Чтение онлайн

Неожиданно Кай для себя отметил, что в баре присутствуют вперемешку самые разные касты Вавилона – аристократия, разнообразные кибер-фрики с татуировками на лице и вплетенными в волосы коронами из оленьих рогов, участники разных криминальных банд со своими отличительными знаками, и прочие приверженцы многообразия городских андеграундных движений. В Вавилоне, как правило, в места аристократов вход заказан тем, кто принадлежит низким сословиям, аристократы же не ступают на порог заведений классом пониже, а бандиты просто не терпят чужих людей на своей территории. А здесь они усиживались вместе не просто в одном зале, порой и за одним общим столом.

Влюбленная парочка у окна исчезла, осознав, что для воркования выбор места оказался неудачным. А в центре зала за небольшим столиком все так же остался сидеть одинокий пьяница в пляжной рубашке, который теперь совершенно не вписывался в окружающую обстановку и ощущался лишним. Тем не менее, он продолжал невозмутимо пить, абсолютно отстраненно, словно, очутись он сейчас под дождем посреди дикого поля, даже не заметил бы перемены. Представив себе эту картину, Кай усмехнулся и направился к выходу.

Покинув бар, он задержался возле входа и закурил, прислонившись к стене. Глубоко затянувшись, он откинулся, прижимая затылок к нагретому бетону. Затем достал из кармана телефон, с щелчком освобождая клавиатуру, и, не глядя на него, набрал знакомый номер. Какое-то время он держал трубку возле уха, потом закрыл телефон и спрятал обратно в карман.

Кай стоял, прислонившись затылком к стене и курил, выпуская густой синеватый дым вверх перед собой. Слева, на нижних ярусах раздались выстрелы, стали слышны крики, команды. В конце этой улицы появился отряд вооруженных людей. Несколько человек в однотонном городском камуфляже, с винтовками и пистолетами пробежали мимо Кая. Колени, грудь, плечи их были закрыты дополнительными защитными пластинами различных моделей, а лица полностью или частично скрыты под боевыми шлемами разных производителей, с множеством спектральных фильтров и навигационных систем.

Кай не сдвинулся с места и продолжал курить, глядя, как мимо него пробегают вооруженные люди. На разномастной униформе у них не было никаких опознавательных знаков – это были бойцы синдикатов, наемники, которые выполняют приказы, за которые им платят, не придавая никакого значения смыслу, цели, и моральной стороне. Как правило, их работой была война с такими же бойцами других синдикатов. Они отправлялись туда, куда им указывала корпорация, в то время, когда это было необходимо. На этот раз сражению было суждено разыграться в этом районе.

За первой группой солдат, через небольшой промежуток времени, последовала вторая. Деятельность боевых групп синдикатов была запрещена законом, поэтому солдаты не имели никаких нашивок или эмблем, и только базовый камуфляж у каждого синдиката оставался уникального оттенка – чтобы не перепутать в бою друг друга с бойцами противника. Если полиция успевала застать наемников во время выполнения задания, то солдаты либо скрывались, либо погибали, сражаясь с правоохранительными органами, как с полноценной регулярной армией. А если, все же, кого-то из наемников удавалось захватить, он полностью отрицал корпоративное участие, законодательно становясь «еще одним» террористом.

Вторая группа, громко отстукивая шаг тяжелыми военными ботинками, пробежала мимо Кая, позвякивая карабинами и прочими деталями экипировки, но замыкающий строй боец отстал и остановился. Вытянутой рукой он уперся Каю в грудь и прижал к стене, направив на него дуло штурмовой винтовки модели ER-33, которую прозвали Ambulance. Это была одна из самых доступных и потому самых распространенных в мире винтовок от Efremoff Guns Concern – главного конкурента, неустанно стремящегося отнять право оружейных поставок правительственным службам у Solid Arms Union. А вот закрывавшее все лицо наемника забрало боевого шлема было от Prometheus – развившегося до масштабов синдиката подразделения TechnoCorp, снабжающего экипировкой все силовые структуры города – приглушенным голосом боевик скомандовал:

– Замри! Одно движение и тебя пристрелят вместе с противником.

Сообщив эту информацию Каю, солдат поторопился догнать своих товарищей, а Кай так и остался курить возле стены, наблюдая за развитием событий.

В отличии от базового камуфляжа, идентифицирующего принадлежность к определенному отряду, разномастная экипировка солдат была составлена из деталей от самых разных производителей. Один и тот-же боевик мог поочередно наниматься конкурирующими синдикатами, сегодня сражаясь на одной стороне, а завтра уже примкнув к отряду противника, и таким образом собирал самые разные модели снаряжения, предоставляемые соперничающими корпорациями. Это было сродни спортивному спонсорству – наемников, как знаменитых игроков, переманивали из одного синдиката в другой размерами вознаграждений и уровнем обеспечения передовым оборудованием. К тому же это способствовало невозможности доказать причастность солдата к деятельности какого-либо синдиката – корпорации полностью отрицали наем силовиков, а коррумпированность системы превращала это отрицание из условного в абсолютное.

Надо отметить, что полицейские Специальные Подразделения по Подавлению Агрессивной Конкуренции Синдикатов Вавилона такое положение дел вынуждало использовать все больше военных техник и оборудования, а также придерживаться военной дисциплины, превращаясь, постепенно, во все более милитаристическую структуру и часть регулярной армии. Чтобы оставаться способными обеспечить сопротивление Полицейские Подразделения по борьбе с наемниками обладали самым современным вооружением и самой технологичной в мире амуницией, парадоксально пользуясь корпоративным оснащением зачастую даже более продвинутым, нежели разработки синдикатов для наемников.

На нижних ярусах сверкнули несколько вспышек, грохнул взрыв. С тех этажей взметнулись сверкающие полосы, как от фейерверка, и раскаленные искры, остывая в крупицы искореженного металла рассыпались под ноги. Кай медленно сполз по стене, садясь прямо на асфальт. Он достал еще одну сигарету и закурил, наблюдая, как большой коптер, с винтами внутри рамы, словно у катера, черной тенью завис над многоярусным кварталом, а из его брюха выпрыгивают наемники синдикатов, ныряя в густой куб зеленого десантного геля.

Раздалось гудение еще одного коптера, но он скрывался за зданиями от взора Кая. Он видел, как с верхних уровней напротив, цепляя канаты за любую надежную металлическую конструкцию, спускаются вниз еще солдаты. Кай затянулся и закрыл глаза, слушая барабанную дробь автоматных очередей откуда-то с нижних уровней.

Это был тот момент времени, когда в баре находились только те люди, которые могли себе это позволить, в отличие от прочих, обремененных неизбежными заботами, посетителей. Но даже в этот тихий период, когда завсегдатаев интересовало лишь светлое пиво в полудреме, а бармен готовился к завершению рабочего дня у клерков, эта рыжеволосая женщина не могла остаться незамеченной.

Перепутанные волосы, постоянно падавшие на лицо, не позволяли угадать ее возраст, стройная крепкая фигура казалась молодой, но в ее движениях и манерах угадывалось поведение зрелой женщины. А еще она двигалась так, словно напряжение ни на мгновение не оставляло ее – как натянутая струна, она будто ожидала постоянно чего-то недоброго. Словно загнанная хищница, приготовившаяся к нападению в любой момент.

На ней было чрезвычайно заношенное платье, выцветшее и превратившееся уже в серые лохмотья. Ткань истончилась и не скрывала очертания широких бедер и гордой прямой спины. Узкие плечи отведены назад, они казались сильными и идеально стройными. Она протянула руку к стоявшему перед ней стакану с самым крепким напитком, который подавали в этом заведении. Кожа ее была покрыта царапинами и пугающими шрамами, а на пальцах едва заметны пара тонких колец, которые сливались с цветом загорелой кожи.