ЖАНРЫ

Шри Чинмой. ЗА ПРЕДЕЛЫ ВНУТРЬ: ФИЛОСОФИЯ ВНУТРЕННЕЙ ЖИЗНИ

Чинмой Шри

Шрифт:

Как можно быть непривязанным в работе? Есть два способа. Первый — почувствовать, что на земле ничто не остается навечно. Неважно, как велик человек в человеческом мире, ничто не вечно, ничто. Имя и слава будут погребены. Мы ни что не можем считать своим собственным, даже самих себя. Сегодня я пользуюсь словами «я», «мое», «мой». Но завтра это «я» уходит в другой мир. Какой же смысл привязываться к кому-то или чему-то, называть это сейчас своим, если я не смогу взять это с собой через шестьдесят или семьдесят лет? Это же просто глупо!

То же самое справедливо и в отношении привязанности к другим людям. Хотя я знаю, что тот, к кому я привязан, не является моей собственностью, я говорю, что этот человек — мой. Я не могу показать ему этого или доказать это. Как я могу показать свое сердце? Я не могу продемонстрировать свои внутренние чувства. Если это хорошее чувство, я стараюсь выразить его. Если это плохое чувство, я стараюсь скрыть его. Часто, если мы делаем что-то хорошее, мы готовы демонстрировать это. Если мы совершили что-то плохое, нам не хочется показывать этого. Но независимо от того, хорошая работа или плохая, хорошие у нас чувства или плохие, объект нашей привязанности не вечен. В конечном счете, мы осознаем, что ничто из того, что мы называем своим, не может быть вечным. Таков первый способ быть непривязанным.

Другой способ достижения непривязанности — знать, что помимо конечного света существует высший Свет, бесконечный Свет. Этот Свет приносит нам подлинную радость. Зная это, как мы можем быть привязаны к людям и предметам, которые постоянно искушают нас? Чем больше мы освобождаемся от привязанности к этим искушениям конечного, тем больше мы привязываем себя к Бесконечному. В этой божественной привязанности и заключается наше истинное удовлетворение. Если нас действительно интересует духовная жизнь, тогда наше дело — сфокусировать все внимание на Всевышнем. Если мы глубоко привязаны ко Всевышнему, ко внутренней жизни, тогда мы, естественно, останемся непривязанными к другим людям и предметам, к миру, который не устремлен. То, что мы называем свой привязанностью ко Всевышнему, в будущем окажется Светом Мудрости, потому что мы можем превращаться только в Него одного, и ни во что другое, мы исполнены только в Нем одном, и нигде больше.

Некоторые индийские искатели, следующие путем преданности, говорят, что преданность — не что иное, как привязанность к Богу. Как человеческое желание является привязанностью к какому-то человеку, так и духовная преданность является формой привязанности к Богу. Мы не можем быть привязаны к двум вещам или двум людям одновременно. Когда мы погружаемся глубоко внутрь, мы видим, что можем быть привязаны только к одному человеку или одной вещи. Привязанность и преданность подобны концентрации. Мы не можем сконцентрироваться сразу на двух пальцах. Мы видим два пальца, но фокусируем свое внимание либо на одном, либо на другом. Точно так, когда мы предлагаем Всевышнему свою чистейшую привязанность, которая является преданностью, мы можем идти только к Нему. И внутри Него мы находим все остальное человечество. Вначале у нас есть обычная семья из нескольких человек. Но приходит время, когда нам нужно расширить свою семью. Само человечество становится нашей семьей. И чем больше мы растем внутренне, тем больше становится наша семья. Ведь человечество всегда остается именно во Всевышнем.

Мы можем отождествиться со страданиями и чувствами другого человека и по-прежнему оставаться непривязанными, если войдем в этого человека вместе со Светом своей души. Свет души все время расширяется. Он не связывает и, вместе с тем, не может быть связан. Светом души мы можем отождествить себя с кем угодно на земле и остаться незатронутыми. Если мы входим в этого человека вместе с внутренним Светом своей души, который сама свобода и совершенство, и выливаем этот внутренний Свет в страдающего, он получает от нас самую лучшую помощь. А затем мы можем улететь, подобно птице, незатронутые этим человеком и непривязанные к нему.

Лодка Всевышнего несет нас к Золотому Берегу. Эта Лодка в воде, но она состоит не из воды. Сейчас Лодка в море невежества, но невежество не затрагивает ее. Лодка несет нас к Золотому Берегу, где нет невежества, нет сомнения, нет рабства, где всё — совершенство и изобилие. Также и в нашей человеческой жизни: почувствовав внутри себя Свет души, мы можем соприкасаться с кем угодно. Этот человек может быть самым несовершенным или самым несчастным. И хотя мы помогаем ему со всей искренностью и эффективностью, мы не окажемся привязанными к нему или стянутыми вниз. Так что, вначале необходимо открыть свой внутренний Свет, Свет своей души. Только тогда мы действительно будем иметь способность помогать другим, не привязываясь к ним или их страданиям. Только тогда мы сможем оказать настоящую и чистейшую помощь страдающему человечеству.

Вопрос: Как можно, стремясь к непривязанности, избежать безразличия?

Шри Чинмой: Непривязанность и безразличие — совершенно разные вещи. Когда вы к кому-то безразличны, вы почти враждебны по отношению к его прогрессу. Появляется своего рода злорадная надежда, что он не сдаст экзамен, не сделает того, что нужно, и никто не будет им восхищаться или восторгаться. Чтобы убедить собственный ум, вы можете сказать, что безразличны к этому. Но вы будете наблюдать, добьется ли он успеха, и если добьется, это уязвит вас. А если нет, вы испытаете огромное злорадство. Таково безразличие. Оно исподтишка наблюдает и получает огромное удовольствие, видя неудачу, и невероятно страдает от зависти, когда видит успех. Мы только говорим, что мы безразличны, но если другой человек становится великим, наша зависть убивает нас, а если он терпит неудачу, мы пляшем от радости.

Но непривязанность — духовное качество. Когда мы непривязаны, наше физическое непривязано, наш ум непривязан, наш витал непривязан, и так далее. То, что хочет во мне связывать вас, и то в вас, что хочет связывать меня, предупреждают друг друга изнутри: «Я не тот, кто связывает тебя, а ты — не тот, кто связывает меня. Есть нечто другое, Божественное, Всевышний, который единственный. Именно у Него есть бесконечный Свет, Покой и Блаженство, так беги же к Нему, как бегу к Нему я. Я помогу тебе своей внутренней способностью, то есть молитвой, концентрацией и медитацией. Но если я схвачу тебя и заявлю на тебя права своими витальными, физическими и ментальными желаниями, это вовсе не помощь. Вместо этого, позволь мне предложить тебе мою молитву, концентрацию и медитацию, и то же самое предложишь мне и ты. Так мы укрепим друг друга».

В непривязанности два человека совместно растут в Свете своих душ. Качества их душ строят мост, по которому они могут идти к общей цели. Этот мост не является целью, но оба они пользуются этим мостом. Они говорят: «Давай вместе идти по пути, который приведет нас к нашему общему предназначению». Так что, когда мы непривязаны, мы все время даем себе почувствовать, что человек в ком-то или человек в нас самих не является целью, но у нас обоих есть общая цель, которую мы должны достичь устремлением своего сердца и Светом своей души. Непривязанность существует тогда, когда мы пользуемся внутренним светом и внутренней реальностью, а не своей физической реальностью.

Глуп тот, кто думает, что привязанность нужно обратить в безразличие, чтобы Бог мог прийти к нему. Увы, ему еще предстоит узнать, что Бог — сама любовь.

Любви и привязанности нет необходимости всегда идти вместе. Разрыв всех отношений ни в коей мере не может быть обещающим признаком приближения осознания.

Контролируемое желание — это хорошо. Непривязанность лучше. Самое лучшее — чувствовать себя несвязанным сетями природы. Подавление столь же порочно и недостойно, как и привязанность. Только наша непривязанность является хозяином природы.

У желания и голода есть общий враг — непривязанность.

Непривязанность и необладание должны быть мостом между вами и объектом вашей любви. Духовная непривязанность усиливает поиск сердец, очищает вибрацию тел и преобразует невежество сознания в знание.

Известно, что одиночество — разновидность духовной болезни. Но человеческое общение никогда не сможет быть долго действующим лекарством. Единственное постоянное исцеление — это внутреннее переживание.

Поделиться с друзьями: