Чтение онлайн

— Оно не может от меня ускользать, поскольку никакого противоречия здесь нет, — Дюпре помолчал, — Скажи, Лиза, ты умеешь пользоваться своим найзером и искином в нем?

— Разумеется. А что у вас есть какие-то сомнения по этому поводу?

— Ни в коей мере. Но вот смогла бы ты сама создать подобный найзер с нуля и запрограммировать его искина?

— Нет. Но я и автомобиль не могу сама разработать и собрать, что не мешает мне на нем ездить.

— Рад, что ты мгновенно уловила мою мысль, — улыбнулся Дюпре, — Объем познаний необходимый для эксплуатации чего-либо, как правило, может быть намного меньше того, который необходим для создания этого самого чего-либо. В кибернетике есть термин "черный ящик" — это такой прибор внутреннее устройство, которого мы не знаем, но нам и не нужно. Мы отдаем ему команды на входе, а на выходе получаем нужный результат. Вот как с твоим найзером, или телевизором, или автомобилем. Чтобы ими пользоваться, не нужно знать, как они устроены. Достаточно знать границы их возможностей. Отдавать себе отчет в том, сколько будет стоить расширение этих границ, если оно вообще возможно. И готовы ли вы заплатить за эти дополнительные возможности соответствующую цену. А платить ее приходится всегда, поскольку ресурсы всегда ограничены. И ресурсы государства разумеется тоже. Избиратели хотят по бесплатному развлекательному комплексу в каждом городе, финансирование которого осуществляется за счет государства? Да, пожалуйста! Вот только чтобы добыть на это деньги государство либо повысит налоги, либо сократит свои расходы в другой области. Да, вы получите свой развлекательный комплекс, но не досчитаетесь государственной школы, больницы или еще чего-нибудь в том же духе. Тут нечему удивляться — все имеет свою цену. Многие, однако, удивляются. На Мирре такие удивляющиеся просто не получат право голосовать. Люди, не осознающие последствий своих поступков и возможностей систем на которые они хотят влиять, недееспособны. Точно также человек, считающий что автомобиль может проезжать сквозь стены никогда не получит водительские права. Однако если вы знаете, что сидя в автомобиле можно делать, а что нельзя, все остальное остается на ваш выбор: какой автомобиль покупать, куда на нем ехать и так далее. И как для принятия подобных решений вам не нужно уметь самому конструировать автомобили, так вам ненужно самому быть политиком и профессиональным управленцем, чтобы требовать от выбранных вами представителей власти исполнения вашей воли. Они всего лишь наемный персонал. Ваши служащие. И это вам решать, хотите ли вы развлекательный центр вместо еще одной школы, больницу вместо монорельсовой дороги и так далее. Ну а их задача выполнять ваши пожелания. Вот только вы должны сознавать коренное отличие политика от доброй феи — он не может дать вам все и сразу, поскольку это вообще невозможно. Но помните — выбор всегда за вами, а не за ним. Вы как избиратель принимаете решение и несете за него ответственность. Политик же отвечает лишь за исполнение вашего решения. Но если реализация ваших пожеланий даже теоретически невозможна, то какой тогда спрос с исполнителей? Можно хоть каждый день с известным результатом проводить референдум и подавляющим большинством голосовать за увеличение скорости света в два раза. Реальности плевать на ваши пожелания. Впрочем желающие проводить подобные референдумы на Мирре просто не получат гражданского допуска и соответственно права голосовать.

— О да! — закатив глаза, Лиза прервала монолог учителя, — Ну, конечно же, любой политик никогда не решится обмануть своих избирателей. Они же совсем не такие. Они все очень честные. И когда они говорят, что увеличить ассигнования на образование и здравоохранение ну никак нельзя. Просто невозможно. А вот на содержание госаппарата из бюджета следует тратить намного больше. А то пострадает вся страна. Мы всенепременно должны им верить. Они ведь это не просто так скажут. Они кучу графиков приведут в доказательство. И диаграмм. И таблиц. И расчетов. И экспертов позовут. Конечно, почти никто из избирателей в этих цифрах не сможет разобраться, но это ведь уже проблемы избирателей. А если хозяева термоядерных электростанций заявляют, что им нет альтернативы, а экологически чистые источники энергии это чушь, то им тоже следует поверить, поскольку какой-нибудь простой работник офиса явно не может знать всех тонкостей работы термоядерного реактора и связанных с ней рисков.

— Знаешь, Лиза, а ты ведь опять права. Так, например продавцы синт-клонированного мяса убеждают нас, что ему нет альтернативы. Оно, мол, по соотношению цена-качество просто непобедимо. Но так ли это? Общеизвестно ведь, что клонированное мясо чрезвычайно опасно для здоровья людей, но, тем не менее, его реализация не только продолжается, но и ее объемы нарастают. Все супермаркеты буквально завалены им, несмотря на протесты общественности и предупреждения ученых. Видимо магнаты, стоящие за его производством подкупили кого-то в правительстве. Вот ты, — Дюпре быстро считал выведенную на его электронные глазные линзы информацию по ученику, — Джастин… Считаешь ли ты, что продажу клонированного мяса следует запретить?

— Да конечно! Сколько можно травить нас всех! — пылко подтвердил ученик.

— Это твое мнение?

— Да!

— А кто ты собственно такой чтобы иметь мнение по этому вопросу?! — едко поинтересовался Дюпре, — Может ты эксперт-пищевик? Нет? Или тебе известны некие научные данные, подтверждающие твою точку зрения и ты готов нам их сообщить? — Дюпре выдержал драматическую паузу, — Что? Тоже нет?

— Но вы же сами…! — возмутился ученик.

— А я что ли специалист по синт-продуктам? — перебил его Дюпре, — Уверяю тебя — это не так. Я учитель по "социальной этике и основам рационального мышления" и только. Откуда мне знать вредно для здоровья клонированное мясо или нет? Или я обосновал свое мнение, приведя в доказательство исследования авторитетных в этой области ученых? Так я этого не сделал. А знаешь почему? Потому что никаких серьезных научных данных о вреде клонированного мяса не существует. Ну, или, по крайней мере, мне они неизвестны. Я просто нагло соврал. Соврал глядя вам всем прямо в глаза. А вы поверили.

Вера — вот одна из основных проблем общества с момента появления человечества. Люди постоянно верят во всякую чушь, которую им впаривает кто угодно от двинутых фанатиков до циничных политиков. Все сидящие в этом классе инфицированы верой. У каждого из вас в голове мусор из предрассудков, предубеждений, штампов и прочей дряни, которая в лучшем случае искажает реальность как кривое зеркало, а в худшем вообще ей противоречит. И большинству из вас уже ничего не поможет. Поздно. Вы попали на Мирру слишком поздно. У нас детей начинают обучать логике и критическому мышлению с трех лет. Мой предмет лишь закрепляет их знания и позволяет им систематизировать то, что регулярно вбивается в голову на протяжении всего детства. Но почему это делается в столь раннем возрасте? Есть идеи?

— Чтобы вам удобнее было промывать детям мозги своей миррской пропагандой! — заявила Лиза смело глядя Дюпре прямо в глаза. По классу пробежал тихий удивленный ропот.

— Совершенно верно! — тут же согласился Дюпре, — Именно поэтому. Мозг ребенка пластичен и восприимчив к новым идеям. И дети доверчивы. Скажи ребенку, что поцелованная жаба превращается в принца — и он поверит. Скажи ему, что земля плоская и покоится на трех китах — он поверит. Скажи ему, что вот этот политик практически святой и его необходимо обожать и подчинятся ему, не задавая вопросов — он поверит. Поверит не задумываясь. От некоторых своих верований ему удастся избавиться, повзрослев, но другие пустят глубокие корни в его сознании и будут искажать его восприятие реальности до самой смерти. Однако приучи ребенка никому не верить на слово без доказательств, точно также как ты приучаешь его чистить зубы, и эта гигиена познания, скорее всего, останется с ним на всю жизнь также как и привычка пользоваться зубной щеткой. Я хочу, чтобы вы не верили на слово никому. Знаменитый артист высказывает свое мнение о термоядерной энергетике? Он эксперт в этом? Нет? Он ссылается на серьезных экспертов? Нет? Посылайте его подальше! Известная сочинительница женских романов рассуждает о способах борьбы с преступностью? Да кто она собственно такая? У нее есть ученая степень в этой области? Она приводит научные исследования, подтверждающие ее слова? Нет? К черту ее! Каждый раз, когда вы слышите чье-либо мнение по какому-либо поводу, вы должны сказать себе — "А что это собственно за тип и знает ли он вообще, о чем говорит? Является ли он экспертом в той области, о которой он берется рассуждать? И если не является, то подтверждает ли он свои слова, ссылаясь на авторитетные источники из профессиональной среды? А если не подтверждает, то зачем мне его вообще слушать? Нести бездоказательную чушь я и сам могу". Также было бы неплохо, если бы, перед тем как что-то брякнуть вы задавали бы те же вопросы и себе самим. Вот если меня, к примеру, спросят, кто, по моему мнению, является более талантливым танцором в нейробалете — Раджачадран или Каховски, то я с чистой совестью отвечу — "Да понятия не имею! Я в нейробалете не разбираюсь". Или вот опять термоядерные электростанции. Периодически вокруг них поднимается шумиха с требованием закрыть их и перейти на использование энергии солнца, ветра и так далее, — Дюпре окинул взглядом класс и остановился на одной из учениц, — Мария, лично ты, что думаешь по этому поводу? Согласна ли ты с тем, что термояд опасен?

— Не знаю, — усмехнулась девушка, — У меня недостаточно данных, чтобы ответить на этот вопрос.

— А ты быстро схватываешь, — Дюпре подмигнул ученице, — Проверим остальных. Миллон?

— Я считаю, что запрещать термоядерные электростанции бредовая идея, — заявил безапелляционно ученик.

— Вот как? — Дюпре сделал удивленное лицо, — Ты эксперт по термоядерной энергии?

— Я — нет, — спокойно ответил Миллон, — А вот профессор Доржик — да. Он ученый галактического уровня. Лауреат премий Конрада Феррано и Джаури Наго. И он считает, что вести речь о закрытии термоядерных электростанций может только полный кретин. Мы получаем от них до восьмидесяти процентов энергии, и альтернативы им нет.

— Да он куплен энергетиками на корню! — вступила в дискуссию Лиза, — Или ты забыл про аварию на Крамере 2?! Там чуть не погибла почти вся планета!

— Но ведь не погибла же! — огрызнулся Миллон, — Да была авария, но система безопасности сработала.

— Так, по-твоему, надо сначала дождаться миллионов, а может и миллиардов жертв? — возмутилась ученица.

— Да не было бы никаких жертв! И вообще кто ты собственно такая, чтобы об этом судить?! Ты может, считаешь, что разбираешься в вопросе лучше профессора?

— А глава общества защиты природы от техногенных катастроф из Содружества Пол Арузо, по-твоему, не авторитет?! — парировала Лиза, — Уж он-то точно не продажный ученый готовый за гранты обосновать что угодно!

Миллон повернулся к Дюпре, ища поддержки у учителя.

— Ну, хоть вы ей скажите, что она чушь несет!

— Ты, кажется, запамятовал, Миллон, слова нашего уважаемого учителя, что слушать стоит только экспертов, — хмыкнула Лиза, — А вы ведь не эксперт. Так? — обратилась она к Дюпре, — А вот Пол Арузо из общества защиты знает, о чем говорит. Это его работа разоблачать промышленников и…

— Она сравнивает знаменитого ученого и какого-то типа, который даже научной степени не имеет! — закатил глаза Миллон, — Любому понятно, что Доржик намного авторитетней!

— Любому может и понятно, а мне нет! И вообще как этот авторитет определяется?! С чего ты взял, что…

Дюпре поднял руку, прерывая спор.

— А ведь это отличный вопрос, — он прошелся вдоль парт, — Никто даже самый разгениальный гений не может знать все и разбираться во всем. Значит, каждому из нас в большинстве вопросов придется полагаться на мнение экспертов. Но их мнения могут противоречить друг другу. И кто вообще может считаться экспертом, а кто нет? И как, в самом деле, определить авторитетность источника информации? Возможно, вам будет приятно узнать, что определенные методы для этого существуют. Конечно, они не дают стопроцентной гарантии… Но в нашем несовершенном мире абсолютные гарантии не может дать никто. Что не мешает нам оценивать вероятность. Причем достаточно точно оценивать.

Однако начнем по традиции издалека. Прежде всего, вам следует понимать, что независимых и беспристрастных источников информации в природе не существует.

— Как это? — удивился Роджер, — А независимая пресса?

— Не может быть никакой стопроцентно независимой и объективной прессы, — покачал головой Дюпре, — У каждого средства массовой информации есть хозяин, есть стратегические рекламодатели, есть главный редактор, в крайнем случае, если это частный блог глобалнета, есть тот, кто его ведет. А у всякого человека есть предпочтения и при изложении фактов они так или иначе будут проявляться. Избежать этого также невозможно, как невозможно достичь температуры абсолютного нуля или полной скорости света.