Чтение онлайн

Он вошел в маленькую холодную кладовую рядом с кухней и с облегчением увидел, что владелец домика оказался поистине предусмотрительным хозяином. С крюка в потолке свисал прекрасный копченый окорок, по углам стояли мешки с мукой, сахаром, солью, картофелем, луком, морковью, сушеным горохом и даже полбочонка сушеных яблок!

Принц Стефан, будущий король, надел большой белый передник и приступил к нелегкой задаче приготовления относительно съедобного супа: порезал овощи, ломоть ветчины и бросил все это в горшок вместе с пригоршней гороха. Покончив с этим, он беспомощно огляделся в поисках воды, словно в надежде, что в кухне как по волшебству появится ручей, но, не дождавшись, вышел во двор и набрал снега в самый большой горшок. Колодец, должно быть, погребен под снежным покровом толщиной в фут.

Не прошло и десяти минут, а суп уже весело булькал на огне.

— Слава Богу, не такой уж ты безрукий лентяй, — похвалил себя Стефан, снял передник, вымыл руки и побрел наверх. Бесшумно подойдя к кровати, он взглянул на Марианну. Глаза ее были закрыты, а дышала она так тяжело, что хрипы были слышны в коридоре. Однако щеки оставались прохладными.

Марианна ощутила легкое прикосновение и заставила себя поднять веки. В первый момент она не сумела разглядеть лица стоявшего перед ней мужчины и съежилась от страха, но тут же, вспомнив, успокоилась.

— Стефан…

— Да, Марианна, не волнуйтесь, я здесь. — тихо произнес Стефан. Не хватало еще перепугать ее до смерти.

— Мне так холодно. — пожаловалась она.

— Ужасно холодно, совсем как в лесу. Но я больше не в лесу. Что со мной?

— Ничего страшного. Со мной тебе ничто не грозит, Мари. Лежи спокойно. Я тебя согрею.

Стефан снял с решетки очередное полотенце и положил на грудь девушки. Та застонала.

— Нет, не двигайся, пусть тепло проникнет как можно глубже. Главное, лежи смирно. Вот так.

Она послушалась и постаралась не шевелиться, хотя это было довольно трудно. Обжигающий жар медленно проникал внутрь. Невыразимое ощущение!

Он коснулся ее волос и покачал головой:

— У тебя волосы так и не просохли.

— Зато мне лучше. Ты был прав. У меня даже кости плавятся.

Стефан старательно подоткнул одеяла.

— Вот и прекрасно. Теперь тебе нужно поспать. Чем крепче сон, тем скорее выздоровление. Помню, как мама твердила мне это после того, как я едва не утонул. Мне это помогло, поможет и вам. Если понадоблюсь, буду рядом.

Но девушка уже не слышала его. Она спала.

Стефан подошел к окну и отдернул шторы. Пурга по-прежнему свирепствовала. Стефан невольно улыбнулся. Неумолимый рок и везение, должно быть, объединились, чтобы изменить его жизнь.

Филип развязал галстук, бросил на диван и устало опустился на стул у постели Марианны, подозрительно глядя в миску с супом. Не слишком аппетитно он выглядит! Стефан никак не мог понять, что сделал не так. Очевидно было одно: сама попытка проглотить хотя бы ложку этого варева будет настоящим подвигом. Но есть надо!

Он еще раз посмотрел на бульон с волокнистыми овощами и пересоленной ветчиной и решительно принялся опустошать миску, пока не съел все, до последней капли. И лишь потом, облегченно вздохнув, откинулся на спинку и закрыл глаза.

Стефан с тревогой посмотрел на Марианну, метавшуюся во сне. Ее прекрасные волосы спутались, и он, наклонившись над девушкой, пригладил пряди и заплел, как умел, длинную косу. Результат получился не таким уж блестящим, но для первого раза сойдет.

— Итак, дорогая, — обратился он к спящей.

— Будь уверена, я постараюсь докопаться до истины, даже если для этого придется проникнуть в твою прелестную головку и вытащить правду на свет Божий!

Он потрогал ее лоб и выругался. Сухой и горячий. Значит, горячка не пощадила ее.

Девушка неожиданно распахнула глаза и, вперившись в него невидящим взглядом, принялась сбрасывать одеяла.

— Нет Луиза, не надо не смей!

— Ариэль? Что? Ты предатель? За что ты меня предала!

Стефан схватил ее за плечи и прижал к подушке.

— Марианна! Ты слышишь меня? Все хорошо. У тебя жар. Но он скоро пройдет, клянусь, ты выздоровеешь.

Она опустила ресницы и обмякла. Стефан разжал руки, но девушка неожиданно встрепенулась и ударила его в грудь кулаком.

— Немедленно отпустите меня, слышите?

«Что творится в ее мозгу?»

Марианна заплакала, и у Стефана сжалось сердце. Ему не вынести этого! Он привлек ее к себе и начал укачивать.

— Все пройдет, милая. Я не лгу. Доверься мне. Даю слово, никто на свете больше не посмеет обидеть тебя. Ты должна отдыхать и поправляться. Как только выздоровеешь, будешь колотить меня сколько душе угодно.

Марианна наконец успокоилась. Он решил было, что она сейчас заснет, но девушка вновь стала вырываться и, нахмурившись, объявила:

— Что тебе нужно Луиза?

Он дал ей воды, но, сделав несколько жадных глотков, Марианна неудержимо закашлялась. Наконец ей удалось осушить стакан, и она бессильно опустилась на постель, однако бред ее не прекращался:

— Нет не помогай ей Ариэль! Не предавай нас!

— Что?

Ей казалось, что она умирает. Раньше она всегда гадала, как это будет. Все очень просто: ее жарят заживо, только пламя разгорается в ней самой. Медленно, но верно испепеляет ее. И чей-то голос доносится с небес. Кто это? Кажется, она знала его, но сейчас никак не вспомнит.

— Лежи смирно, Марианна, — услышала она.

— Сейчас боль и жар уйдут.

Но разве такое возможно? Неумолимый огонь пожирал ее, но вдруг к лицу прижалось что-то восхитительно прохладное.

— Ну вот, только не сопротивляйся. Разве тебе не хорошо?

Откуда-то повеяло свежим ветерком, и мокрая ткань легла на ее грудь. Марианна непроизвольно выгнулась, желая, чтобы это продолжалось вечно, чтобы живительная влага проникла во все поры ее тела. Сильные руки перевернули ее, и Мари вскинулась, но тут же ощутила, как по ее спине скользит влажная ткань, охлаждая кожу.

Остаток дня и вечер Стефан неутомимо обтирал девушку. Слабая улыбка появилась на его губах, когда он убедился, что сумел, пусть и ненадолго, сбить ей температуру. На мгновение ему показалось, что он видел ответную улыбку, но Марианна тут же мирно заснула.

Стефан разделся, взял одеяло с кровати и устроился в огромном кресле у камина, прислушиваясь к вою ветра и ударам снежных вихрей в стекла. Как приятно в такую погоду греться у огня! Он проведет ночь здесь и, поскольку славился чутким сном, непременно услышит, если Марианна проснется.