Чтение онлайн

– Половина примерно, - ответил демон.
– Половина научается готовить самостоятельно. Соль, дурочка, подумай сама, разве мужчина может этим наесться?

– Кто бы говорил!
– взвилась фея.
– У вас вообще женщины из дому убегают! Тоже не кормите, да?

В столовой сделалось тихо и жутко, даже птицы за окном смолкли.

– Последняя сбежала как раз не из дома, - вкрадчиво напомнил демон. Соль побледнела так, что на лице засветились веснушки, и бессильно откинулась на спинку стула. Дрип поспешил вклиниться между другом и девушкой, пока дело не запахло жареным. Или чем там пахнет при разборках демонов и фей?
– Сядь, Дрип, нет никакой нужды в твоём геройстве.

Дрип подумал, оценивающе поглядел на демона и уселся на стул, благоразумно подвинутый поближе к "чудесным созданиям".

– Вон, - коротко сказал Лдокл и кинул на стол бумажку, - глядите.

Соль схватила её первой, жадно пробежала глазами.

– Где ты её взял?!
– сдавлено выкрикнула она.

– Где-где, - буркнул Лдокл, разом мрачнея. Дрип осторожно потянул бумажку из рук феи и прочитал записку. Ничего особенного в ней не обнаружилось. Ну, вернулась, ну, ушла. Не пропала, значит. Ему вот есть хотелось, а Лдокл, похоже, успел забыть заботу о друге.
– У себя в замке, где ж ещё. На окне в гостевой комнате.

– Но это же...
– ахнула фея и виновато покосилась на Дрипа.

– Вот-вот, - угрюмо поддакнул демон.
– То самое. Радуйся, что сама цела осталась. Тьма бы тебя ещё не тронула, а вот от потерянных душ всего можно ждать.

– Но Ристиль!..
– вякнула фея. Теперь уже помрачнел Дрип и его, в отличие от "чудесных созданий" понял бы любой. Сначала разбудили с рассветом. Потом морили голодом. При этом ещё запугивали. Потом снова морили голодом, потом поманили приличным обедом, а потом принялись обсуждать избалованную девчонку, будто на свете других тем для разговора и не найти. Ещё больше раздражало, что фея и демон, казалось, понимали друг друга с полуслова. А ведь ещё недавно Соль дрожала при одной мысли о Лдокле!

– А что Ристиль?
– не подозревая о мрачных мыслях голодного друга, переспросил демон.
– Это теперь может и не Ристиль вовсе. Мы ж не знаем, чем у неё с душами дело закончилось.

Соль закрыла лицо руками и зарыдала.

Терпение Дрипа окончательно лопнуло. Сварливая дочь богатых родителей и раньше вызывала у него удивительно мало сочувствия, больше раздражения на то, что Соль и Лдокл с ней так носятся. Дурак он был со своей человеческой солидарностью! Посадил бы демон девчонку в клетку, всем бы спокойнее было! Юноша не глядя нащупал на столе кружку с водой, плеснул с лицо фее, гася огненные слёзы, и вышел за дверь. Хлопнул бы, да как-то не получилось: волшебный дом не любил скандалистов.

"Чудесные создания" оторопело глядели вслед покинувшему дом человеку.

– Её же тут не было, - бормотала фея, глупо таращась на простую глиняную кружку.
– Не было всего мгновение назад!

– Куда катится этот мир, - совершенно серьёзно поддакнул демон.

Обиженная таким отношением кружка медленно, с достоинством растаяла в воздухе. Вслед за ней высохла вода, стекающая с лица на платье феи. Хорошо хоть, слёзы снова не загорелись.

– Ты водил его в тьму, - зачарованно напомнила девушка.
– Водил, когда лечил после пустыни.

– Скорее таскал, - невесело усмехнулся демон.
– Но я думал, от тьмы ты его вылечишь.

– От тьмы... не от могущества, - тем же неживым голосом поправила фея.
– Он не искал его... и не верил... не знал... поэтому остался человеком. А женщины вошли туда нарочно.

– И он третий, - добавил Лдокл.
– По порядку второй, но по сути третий.

– Что же теперь будет?!
– застонала фея.
– Мир и двоих бы не удержал!

– Про Ристиль придётся доложить Совету, - не слушая её, решил Лдокл.
– Слишком многие её уже видели. А Дрипа держи при себе всё время, или я его к себе заберу. Так и безопаснее будет, и Совет не прицепится.

– Что же ты наделал?
– охнула фея, схватившись за голову.
– Что же мы наделали?!

– - Глава двадцать восьмая, рассказанная от третьего лица. В плену у феи

К вечеру Дрипу показалось, что он давно ушёл из дома феи куда глаза глядят... а смотрели они вперёд, на закат, кровью окрасивший горизонт. Завтра ветрено будет...

Когда же солнце окончательно скрылась из глаз, под ноги что-то подвернулось, и юноша с проклятиями упал. Скрипнула ставня.

– Дрип!
– ахнула фея.
– Ты не ушибся?

Дрип еле слышно ругнулся. Всё это время он, оказывается, бродил по волшебному саду феи... Чудеса кончились вместе с закатом, и его вынесло обратно к дому. Вот о крыльцо-то он и споткнулся.

– Дрип!
– не отставала Соль, выбегая крыльцо.
– Что ты молчишь?! Тебе плохо?

– Очень, - буркнул юноша и поднялся на ноги. Даже демон будет себя плохо чувствовать, если на голодный желудок пойдёт слоняться по лесу, а вечером как следует приложится о твёрдое, как камень, дерево.

– А...
– оробела девушка.
– Ты есть хочешь?

– Нет, - отрезал Дрип, которому больше не хотелось марципанов.

– Жаль...
– потянула фея, словно не замечая его мрачного вида.
– А то Лдокл прислал... не выкидывать же теперь... Дрип!

Но юноша уже не слушал, он слишком вежливо отодвинул Соль со своего пути и поторопился в столовую. Обижаться можно и после, сначала - еда.

– А руки вымыть?!
– возмутилась Соль.

За ужином отношения не наладились, хотя Дрип подобрел достаточно, чтобы выслушать объяснения феи - вот только она не торопилась их давать. Отводила глаза, мялась перед тем, как сказать самую обычную фразу, вспыхивала и краснела - куда там закату!
– но ничего не объясняла. И не старела и не плакала. Даже странно, совершенно на неё не похоже.

– Ты, наверное, устал, - каким-то пришибленным голосом проговорила Соль, когда гость наелся.
– Давай, я провожу тебя в твою комнату.

Дрип хотел возразить, мол, лучше ему вернуться домой, но вовремя сообразил: по ночи Соль его никуда не довезёт. А завтра проще будет Лдокла попросить, больно уж на салазках неуютно получается.

– Проводи, - согласился он.

Комнатка была маленькой, как будто детской. Взрослому парню там было тесно, но жаловаться Дрип не стал. Это ведь на одну ночь. Бросил в углу сумку с вещами, потянул на себя незаметную в первого взгляда дверцу, заглянул в ванную. Присвистнул. Здесь было проще купать младенцев, чем вымыться самому. Закрыв дверь и оглядевшись, Дрип обратил внимание на предоставленную ему кровать. Деревянная, с решётчатыми спинками в голове и в ногах, она выглядела откровенным издевательством. Так юноша и сказал.