Чтение онлайн

Разочарование накатывает волной, и я делаю глоток вина, почти не пробуя его. Мой взгляд перебегает на закуску передо мной — копченый лосось на поджаренной брускетте, украшенный веточкой укропа. Выглядит шикарно, но мои мысли заняты другим. Я украдкой бросаю взгляд на дверь, надеясь, а потом отшатываюсь, когда отец кашляет.

— А что с поставками? — спрашивает он, в его голосе слышится беспокойство по поводу пятнадцати миллионов, которые находятся где-то между нами и жадными пальцами Васильева.

— Не о чем беспокоиться, папа, — мой тон более уверенный, чем чувствую. — Это будет улажено. До свадьбы.

Ксения вступает в разговор, неожиданно для меня: — Тебе не нужно беспокоиться о делах Братвы сегодня, папа.

Ее глаза переходят на меня, и в кои-то веки я соглашаюсь с сестрой.

— Просто сосредоточься на том, чтобы не умереть во время операции, — я бросаю взгляд на доктора, а затем на отца.

Его смех разносится по столу, заставляя нескольких дальних родственников пролить свои напитки.

— Самоуверенный, как всегда, — отвечает он, глаза блестят, несмотря на усталость. — Помни, мальчик, однажды ты окажешься на моем месте, состаришься и будешь ворчать на кого-нибудь помоложе, чтобы он был с тобой помягче.

Я не могу удержаться от усмешки, откидываясь на спинку стула.

— К тому времени у меня тоже будет кем командовать, не так ли?

Он кивает, серьезный взгляд сменяется весельем.

— Вот почему найти подходящую женщину, способную родить наследников, крайне важно. Думаете, я хочу, чтобы наше наследие рухнуло?

Атмосфера в комнате неуловимо меняется. Некоторые гости незаметно кивают в знак согласия с заявлением отца, избегая прямого зрительного контакта. Тем временем Дмитрий приглушенно ухмыляется, частично скрывая это за салфеткой. Юрий, с другой стороны, по-прежнему поглощен своим телефоном, потягивая вино без видимой реакции, похоже, ожидая сообщения или звонка.

Я прямо смотрю в глаза отцу.

— Наследство — это одно, но привязывать себя к кому-то только ради наследников? Это совсем другое дело.

Ксения наклоняется вперед и делает медленный глоток вина, оставляя на бокале жирный след от красной помады.

— И все же ты выбрал кого-то… нетрадиционного. Смелый ход, брат.

Ее комментарий вызывает одобрительный шепот и несколько неодобрительных кудахтаний со стороны жен моих кузенов, их развлечение очевидно. Но один мой злой взгляд, и смех замирает у них в горле.

— Нетрадиционно это или нет, — твердо заявляю я, не оставляя места для споров, — но у нее есть то, что нужно. — Я оглядываю стол, четко приказывая молчать. — И если вы все закончили психоанализировать мой выбор, я бы хотел спокойно поесть.

Постукиваю по своему бокалу, раздраженный тем, что он слишком долго остается пустым. Подбегает официант и наполняет его, пока мой взгляд переходит на два пустых места рядом со мной. Елизавета тоже отсутствует.

Ксения ловит мой взгляд, и ее ухмылка становится красноречивой.

— Ты прав, брат, — говорит она, небрежно кладя салфетку на колени. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы поприветствовать новую жену Виктора.

Ах, вот оно что. Ксения смотрит на меня так. Как будто она уже придумывает десять способов превратить вечер Лауры в ад.

Я отпиваю еще глоток вина, резкий привкус отражает мое разочарование. Затем слышу голос Елизаветы, яркий и взволнованный, с другой стороны двери: — Наконец-то мы здесь!

Дверь со скрипом открывается.

Сердце замирает, дыхание перехватывает, и в этот короткий миг все меняется.

Я задыхаюсь при виде…

Глава 27

Виктор

Все головы в комнате поворачиваются.

Мои двоюродные братья испускают сухой кашель, их жены смотрят на них за их очевидную реакцию, когда Лаура входит в комнату под руку с Елизаветой.

На мгновение все словно замедляется.

Вот она.

Чертовски великолепна, задрапированная в струящееся бежевое шифоновое платье, которое подчеркивает каждое движение, а кожа сияет в мягком свете.

Я ничего не могу с собой поделать — моя кожа покрывается мурашками от желания, когда наблюдаю за ее приближением. Уверенные шаги Лауры слегка замедляются, а глаза встречаются с моими на другом конце комнаты.

Я встаю, почти как робот, выдвигая ее стул.

Странно. Я веду себя так, будто она наложила на меня какое-то чертово заклятие.

Аромат жасмина и ванили ударяет. Невозможно игнорировать пульсацию между ног, когда я вдыхаю ее пьянящий запах.

Черт возьми, она меня возбуждает.

Я позволяю своей руке скользнуть по ее плечу — интимный жест.

— Ты опоздала, — говорю прямо.

Ее тело напрягается, и она резко вдыхает. Я вижу, что она пытается сдержать язвительный ответ.

— Опоздала? Может быть, потому что ни один здравомыслящий человек не спешит к своему собственному похитителю, — яростно шепчет она.

Одарив ее самодовольной улыбкой, я наклоняюсь к ней, достаточно близко, чтобы снова ощутить пьянящую смесь жасмина и ванили.

— Сядь, — рычу я, не сводя с нее глаз и внимательно наблюдая за ней.

Ее платье достаточно приличное, но оно плотно прилегает к ее объемным сиськам, притягивая мой взгляд вниз. Кожа безупречна. От осознания того, что скоро мне выпадет честь раздеть и исследовать каждый сантиметр ее тела, у меня ноет в паху.

— Я не твой питомец, — ее щеки краснеют, но подбородок вызывающе вздергивается. — Что здесь происходит? — выдыхает она, быстро обводя взглядом стол.

Неохотно перевожу взгляд обратно на ее лицо.

— Традиция. Семья собирается перед свадьбой.

Лаура останавливается на полпути к стулу. Ее взгляд устремлен на меня, дикий. Она сглатывает, горло напряженно работает над словами, которые она, кажется, не может произнести.

В этот момент к нам проскальзывает официант, который, сам того не зная, ломает лед.

— Вина, мэм? — предлагает он, не обращая внимания на возникшее противостояние.

Ее глаза мечутся к нему, потом по комнате, внезапно заметив зрителей этой маленькой драмы, в том числе старика в конце стола — Пахана, окидывающего ее взглядом.