Чтение онлайн

– А вот и люди- сказал я, осматриваю ее- точнее, плоды их жизнедеятельности.

– Мы направимся туда, куда они идет?

– Нет, вездеход не сможет проехать по этим переходам. Нам придется объехать гряду.

Мы отправились на восток. Справа стена гор, слева изумрудная равнина. От мельтешения пейзажа я очень быстро свалился сначала в дрему, потом в сон.

Обучение свободе

Я один иду по тропинке через еловый лес. Посеревшая от времени хвоя шуршит под моими ногами. Иногда я вижу серебряные нити паутины, отмеченные редкими лучами света, проникающими сквозь крону. Иногда крошечные гусеницы, висящие на этих паутинках, ударяются о мои очки. Я знаю, что это сон и думаю о том, каково его предназначение, если оно конечно существует.

Вдруг я слышу быстрые шаги множества ног позади себя. Меня обгоняют идущие люди. Мои родители, одноклассники, знакомые. Даже жена с банкой пива в руке и нестерпимым запахом перегара. Они идут с корзинами, полными цветов, лесных ягод, грибов и почему-то деревяшек. Я отхожу в сторону и наблюдаю за этим шествием. У меня нет желания следовать за ними.

Процессия прекращается. Я чувствую, что впереди дорога разветвится и они пойдут по правой тропе, к дому, находящемуся в самой чаще леса. Там они будут праздновать наступление вечной ночи и один за другим спустятся в мрак бесконечного подвала.

Я жду среди кустов у тропинки, замечая про себя, что в лесу полная тишина. Мне хотелось бы, чтобы в моих снах было чуть больше постороннего шума, но, к сожалению, они такие же эффективные и скупые, как мой ход мыслей.

Затем я продолжаю свой путь и подхожу к развилке. Людские следы идут направо, но я иду прямо.

Постепенно лес становится все более просторным и вскоре прекращается вовсе. Впереди меня поле. За ним видна белая полоса реки и металлический мост, перекинутый через нее моим подсознанием.

Я иду вперед, раздумывая о символизме моих сновидений, и достигаю моста и реки.

Далеко позади мрачный вал темного леса, готового отдаться ночи. Впереди бескрайняя равнина. Мои шаги по металлу моста отдают гулом, расходящимся вдоль берегов. На другом конце моста я вижу мотоцикл и дорогу, уходящую вдаль. Я сажусь на него и выжимаю газ. Вскоре я несусь по равнинной дороге и вижу, как солнце неумолимо приближается к кромке горизонта. А я продолжаю свой путь. Один.

Когда я проснулся, мы уже выехали к перевалу. Судя по фактуре камней, он был искусственным. Какие-то могучие инструменты раздробили десятки тысяч тонн породы и, перемолов ее, сделали жесткий, но проходимый путь.

Вездеход пошел на подъем и взобрался на гору щебня. Что-то плохое мне почудилось в жужжании его электродвигателя, но этот шум был насколько слаб, что я твердо решил, что мы осмотрим технику лишь после перевала.

Дорога шла по относительно ровной насыпи среди гор, и, когда мы въезжали в тень километровых гигантов, я кожей чувствовал свежесть, готовую с наступлением ночи перейти в пронизывающий холод. Иногда вездеход попадал в ямы и то, как подвеска реагировала на булыжники, тоже начало меня беспокоить. Машина проехала почти пару тысяч километров и, хотя этот путь был относительно легким, начинала требовать к себе внимания.

Мне не нравилась идея застрять на ночь среди гор, какими бы с первого взгляда мирными они ни были.

К счастью, уже на границе сумерек вездеход перелетел через один из порогов и вышел на другую сторону горной гряды. На этой стороне гряды вместо изумрудной равнины нас встретила стена серо-зеленого леса. Вдоль гряды шла полузаросшая грунтовая дорога, и мы повернули обратно на запад, туда, куда, по идее, должен был идти ранее встреченный нами трубопровод.

Наступили сумерки, но мы решили ехать еще пару часов.

Дорога была на удивление ровной. Я дернул тумблер и с щелчком и звуком лопнувшей искры на вездеходе зажглись фары. Мир, не входящий в освещаемое ими пятно, прекратил существовать для наших глаз.

Звук мотора изменился, стал более глухим, индикаторы указали на большие скачки напряжения, и я решил, что это выпрямители на генераторе. Мы решили остановиться на весь день и осмотреть всю машину и оценить оставшиеся припасы.

Вскоре я понял, что снова засыпаю. Мы остановились у векового дуба на ночлег прямо в вездеходе.

Сон был глубоким, но довольно коротким. Я взглянул в окошко и увидел залитую утренним светом дорогу, деревья и....

– Черт, кто-то был рядом!
– крикнул я Андре и разбудил его.

– Почему ты так считаешь?
– спросил он, сонно.

– Там следы, поверх вчерашних следов нашей машины.

– Да- сказал мой спутник, взглянул в окно и полез к люку - Проверим

– Стой! Они могу ждать нас снаружи!

Я тщетно попытался его задержать, но он выскользнул из машины и спрыгнул на чуть сырую и холодную после ночи землю.

Он наклонился к следам и, провел по ним пальцами и выпрямился.

– Есть соображения по поводу того, кем могут быть эти твари?
– спросил я.

– Да- ответил Андра, всматриваясь в леса- я знаю их.

– Откуда?

– Лесные изящные твари. Огромные роскошные рога, тупые морды и скорость как у хорошего мотоцикла.

– Черт побери- мое воображение разрисовало мне страшную картину. Почему-то этих существ я боялся больше, чем тварей из всех миссий вместе взятых.

– Мой народ называет их fiadh. Интересно они существуют в твоем родном мире?

– Понятия не имею. Наверно нет.

– А вот и он!
– вдруг крикнул Андра.

– Где?!

– Сзади тебя!

Я развернулся назад, готовясь встретиться со своей судьбой и встретился глазами с жуткой тварью. Она лежала на крыше вездехода прямо за моей спиной и смотрела на меня своим тупым взглядом. Мое дыхание остановилось. Я еще никогда не видел такой жирной оленухи. То, что это оленуха было понятно по отсутствию у нее рогов. В остальном это было самая обыкновенная особь оленя.

– Черт, Олень!
– выдохнул я и сполз обратно в люк. Через мгновение в него просунулась любопытная морда животного и попыталась сжевать некоторые мои записи.

– Именно. Так они зовутся на твоем языке? В моей стране их слишком много. Все леса, парки и поля кишат ими.

– В моей стране их было не так много. Я редко видел их с расстояния в заповедниках, и уж тем более никогда не был так близко к ним.

– Я прогоню эту жируху- сказал Андра и кинул из кармана галету. Оленуха с грацией куска сала спрыгнула с нашей машины и принялась есть, а мы продолжили путь.

Целые стада оленей перебегали нам дорогу, и я предположил, что ночью был слишком сонным, чтобы замечать их.