Чтение онлайн

— Слушайте меня! — кричит она, никогда не повышавшая голоса, и слова, отраженные от мрачных стен тюрьмы, слышат все освобожденные. — Темесский союз вероломно напал на наш город. Некоторые полки не разоружены и сражаются с врагом. К нам на помощь пришел эрхавенский флот под командованием моего отца, Элрика Бонара, на море тоже идет бой. Наш долг — помочь нашим товарищам и союзникам. Что касается Эмерика, то каждый, кто его обнаружит, должен сдать его властям или прикончить, поскольку он — клятвопреступник и убийца, предавший всех. Сейчас надо очистить город от врага. ТАВАЛЛЕН ДОЛЖЕН СТАТЬ СВОБОДНЫМ! — отчеканила она в конце сбивчивой, но искренней речи.

Приветственные крики, лязг мечей, проклятия изменнику. Атталика улыбается, сперва едва заметно, уголками губ, потом широко и открыто. В голове снова, но уже бессильно и совсем не страшно, звучат слова отца:

— Ты — не воин, не политик, не купец. Ты — сперва дочь, потом жена и мать. Не более и не менее того. Как водить корабли, махать мечом, сделки заключать — не твое дело. На это есть мы, мужики. Но если ты не научишься вести хозяйство и растить детей, на тебе не женится никто, хоть ты и из знатного рода.

«Значит, водить корабли, махать мечом, сделки заключать — не мое дело, отец? Но кому исправлять допущенные тобой глупости, если сыновья из-за них погибли? Только мне…»

Но как красиво ни говори, а проблема остается. На ее голову нежданно-негаданно свалились пять полков тавалленской армии. С ними надо очистить город от вражеской армии (о ней известно лишь то, что она есть и с кем-то ведет бой), а потом еще придумать, как помочь флоту отца. Нечего сказать, веселенькая задача… Знать бы еще, как это делается…

— Кто вами командует? — спрашивает она для начала.

Через толпу протискиваются пятеро офицеров в богатых доспехах.

— Подполковник Альварио Альба.

— Полковник Астрис.

— Полковник Ланьи.

— Полковник Лепаж.

— Полковник Элиано, — один за другим представляются они. Атталика морщит лоб, запоминая имена и звания.

— Полковник Ланьи, у вас есть разведчики?

— Конечно. Они есть в каждом полку, — спокойно отвечает Ланьи и ободряюще улыбается. «А ведь он прекрасно понимает, что я ни на грош в этом не разбираюсь, — внезапно поняла она. — Тогда почему согласен, чтобы я командовала?»

— Пусть они выяснят, что происходит в городе, кто, с кем и где воюет. При возможности пусть возьмут…

— «Языков», — подсказал Ланьи.

— Вот именно. А вы, подполковник Альба, позаботьтесь о том, чтобы ворота тюрьмы были заперты и охранялись. Сюда будем относить раненых, в случае чего будем тут обороняться.

— Вы говорите разумные вещи, — удивленно поднимает бровь Лепаж. — Кто вас учил воевать?

— Никто. Но я — дочь Бонаров.

— Все Бонары такие?

— Да.

— Тогда Элрик победит на море. А мы — на суше.

— Постараемся, — произносит Атталика, в раздумье прикусывает губу. «Мне бы такую уверенность…» — Полковник Астрис, ваш полк должен овладеть северной частью города, а ваш, Элиано, пусть наступает туда, где дым.

— А я? — спрашивает Лепаж. Полковник жаждет расплатиться за унизительный арест и опасается, что его оставят в резерве.

— С вами отправлюсь я, туда же, куда и Элиано, только по другой улице. Так, чтобы в любой момент мы могли помочь друг другу.

— Вы проигрываете бой, Эмерик Бертье.

Голос спокойный, даже с какой-то ленцой, но Эмерик чувствует, как в самое сердце кольнула ледяная игла. Говорящий может убить его в любой момент, даже не просто убить. Зовут этого другого Натан Атарг. Палач Лиангхара, один из пяти.

— Нет, Палач Лиангахара. У темесцев шесть полков, да и у меня в городе полторы тысячи сторонников. Мятежники располагают двумя полками, да еще какое-то количество бойцов высадил Элрик в порту. Мы скоро вернем береговые орудия.

— Сомневаюсь. Во-первых, Элрик высадил не «сколько-то», а пять полков, и уже занял весь припортовый район. Во-вторых, в бой вступили жрецы Аргелеба, в том числе, по некоторым данным, самые сильные бойцы среди них. Их немного, всего сотни три, но там каждый стоит десятерых. В-третьих, в тюрьме, где вы заперли пленных, произошло восстание, они захватили оружие и уже начали зачистку города от ваших сторонников и темесцев. Знаете, кто их возглавляет? Твоя невзрачная женушка, Атталика Бонар.

— Ну, с таким полководцем они нам не опасны, — хохочет Эмерик.

— Как раз наоборот. Она сделает все, чтобы отомстить. Подумай об этом…

— Но на море Элрик проиграет сражение, а в конечном итоге от этого зависит и исход боев в городе.

— И тут ты не прав. Я не знаю, что сделает Элрик, но мы оба хорошо знаем, как он воевал с темесцами раньше. Мне кажется, разделив флот, Джустиниани сделал то, чего хотел Элрик, и эрхавенец ему просто подыграл. Нет, Бертье, как хотите, а если вы немедленно не воспользуетесь магией, вы наверняка проиграете сражение на море и точно — на суше. Но за все в этом мире надо платить, за все, мой друг…

— Вы рассуждаете как куртизанка.

— В каждом из нас живет куртизанка, даже в мужиках, — философски произносит Натан. — И, в сущности, все мы куртизанки, только разные. Одни продают красоту, другие мозги, третьи — ноги, кулаки и то, что в них зажато, четвертые — магию, пятые — истину (это я о политиках и проповедниках вроде нас с вами)… Одним кажется царской платой миска объедков и кружка дрянного пива, другим мало и царства. Те куртизанки, которые торгуют любовью, самые честные — они не рядятся в одежды святош. Так вот, моя цена — твое послушание. После победы вы уничтожите Храм Аргелеба и введешь здесь озианство.

— А если обману?

— Я наложу на вас кое-какое заклятие. Снять его не сможет никто рангом ниже Высшего жреца, если вы попытаетесь обмануть или хотя бы об этом подумаете — магия сотворит с вами такое, что вы не можете себе даже представить. Ясно?

— Да…

— Согласен?

— А куда деваться?

— Можешь сдаться Элрику, но тогда я позабочусь, чтобы он узнал все подробности вашей с Атталикой семейной жизни, включая то, что с ней сотворили ваши придурки, охранявшите ее камеру. Их тела лежат рядом с ее кроватью без штанов. Думаю, ваши вопли стихнут нескоро… Что вам больше нравится, власть или дыба?

— Я… согласен.

— Отлично. Займемся делом.

— Когда наложите заклятие?

— Уже наложил, еще до нашего разговора. Я знал, что ты согласишься.

— Что вы сделаете с ними?

— Увидишь. Начну с того полка, в котором твоя ненаглядная женушка. Она мне пригодится для… хмм, как бы сказать… опытов. Все-таки дочка Элрика Бонара — через нее и его самого достанем. Прикажи своим сторонникам и одному полку темесцев выйти из боя и развернуться лицом на север. Думаю, этого хватит.