поздний вечер.

Дети разошлись спать наверх — устали, вымотались эмоционально. Варя проводила их, уложила, укрыла новыми одеялами. Я поднялся на второй этаж, в свою маленькую комнату. Сел у окна на подоконнике, смотрел на пустые, заснеженные улицы.

Луна освещала город бледным, холодным светом. Где-то вдалеке лаяла собака. Я перебрал в голове десятки вариантов.

Найти новых поставщиков? Гильдия их уже запугала или купила. Торговать в других районах и не пирожками, а чем-то иным? Тем, что невозможно обвинить в том. что оно испорчено? Можно, но это не мой путь. Я не собираюсь бежать и прятаться. Договориться с Гильдией? Скорее сдохну.

Нет. Все эти варианты — для тех, кто играет по их правилам, а я больше не собираюсь играть по их правилам.

Мне нужно что-то другое. Что-то, чего они не ожидают.

Дверь тихо скрипнула. Я обернулся.

В комнату вошла Варя. Босиком, в ночной рубашке, накинув сверху шаль. В руках держала дымящуюся кружку. Она молча подошла, поставила кружку на подоконник рядом со мной. Травяной отвар. Жест заботы, который стал для нас привычным.

— Спасибо, — сказал я тихо.

Она не ушла. Встала рядом, прислонилась плечом к оконной раме, смотрела в ту же темноту что и я. Молчали минуту, может, две. Потом Варя вздохнула — тяжело, горько:

— Эх, жалко-то как… Всё так хорошо шло. Дети были счастливы. Сытые, в тепле, с новыми одеялами. Мы впервые за долгое время жили нормально, понимаешь? Не выживали — жили.

Голос дрогнул.

— И надо же было им начать прямо перед Зимней Ярмаркой… Я-то уже представляла, как мы там пирожками торговать будем. Как народу куча покупать будет, как деньги идут. Как утрём нос всем этим гильдейским с их скучными булками и пирогами…

Она замолчала, одернула себя, а я замер. Слово «Ярмарка» ударило меня, как разряд молнии. Прямо в мозг. Вся усталость и напряжение слетели мигом.

Зимняя Ярмарка — самое большое торговое событие года в городе. Куда съезжаются купцы со всех концов. Где собираются тысячи людей и крутятся огромные деньги. Там Гильдия контролирует каждое торговое место. Торговое место… Но… Но что если…

Мысли понеслись вихрем, складываясь в безумную, дерзкую, невероятную картину. Что если не играть по их правилам? Все берут у них разрешение на конкретное место, точку, на которой оборудован лоток или место для продажи. Что если создать своё собственное место, которое они не контролируют? Что если…

Я резко повернул голову к Варе. Мои глаза загорелись лихорадочным, почти безумным блеском. Варя вздрогнула от моего взгляда, отшатнулась:

— Что? Что такое?

Я схватил её за плечи — крепко, но не больно, смотрел прямо в глаза:

— Ярмарка, — повторил я тихо, словно пробуя слово на вкус. — Варя. Ты гений. Ты просто гений.

Она моргнула, совершенно растерянная:

— Что? Я… что я сказала?

На моём лице был уже хищный, опасный азарт.

— Скажи мне, — говорил я быстро, лихорадочно. — Зимняя Ярмарка где проходит? На какой площади?