Чтение онлайн

— По-английски говоришь? — крикнул немец.

— Говорю, — ответил бандит. Акцент сильный, но понятный. — Мост закрыт. Платите — проезжаете. Не платите — разворачивайтесь нахер.

— Сколько?

— Тысяча долларов. За машину.

— Иди нахуй, — просто сказал Маркус.

Бандит усмехнулся. Поднял автомат. Остальные тоже подняли оружие. Пятнадцать стволов против семерых бойцов. Плохие шансы. Но не безнадёжные.

— Тогда стреляем, — сказал бандит.

Дюбуа стоял справа от Маркуса, HK417 у бедра, стволом вниз. Пальец на спусковой скобе, не на курке. Ещё не время. Жанна слева, Remington на спине, в руках пистолет. Ахмед у джипа, прикрывает справа. Коул и Питер у второго джипа. Ян внутри, ранен. Семеро против пятнадцати.

— Мы ООН, — сказал Маркус. — Везём раненых на эвакуацию. Пропустите нас.

— ООН, — заржал бандит. — ООН хуй сосёт. Город наш. Мост наш. Платите или съебывайте.

Пьер глянул на канал. Справа и слева от моста — бетонные парапеты, потом обрыв метра три, вода. Объехать нельзя. Спуститься к воде — возможно, но под огнём не выйдет. Прорываться в лоб — потери гарантированы. Но времени нет. Гули подтягиваются, слышно рычание где-то сзади, в переулках.

— Маркус, — тихо сказал Дюбуа. — Позади нас гули. Минуты три, не больше. Надо решать быстро.

Немец кивнул. Глянул на бандитов, потом на Пьера. Понял без слов. Договариваться бесполезно, времени нет. Остаётся одно.

— Ладно, — сказал Маркус громко. — Есть деньги. Дам тысячу за обе машины.

— За обе? — переспросил бандит. — Я сказал, за каждую.

— У меня тысяча есть. Больше нет. Берёшь — хорошо. Не берёшь — попробуй забрать.

Бандит помолчал. Потом засмеялся.

— Попробую.

Поднял автомат, целясь в Маркуса.

Дюбуа выстрелил первым. HK417 поднялась мгновенно, полсекунды на прицеливание. Бронебойная пуля вошла бандиту в грудь, вышла из спины, попала в того, кто стоял за ним. Двое упали. Маркус дал дуплет из Benelli в группу слева, трое рухнули. Жанна стреляла из пистолета — быстро, точно, два выстрела, один мёртвый. Ахмед дал очередь из M4. Питер открыл огонь из M249 — длинная очередь, пулемёт ревел, как цепная пила.

Бандиты ответили огнём. Пули свистели, били в асфальт, в стены. Пьер упал на колено, стрелял короткими очередями. Трое бандитов бежали к перевёрнутой машине, прятались. Легионер сбил одного на бегу, второй успел спрятаться. Маркус перезаряжал Benelli, бандит справа высунулся из-за парапета, выстрелил. Пуля попала немцу в бронежилет, он дёрнулся, но устоял. Керамика держит. Жанна сбила того бандита выстрелом в голову.

Коул подошёл ближе, огнемёт наготове. Третья струя. Последняя. Нажал на спуск. Пламя ударило по мосту, накрыло четверых, кто прятался за машиной. Завыли, бросились бежать, объятые огнём. Один прыгнул в канал, погас в воде. Остальные упали на мосту.

Остались трое бандитов. Один бросил автомат, побежал. Пьер не стал стрелять в спину. Двое остались — стреляли, прятались за бетонными блоками. Питер дал очередь, снёс куски бетона, один бандит упал, ранен в ногу. Второй выбросил белую тряпку, закричал что-то на бенгали.

— Сдаётся, — перевёл Ахмед.

— Пусть уходит, — сказал Маркус. — Времени нет.

Бандит поднялся, руки вверх. Побежал, хромая. Раненый на земле корчился, держался за ногу. Маркус подошёл, пнул его автомат в сторону.

— Живи, — сказал и пошёл к джипу.

Команда погрузилась, джипы подъехали к мосту. Коул и Питер оттащили перевёрнутую машину в сторону. Проехали. Под колёсами хрустели гильзы, кровь мазала резину. Дюбуа не оглядывался. Позади, на улице, появились гули. Десяток, может больше. Бежали к мосту. Пусть доедают бандитов. Времени выиграли минуты три.

Мост кончился, дорога снова. Теперь проспект, широкий, шесть полос. Но машин полно, едут хаотично, давят друг друга. Паника. Водитель вдавил гудок, джип полез вперёд, расталкивая легковушки. Справа толпа бежала по тротуару, сотни людей. Кто-то падал, его топтали. Никто не останавливался.

— Ещё километр, — доложил Маркус. — Прямо, потом налево.

Дюбуа услышал вой. Справа, из переулка, выбежала стая гулей. Двадцать, тридцать, миг и уже не сосчитать. Примитивные, звери. Врезались в толпу. Началась резня. Крики, кровь, давка. Люди метались, кто-то дрался, кто-то просто бежал. Гули рвали, кусали, тащили вниз.

— Едь дальше, — сказал Маркус. — Не останавливаться.

— Там дети, — тихо сказала Жанна.

— Знаю. Но мы не спасём их. Нас семеро. Их триста. А гулей, ещё больше…

Джипы проехали мимо. Пьер смотрел в окно. Видел, как гуль сбивает женщину с ребёнком. Как другой гуль вырывает младенца из рук. Как третий вгрызается в горло мужику, который пытался защитить семью. Легионер сжал HK417 до побеления костяшек. Хотел выйти, стрелять, убивать этих тварей. Но понимал — Маркус прав. Не спасут. Только умрут сами.

— Блядь, — выдохнул он.

Жанна молчала. Смотрела прямо перед собой. Глаза пустые.

Проспект сузился. Впереди — площадь. Большая, круглая. В центре — фонтан, давно высохший. Вокруг — армейские грузовики, джипы, БТРы. Солдаты, много солдат. Пулемёты на треногах, мешки с песком, блокпосты. Эвакуационный пункт. Армия держит периметр.

Но вокруг площади — хаос. Тысячи людей давят к блокпостам, орут, машут руками. Солдаты стреляют поверх голов, пытаясь сдержать. Не получается. Толпа прорывается. Где-то справа грохнул взрыв — граната, может мина. Столб дыма и тел.

— Въезжаем, — сказал Маркус. — Давим гудок, едем к блокпосту. Ахмед, кричи по рации, что мы ООН.

Ахмед схватил рацию:

— Эвакпункт, эвакпункт, это 28 отдел, ООН, два джипа, везём раненых, пропустите, мать вашу!

Джипы влезли в толпу. Люди расступались, медленно. Кто-то колотил в окна, кричал, просил забрать. Водитель не останавливался. До блокпоста сто метров, восемьдесят, пятьдесят. Солдаты увидели джипы, один офицер махнул рукой. Блокпост открылся, мешки с песком раздвинули.

Джипы въехали внутрь. За ними блокпост закрылся снова. Толпа давила, но солдаты держали. Пока.

Команда вышла из машин. Все грязные, в крови, уставшие. Ян с трудом слез, Питер помог. Маркус огляделся — площадь полна раненых, сотни на земле. Медики бегают, не хватает рук. Вертолёт взлетает, забитый людьми. Другой садится, пустой. Грузовики едут, едут, едут.

Координатор подошёл — не Макгрегор, другой, лысый, в грязной рубашке.

— 28 отдел? — спросил он.

— Да, — ответил Маркус.

— Госпиталь пал, — перебил координатор. — Час назад. Гули взяли. Всех сожрали.

Маркус замолчал. Кивнул.

— Что дальше?

— Эвакуация продолжается. Армия не справляется. Город потерян. Приказ — вывезти максимум людей, потом отходим сами.

— Сколько времени?

— До темноты. Потом всё, гули выйдут массово. Ночью город станет их.

Пьер посмотрел на небо. Солнце клонилось к закату. Часа четыре, может пять. До темноты. Потом Дакка окончательно превратится в ад.