Чтение онлайн

Сабрина склонилась к больному:

– Отец, это Тим Паркер. Он заглянул поговорить с тобой.

Священник открыл глаза и слабо улыбнулся:

– Прекрасно... Это ты, Тим?

– Жаль, что вы больны, сэр, - почтительно сказал Тим.

– Да, досадно, - согласился пастор. Он с любовью посмотрел на Сабрину. Как бы то ни было, моя дочь понимает, что наша работа не должна прерываться. Чудесно, не правда ли?

– Да-да.

– Я беспокоюсь, что могу не закончить наше дело, - сказал проповедник. Но Сабрина доведет его до конца. А потом и я окрепну настолько, чтобы помогать ей.

– Так и будет, - сказал Тим.

Больной, казалось, снова погрузился в сон. Наверно, доктор дал ему изрядную порцию болеутоляющего. Тим тихо вышел.

Сабрина ждала его возле дома.

– Как ты думаешь, он очень болен?
– спросила она.

– Он ослаб, но прибавит в весе, когда пойдет на поправку, - обнадежил ее Тим.

– Я надеюсь, - сказала она, но чувствовалось по голосу, что она в это не верит.

– Если ему станет хуже или тебе понадобится помощь - ты знаешь, где меня найти, - напомнил Тим.
– Держи меня в курсе, как он будет себя чувствовать.

– Хорошо, - пообещала она, закрывая за собой дверь миссии.

Тиму было жаль девушку. Расстроенный, он направился в "Счастливчик Паломино".

В последнее время он регулярно посещал это место. Флэш Моран не препятствовал его вторжениям. Чувствовалось, что теперь шулер был даже рад видеть его. Казалось, оба - и Моран, и банкир - жили в смертельном страхе перед Вульфом. Чем же они заслужили такую ненависть метиса?

Тим вошел в шумный зал и, заметив свободное место возле бара, заказал виски. Как обладателя шерифской звезды, его везде и всегда обслуживали бесплатно. Едва Тим осушил свой стакан, как его плеча коснулась чья-то рука. Он обернулся и увидел Флэша Мора на.

На этот раз это был не прежний, воинственный Моран. Перед Тимом стоял запуганный, надломленный человек. Говорил он невнятно, глотая слова.

– Всегда рады видеть тебя у нас. Паркер.

– Приятно слышать, - сказал Тим, заметивший, что Моран пьянее, чем когда-либо.

Глаза, красные от полопавшихся сосудов, изучали Паркера:

– Не держишь обиды?

– Нет, - заверил Тим.

– Хорошо!
– сказал шулер с пьяной торжественностью.
– Я рассчитываю, что ты схватишь этого сумасшедшего Вульфа. Город рассчитывает на тебя!

– Я знаю.

Моран царственно поднял руку:

– Я думаю, ты получишь вознаграждение - большой куш!

– Благодарю, - сказал Тим сухо.
– Я это запомню.

Слегка качнувшись, Моран готов был двинуться дальше, но тут, взглянув на двери салуна, попятился в нерешительности.

Тим заказал вторую порцию, выпил и хотел было уходить, когда к стойке бара рядом с ним присел Сэм Смит.

Старик сказал:

– Как только я тебя увидел, сразу решил угостить тебя.

Тим улыбнулся:

– Я уже пропустил пару стаканчиков... Я ведь помню: выпьешь с тобой - и тут же влипнешь в историю...

Сэм Смит расхохотался:

– Скажешь тоже!
– и заказал виски для двоих. Оглядев салун, он спросил:

– Где Моран?

– Слишком пьян, чтобы показываться на глаза, - сказал Тим.
– Он только что поплелся отсюда.

Седой старатель скривился:

– Плохи дела! Когда такой парень, как он, ударяется в пьянку, значит у него сдают нервы. А шулер, который потерял выдержку, - мертвец...

– Это страх стать мертвецом толкает его на пьянку, - возразил Тим.

– Да ну?!

Тим кивнул.

– Моран уверен, что Вульф явится и за ним.

Старик хитро улыбнулся:

– Если верить рассказам, то индейцы действуют ловко и аккуратно - ну прямо, как цирюльник, бреющий клиента наголо. Знаешь, как это делается? Сначала - ровный разрез вокруг головы, чуть выше глаз. Прямо через кожу и мускулы проходит нож, и затем индеец слегка ударит по макушке, оторвет здесь кожу, зажмет зубами - и сорвет всю верхушку с головы!
– он захохотал.

Тим почувствовал тошноту.

– Я видел их обоих. Твой рассказ напомнил об этом. Безобразное зрелище!

– Краснокожие думают, что со скальпом забирают у врага силу. В свое время я много раз видел, как снимают скальп.

– Я полагаю, у Морана есть причины бояться, - сказал Тим.

– И у жирненького Нильсона! Они мне говорили, что у них есть специальная охрана, - Сэм хихикнул.
– Да только это не поможет, если индеец решит расквитаться с ними.

– Как ты думаешь, что толкнуло Вульфа на эти... шалости?

– Разве индейцу нужна причина? Те сиу, что служат мне, ведут себя смирно. Но меня не удивит, если они вдруг возьмут да и прикончат меня.

– Тогда почему ты держишь их при себе?

– Главным образом потому, что не могу уговорить кого-нибудь еще остаться со мной, - сказал старик со смиренным видом.
– Кроме того, я - старик, мне уже нечего бояться.

– Не каждый из нас - такой фаталист...

– Я люблю тебя, Тим. И всегда любил. Даже когда ты прислуживал Тренту.

– Это длилось недолго.

– Тебе больше нравится быть помощником шерифа?

– Это значит только то, что я со своим револьвером - на стороне справедливости. Мне нравится, что я с полным правом могу вытащить свой сорок четвертый в любой момент.

– Ты живешь в несправедливой стране, сынок, - заметил старик.

– Были годы, когда я вообще не брался за револьвер, - сказал Тим.
– У меня было собственное ранчо...

– Пока индейцы не пришли в твою мирную долину и не прикончили твою жену. Ты говорил мне. И я не виню тебя за чувства, которые ты питаешь к краснокожим.

– Лучше бы я об этом не говорил.

– Извини... Кстати, не могу понять, как ты, при твоем отношении к индейцам, позволил Вульфу смыться?

– Я ничего не мог поделать. Это случилось, когда меня не было.

– Ну что ж, надо бы выпить, раз есть повод. Как же я сразу не постучался в эту дверь!

– Не постучался? В какую дверь?
– не понял Тим.

– Это же так просто - почему краснокожий сбежал!
– сказал старик, подмигнув, и заказал виски.

Тим встревожился. Если старый золотоискатель догадался, что Сьюзан намеренно освободила Вульфа, "достучаться" до истины смогут и другие. Тогда и Тиму, и Сьюзан придется несладко.