Чтение онлайн

Когда угроза со стороны японцев его идеологической Родине сошла на нет, Зорге проникся страстным желанием приложить свои умения в других областях. В своем последнем, как оказалось, сообщении в ГРУ он просил, чтобы его отозвали в Москву или отправили в Германию. Но эта радиограмма так и не была отправлена, потому что 18 октября был арестован японской тайной полицией. Через считанные дни задержали и 35 членов его агентурной сети.

Лишь через тридцать месяцев, после допросов, а порой и пыток, были оглашены приговоры. Двоих членов агентуры Зорге приговорили к пожизненному заключению. К Зорге и Озаки японцы были отнюдь не столь же снисходительны. Утром 7 ноября 1944 года Зорге в возрасте сорока четырех лет и Озаки в возрасте сорока трех лет казнили через повешение в токийской тюрьме Сугамо.

Если бы Зорге избежал провала и отправился в Германию, он был бы там отнюдь не единственным советским шпионом. Он присоединился бы к Арвиду Харнаку, Гарро Шульце-Бойзену и их агентурным сетям. Оба они в тридцатых годах активно действовали в коммунистическом движении Германии и в кругах левого толка. В 1930 году Харнак, преподаватель экономики Гейссеновского университета, начал организовывать коммунистов и сочувствующих левому крылу в группы. Арестовав Бойзена в апреле 1933 года за политическую деятельность, в том числе за связь с левацким изданием "Der Gegner", СС подвергла его пыткам. Он провел три месяца в "неофициальном" концентрационном лагере под Берлином. И все же в 1934 году Бойзен, воспользовавшись семейными связями, поступил на службу в отдел новостей Министерства авиации. В январе 1945 года он был назначен офицером связи Генерального штаба люфтваффе.

НКВД завербовал Харнака в августе 1934 года, присвоив ему кодовое имя Балт (впоследствии замененное на Корсиканец). В начале 1941 года Харнак представил Бойзена, завербованного им в качестве члена своей агентурной сети, офицеру советской разведки "Александеру Эрдбергу". Вскоре после того НКВД предложил Бойзену, получившему кодовое имя Сеньор, стать главой собственной агентурной ячейки.

Хотя самые ценные источники Харнака и Бойзена, по-видимому, находились в люфтваффе, Министерстве авиации, военном министерстве и главнокомандовании Вооруженных сил, они имели источники и в Министерстве иностранных дел, и в Министерстве пропаганды, и в Канцелярии расовой политики, немецкой Канцелярии защиты рабочих и берлинском муниципалитете. В их сеть входил Альфред Траксл из инспекции войск связи, Вольфганг Хавеманн из Военно-морского училища связи и полковник Эрвин Герц из Министерства авиации.

Сведения, предоставляемые Бойзеном и Харнаком, передавали по радио в Москву. Эти передачи и привели к провалу их сетей. В течение 1941 года немецкие станции прослушивания засекли пятьсот радиопередач нелегальных передатчиков, что недвусмысленно говорило о деятельности крупной агентурной сети. 30 июля сеть была провалена, когда Geheime Feld Polizei (тайная полевая жандармерия) арестовала радиста Иоганна Венцеля, кодовое имя Герман. В немецком донесении отмечалось:

Из множества перехваченных радиограмм… расшифрованных по методу, который ВЕНЦЕЛЬ в конце концов раскрыл после тщательного допроса гестапо, получены ценные улики касательно имеющейся в Берлине советской разведки. Что сделало возможным… арест этой группы, возглавляемой… Гарро ШУЛЬЦЕ-БОЙЗЕНОМ и… Арвидом ХАРНАКОМ.

Гестапо арестовало Шульце-Бойзена и Харнака 30 августа и 3 сентября 1942 года соответственно, поскольку предостережение Хорста Хайлмана из шифровального отдела ОКН не дошло к Шульцу-Бойзену вовремя. В день их казни, 22 декабря 1942 года, гестапо схватило более восьмидесяти членов их агентурных сетей.

Согласно расследованию, проведенному фашистской тайной полицией/службой безопасности (SD/SIPO), наиболее ценные разведданные сети Шульца-Бойзена делились на девять категорий:

1. Сила немецких ВВС в начале войны с Советским Союзом.

2. Ежемесячный объем производства немецкой авиационной промышленности в период июня-июля 1941 года.

3. Топливная ситуация в Германии.

4. Планы предполагаемого немецкого наступления на Майкоп (Кавказ).

5. Расположение немецких штабов.

6. Серийный выпуск самолетов в оккупированных областях.

7. Производство и хранение материалов для химического оружия в Германии.

8. Захват русской шифровальной книги близ Петсамо.

9. Потери германского парашютного десанта на Крите.

Термин "Rote Kapelle" (Красный оркестр) в донесениях SD/SIPO подразумевал слабо скоординированную сеть НКВД — ГРУ в Западной и Центральной Европе, включавшую в себя ячейки Шульца-Бойзена и Харнака. Обозначение "Красный оркестр" было присвоено Главной канцелярией безопасности Рейха (RSHA) [29] . Для RSHA радисты "оркестра" были "пианистами", их передатчики "роялями", а их контролеры — "дирижерами".

Самым выдающимся из "дирижеров" был Леопольд Треппер, известный в сети как "большой начальник". Весной 1939 года, всего за считанные месяцы до начала войны, он отправился в Брюссель, выдавая себя за канадского промышленника, получив задание организовать надежное коммерческое прикрытие для шпионской сети во Франции и Нидерландах.

В Брюсселе Треппер организовал "Иностранную компанию отменных плащей" — экспортную фирму с филиалами в районах главных европейских портов. После падения Бельгии в мае 1940 года и перехода компании в руки немцев он перевел свою штаб-квартиру в Париж, организовав новые фирмы-прикрытия: в Париже "Симекс" и в Брюсселе "Симекско". Обе фирмы продавали немцам товары черного рынка и в результате процветали.

Треппер руководил семью отдельными сетями ГРУ во Франции, и каждая имела собственного руководителя. Сети стабильно добывали военные и промышленные секреты в оккупированной немцами Европе, в том числе сведения о дислокации и передислокации войск, объеме промышленного производства, сырьевых ресурсах, конструкции нового немецкого танка и производстве самолетов.

Как и Зорге, Треппер был в состоянии собирать наиболее ценную информацию напрямую, через свои контакты в высших немецких сферах. Притворяясь преуспевающим немецким дельцом, он устраивал приемы, на которых собирал сведения о моральном духе и намерениях старших немецких офицеров, перемещениях войск на Западном фронте и оперативных планах на Восточном.

Вдобавок контакты между фирмой "Симекс" и ее лучшим клиентом — организацией "Тодт", строившей "Атлантическую стену" Гитлера, обеспечивали ее всеми подробностями о немецких фортификациях и передислокации немецких войск. А в качестве премии эти контакты обеспечивали некоторых из агентов Треппера пропусками, разрешавшими им неограниченно передвигаться почти на всей оккупированной немцами территории.

В то же самое время Треппер поддерживал контакты с французской коммунистической партией, поставлявшей ему, благодаря донесениям железнодорожных наблюдателей, ценные тактические данные о передвижениях немецких войск, тыловом обеспечении и слабых местах. Ему также удавалось заглядывать в донесения промышленных рабочих-эмигрантов, а его человек в Виши сумел выяснить немецкий боевой состав во Франции.

В декабре 1941 года немецкие силы безопасности захватили брюссельский передатчик Треппера. В начале 1942 года по личному указанию Гитлера была сформирована команда "Красного оркестра" — спецкомиссия, включавшая в себя представителей гестапо, абвера и нацистской службы госбезопасности. Провал терпел пианист за пианистом, и 5 декабря 1942 года в кабинете парижского зубного врача схватили самого Треппера. Согласившись на сотрудничество с немцами, он начал передавать в Москву дезинформацию, возможно сдобренную сигналами тревоги. В сентябре 1943 года он бежал и оставался в подполье до окончания войны.